BloggoDay 29 January: Russian Invasion of Ukraine
Дайджест 29 січня 2026 р
(Оновлено 11:00)
Обозреватель
Роман Прядун
Мирные переговоры по Украине: зачем Зеленскому Путин, чего ждать от Трампа и какие опасные проблемы накрыли Европу. Интервью с Бессмертным
Первые за долгое время полноценные переговоры между Украиной, Россией и США в Абу-Даби завершились без прорыва, но с важными маркерами изменения самого процесса. Однако за дипломатическими формулировками не исчезла главная проблема: никакого реального компромисса между Киевом и Москвой так и не появилось.
Россия в очередной раз настаивает на неприемлемых требованиях – выводе ВСУ из неоккупированной части Донецкой области. Украина эти требования отвергает. Именно поэтому весь заявленный «прогресс» пока ограничивается военно-техническими вопросами, которые без политической рамки остаются лишь разговорами о разговорах. Кремль одновременно снижает ожидания: публично предостерегает от иллюзий быстрых результатов и прямо указывает, что территориальный вопрос для России является принципиальным. Фактически Москва не отступила ни на шаг от своих ультиматумов.
Ключевой вопрос – зачем Кремлю эти переговоры. Для реального результата или для затягивания времени, чтобы не раздражать Трампа и выиграть паузу без нового давления Запада? Симптоматично, что даже во время переговоров Россия не прекратила удары по энергетической инфраструктуре Украины, демонстрируя нежелание делать даже минимальные шаги к деэскалации.
Дополнительное напряжение создает и формат переговоров: США и Россия за столом, а Европа за скобками. Именно к этому формату с первых дней стремился Дональд Трамп. ЕС фактически сведен к роли наблюдателя, хотя именно на европейцев, по планам, ляжет значительная часть гарантий безопасности. На фоне внутренних споров в Европе относительно финансирования и поставок оружия это делает переговорный процесс еще более хрупким.
Своими мыслями по этим и другим вопросам в эксклюзивном интервью OBOZ.UA поделился украинский дипломат и политик Роман Бессмертный.
– Относительно того, что произошло и будет продолжено в Абу-Даби, – это все же переговоры или просто встреча? Изменился ли их характер, учитывая, что приехала другая российская делегация? Что на самом деле там происходит?
– Да, это, как абсолютно метко сказал секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины, не переговоры, а консультации, когда изменился состав делегаций. С российской стороны состав изменился, с украинской он также несколько обновился. Это первое. Второе. Изменилась платформа. Если раньше это была Саудовская Аравия, то теперь это Объединенные Арабские Эмираты. И третье. Формат изменился. Впервые он фактически стал четырехсторонним. Когда говорят «трехсторонние», это не полностью отражает реальный состав участников. Представители Объединенных Арабских Эмиратов никуда не исчезли, они присутствуют. Кроме того, впервые за этот период, кроме самих переговорных групп, начали работать подгруппы. Но если с украинской стороны понятно, кто в этих подгруппах работает, то с российской стороны это совершенно непонятно.
Одна очень важная вещь. Мы на самом деле не знаем, кто именно с российской стороны реально ведет этот процесс. Кроме двух фамилий, Костюков и Зорин, ничего больше не известно. Кто работает в подгруппах, о которых так много говорят, остается тайной. То есть здесь слишком много неизвестных.
Есть еще один ключевой момент. Обратите внимание на разночтения. Американская сторона говорит о необходимости подписания определенного рамочного соглашения между Украиной и Российской Федерацией. И только после этого, мол, гарантии безопасности и средства на восстановление. Но если посмотреть на интервью министра иностранных дел Украины Андрея Сибиги, он четко говорит другое. Двадцатипунктный документ должен быть подписан между Украиной и Соединенными Штатами, так же как и гарантии безопасности. Соединенные Штаты потом с Россией. И в результате мы видим ситуацию, когда участники процесса смотрят на него по-разному. Причем и между сторонами, и внутри самих сторон.
– Если российские СМИ решили предоставить информацию о том, что переговоры дали определенные результаты, то это означает, что по крайней мере на продолжение этого переговорного процесса в Кремле настроены. Но для чего: чтобы достичь какого-то реального результата или чтобы продолжать тактику Путина по затягиванию времени на переговорах, чтобы не провоцировать Трампа. На ваш взгляд, Москва пытается увести переговоры в сторону второстепенных тем и избежать разговора о главном – прекращении огня?
– Бывший посол США в Украине Хербст совершенно неслучайно говорит, что Россия затягивает процесс. Абу-Даби — это еще один шаг в направлении затягивания. Но здесь есть важный нюанс. Если Мединский затягивал процесс, рассказывая исторические байки, то Костюков делает значительно более опасную вещь. Это диверсант. Он не просто затягивает процесс. Он воюет во время этого процесса. И меня искренне удивляют разговоры о том, что, мол, появился военный и переговоры сразу приобрели конструктивный характер. Я мог бы ожидать чего угодно, но никогда не ожидал услышать подобное ни от американцев, ни тем более от кого-то в Европе.
Давайте скажем честно. Ночью завершилась встреча Уиткоффа с Путиным. А утром Костюкову и Зорину сказали лететь в Абу-Даби. Когда они успели ознакомиться с материалами переговорного процесса? Ни у Зорина, ни у Костюкова не было времени даже элементарно ознакомиться с годичной историей этих консультаций. Представьте себе ситуацию. С одной стороны, делегация Соединенных Штатов Америки, которая разбирается в деталях. С другой стороны, люди, которые несколько часов назад узнали, о чем вообще идет речь. Да, у Костюкова и Зорина есть свои сферы ответственности. Один руководит диверсионной деятельностью, другой – рекрутингом в российскую армию. Но какие переговоры? Поэтому для меня очевидно, что в Абу-Даби была имитация переговорного процесса. Российская сторона не только затягивала его, но и использовала боевые инструменты непосредственно в ходе этого процесса. Они читают переговоры как продолжение войны, как стрельбу дипломатическими средствами.
Это продолжение реализации доктрины «игры в Трампа». Если бы в этой ситуации не было Трампа, не было бы никакой российской делегации и никаких переговоров. Это игра исключительно на президента США. Трамп есть, значит надо говорить: «Все замечательно, встреча конструктивная». И в эту игру сейчас играют все. Американская делегация, российская делегация, украинская делегация.
В результате в информационном пространстве образуется мыльный пузырь. Якобы еще немного – и все решится. Хотя до этого «чуть-чуть» надо еще на четвереньках доползти несколько километров. Присутствие фигуры Дональда Трампа и создает этот мнимый эффект конструктива. На самом же деле этого конструктива не существует.
– Но ведь до какой-то точки мы дойдем – когда Трамп поймет, что это не решается так, как он себе представляет.
– Скажите, пожалуйста, в каком вопросе Дональд Трамп хотя бы раз осознал за минуту, что все не так, как он фантазирует? Мы же видим все эти «восемь завершенных войн». Это мнимые завершения. Их не существует в реальности. Самая показательная ситуация – это Ближний Восток. Там не деэскалация, там обострение. Хамас перевооружается, рекрутирует новых боевиков. Нет никакого ответа. Он сколотил «Совет мира» в Давосе. Для чего? Чтобы наблюдать, как через нелегальные каналы в Газу завозят оружие? Хамас разоружился? Вышел из Газы? Нет.
Почему-то все считают, что операция по Мадуро является примером всех дальнейших действий Трампа. Но это исключение. И то лишь потому, что этим направлением занимается Рубио. Поэтому нельзя экстраполировать ситуацию с Мадуро на Путина. Это невозможно. Он вешает портреты Путина возле своего кабинета, а все ждут, что он начнет действовать.
– Если вернуться к переговорам, то анонсировано, что уже 1 февраля стороны снова встречаются. И, по сути, разговоры будут те же. «Выходите с Донбасса». «Нет, мы не выйдем с Донбасса». Это и будет, условно говоря, алгоритм этой встречи. Параллельно американцы будут «не давить» на Украину, предлагая формулу: «сначала согласитесь на российские требования, потом гарантии и деньги».
– Давайте посмотрим немного вперед. Вспомним слова Кита Келлога: если Украина пройдет через эту зиму, она победит в этой войне. И это правда. Кит Келлог – опытный человек, он видит показатели на линии фронта, он видит экономические показатели и умеет анализировать ситуацию комплексно. Сегодня в Европе, где бы вы не открыли газету или аналитическое издание, все обращают внимание на одно: потери России превышают ее способность компенсировать эти потери подготовленными войсками. Это уже поняли все. Несмотря на бомбардировки гражданской инфраструктуры, энергетических объектов и так далее. Есть одна сторона – сторонники Украины, которые смотрят на перспективу. А есть другие, которые смотрят только на разрушение энергетической инфраструктуры.
Если дальше будет продолжаться захват танкеров, если будет наращиваться беспилотная авиация и уничтожение живой силы противника, а Федоров, слава Богу, этим занимается и хорошо понимает, что делает, то все это обернется именно так, как говорит Кит Келлог. При всех мощностях и масштабах Российской Федерации.
– Тогда какое развитие событий вы видите?
– Процесс, который продолжается, должен быть использован и в дипломатическом измерении, чтобы противника в том числе загонять дипломатическими инструментами. Во-первых, агрессивность России. Надо четко понимать: переговоры ее не уменьшают, они ее стимулируют. Обратите внимание, как только начались переговоры, Россия начала комплексно применять даже те типы ракет, которые давно не использовала. Это означает одно – противник бесится. Это означает, что Россия находится в состоянии крайнего напряжения. И свидетельство этого – не слова Путина или Лаврова, а последствия. И это надо уметь читать. Ситуация на линии фронта, объемы и характер обстрелов. Это яркое свидетельство того, что Россия серьезно проседает в этих вопросах.
– То есть она максимально напрягает силы, чтобы попытаться дожать…
– Да, абсолютно правильно. Она напрягает силы, чтобы дожать. И здесь важно этот момент пройти. Как только ситуация начнет развиваться для Украины позитивно, а она начнет, в этом смысле Кит Келлог прав.
И еще одна вещь. То, о чем вы говорили: ультиматумы Дональда Трампа, дедлайны, портретики Путина – это все из той же серии. Это означает, что вне публичного переговорного процесса Россия начинает торговаться с Дональдом Трампом. Она предлагает ему больше. Почему из переговорного процесса исчез Дмитриев? Потому что он сейчас работает на другом треке. На закрытом треке. Там, где предлагают «сладкие пряники» Трампу. И появление портрета – это сигнал. Именно сигнал. Все смеются, мол, повесил портретик. Но это ответ. Какое именно предложение он принял – мы не скоро узнаем. Но это точно ответ. Там наступила пауза. И эту паузу кто-то должен использовать: или европейцы, или Украина. Но два направления – уничтожение живой силы противника и удары по танкерному флоту – очень серьезно бьют по нынешним и будущим возможностям России.
– Если говорить о формате. Американцы с россиянами продавили то, что хотели. Европу фактически исключили из переговоров и пытаются договариваться втроем. Европейцы говорят, что их и до, и после проинформировали. Но этого мало. Если брать 20-пунктный мирный план, Сибига говорит: мы подписываем с американцами, американцы – с россиянами. Подписи Европы не будет. При этом есть пункт о вступлении Украины в ЕС в максимально короткий срок. Есть пункты о гарантиях безопасности, где о коалиции желающих европейских стран.
– Скажем так. Я воспринял слова господина Андрея как тактический шаг. Как и многие другие заявления. Пока что разговоры о том, кто, что и когда подписывает, напоминают историю за две недели до Давоса, когда уже говорили, что гарантии безопасности и план восстановления будут подписаны. Помните? В Давосе искали стол и ручки. Подписали? Нет. Так же и здесь. Эти утверждения правильные по форме, но гораздо важнее другой тезис и, главное, действия. Украина должна работать с Европой совместно в переговорном процессе. И над этим реально идет работа.
Посмотрите, откуда взялись Эмираты. Потому что Трамп принял решение. Так же Украина хочет, чтобы там была Европа, и может брать с собой представителя Европы. Маневров дипломатического характера более чем достаточно. Здесь важно, чтобы выступление Зеленского в Давосе не было воспринято Европой как упрек. Оно было воспринято по-разному. Я скажу так: ложных вещей там не было. Но форма могла задеть европейцев.
– После этой встречи снова появились инсайды, что у Трампа есть дедлайн. Почему? Потому что в ноябре выборы в Конгресс. Ему нужен результат за несколько месяцев, чтобы продемонстрировать, что он не бессилен, что он достигает того, о чем заявлял. И Трамп не сойдет с этой тропы?
– Разговоры о том, что Трамп недоволен – это болтовня. На самом деле в этом треке Трамп пытается добиться своего. Речь об отношениях Трампа и Путина. Его максимальная мечта – союз с Россией против Китая. Это ошибка. Это невозможно. Это означает, что близкого союза между Трампом и Россией не будет. Но это также означает бесконечность этого процесса для Трампа. Потому что другого способа видеться, говорить, встречаться – публично и не публично – у Трампа и Путина нет. Это два врага, которые при наличии Украины обречены одновременно ненавидеть друг друга и торговаться между собой. Поэтому Трамп с этой колеи не сойдет. Извините, но эта колея напоминает дрянную российскую дорогу. Ты можешь съехать, бросить руль, а автомобиль все равно едет по ней бесконечно.
Не будут, ничего принципиально не изменится. Трамп не выйдет из этого процесса, потому что это не мотивация Украины и не мотивация Европы. Это его личная мотивация. Это дорога к возможности общаться с Путиным.
– Относительно тактических шагов. Американцы вроде уже даже рассматривают возможность организации встречи Зеленского с Путиным. Президент Украины накануне заявил, что готов обсуждать территории и Запорожскую АЭС. Зачем Зеленскому Путин? Это тактическое заявление или нечто большее?
– Надо отдать должное украинскому военно-политическому руководству. Встречи в любых форматах уже были: вдвоем, втроем, с посредниками. Результат всюду нулевой. Поэтому если Трамп хочет – такая идея появляется. Будет ли такая встреча? Путин на нее не пойдет. Для него она невозможна. И Зеленский прекрасно это понимает. Но для тактического хода Зеленский говорит Трампу: я готов. А дальше каждый остается при своем – Путин «приглашает» в Москву, Зеленский – на Крещатик. Формально все согласились, фактически ничего не происходит.
– Относительно Европы. Вы неоднократно говорили, что Европа становится субъектной. Но мы видим выступление генсека НАТО Рютте, где прямо сказано: без США Европа неспособна обеспечить поддержку Украины и собственную безопасность. Есть проблемы и по использованию кредита для закупки вооружения из-за внутренних споров между Францией, Германией, Британией. Не выглядит ли это так, что Европа до сих пор не может собраться?
– Давайте отталкиваться от реальности. То, что говорит Рютте, адресовано не Европе – это адресовано Дональду Трампу. Его задача – успокоить Трампа и удержать его в процессе. Европа не говорит, что она не сможет. Она говорит, что сейчас не может без США. И поэтому соглашается покупать американское вооружение, даже если часть уже может производить сама. Это политическая цена за паузу и за отсутствие резких движений со стороны Вашингтона.
Все эти публикации о «конфликтах» вокруг закупок – это не об отказе помогать Украине. Это борьба за рынок. Объемы закупок колоссальные, десятки миллиардов. И каждый хочет свою долю. Франция, Германия, Британия – это не политический раскол, это финансовая конкуренция.
– Как тогда говорить об объединенной европейской армии, если даже в таких вопросах нет согласия?
– Именно поэтому сейчас и возвращаются к идее «супер-Европы». Давос стал катализатором. Европейцы наконец проговорили очевидное: без Украины они не способны гарантировать собственную безопасность.
Речь о вступлении Украины – это не о политике жестов. Это о том, что Вооруженные силы Украины должны стать основой европейской безопасности. Европа не верит ни в пятую статью НАТО, ни в долгосрочную преданность США при Трампе. Поэтому сейчас и ищут формат быстрого расширения ЕС. И эти консультации уже идут, просто о них публично не говорят.
Это и сила, и слабость Европы. Но посмотрите на действия. Трамп поднимает пошлины. В ответ Европа, Индия, Китай, Меркосур их снижают и строят общие рынки. Один движется в изоляцию, другие – в интеграцию. Экономика – живой организм, она выбирает направление сама.
Проблема здесь одна – Россия. И портреты Путина с Трампом – это неприятный сигнал. Ответ на него – координация Европы с Канадой, Азией, другими партнерами. Именно это сейчас и формируется, независимо от риторики.
(Оновлено 10:00)
Главред
Виталий Кирсанов
Когда закончится война в Украине: WSJ назвало три реальных сценария
Издание The Wall Street Journal описывает три возможных сценария войны, при этом считает, что ее завершение до конца 2026 года крайне маловероятно.
Видение США по прекращению войны России в Украине предполагает, что Украина отказывается от Донбасса, который более десяти лет является краеугольным камнем её обороны. Взамен Киеву обещают западные гарантии безопасности от возможного будущего вторжения. Однако пока что ни одна из сторон не настроена на быстрое заключение сделки. Издание The Wall Street Journal описывает три возможных сценария войны, при этом считает, что ее завершение до конца 2026 года крайне маловероятно.
Сценарий 1. Продолжение борьбы, продолжение переговоров
Наиболее вероятный сценарий – пятый год изнурительной войны на истощение, в то время как переговоры будут ходить по кругу.
«Основная проблема в том, что Путин отказывается рассматривать что-либо, кроме своих максималистских целей», – сказал Дуг Лют, бывший посол США в НАТО.
«Это касается не только территории, но и, в более широком смысле, желания доминировать над Украиной. А Украина просто отказывается быть подчиненной», — говорится в сообщении.
При этом, хотя Кремль по-прежнему уверен, что украинская армия сломается раньше, чем российская экономика, однако Украина еще далека от краха.
«Но обе стороны также опасаются, что США могут навредить им, если Трамп разозлится из-за тупиковой ситуации. Украине по-прежнему нужна американская разведка и другая поддержка. Россия уязвима для более жестких санкций. Таким образом, каждая сторона стремится показать Трампу, что она действует конструктивно, и что в продолжении войны виноват враг», — говорится в сообщении.
Сценарий 2. Украина сдаётся первой
Это не обязательно означает, что тупиковая ситуация сохранится, отмечает издание.
Для Украины наибольший риск заключается в том, что её армия в конечном итоге истощится. Военные компенсируют нехватку пехоты, постоянно совершенствуя свои возможности в области беспилотников. Но Россия недавно догнала их в этой битве.
При этом военные эксперты не ожидают, что в этом году изменится характер боев на истощение. Почти непрерывное наступление России на Донбассе с конца 2023 года стало одним из самых медленных и дорогостоящих в военной истории. Обилие беспилотников в небе сделало крупномасштабные маневры практически невозможными.
Однако нехватка резервов войск в Украине означала, что укрепление ее восточной части в прошлом году произошло за счет постепенного продвижения России на юг, в том числе в Днепровскую и Запорожскую области, и «украинская армия постепенно становится похожа на слишком короткую простыню, оставляющую незащищенными либо шею, либо ноги», отмечается в статье.
«Если силы Украины иссякнут, ей, возможно, придется принять сделку, которая будет труднопереносимой, но лучше альтернативы. Это может включать в себя удовлетворение территориальных требований Москвы, ограничение численности украинских вооруженных сил и восстановление российского влияния на жизнь в стране с лишь слабыми гарантиями безопасности со стороны США», — говорится в сообщении.
Сценарий 3. Россия устает
Российская экономика стагнирует, многие невоенные отрасли сокращаются, а высокие процентные ставки наносят ущерб. Слабые цены на нефть, украинские удары дальнего действия по нефтеперерабатывающим заводам и действия США и Европы против российского теневого флота танкеров оказывают давление на энергетический сектор, от которого зависят доходы Кремля.
Пока мало признаков того, что Путин обеспокоен негативной реакцией со стороны элит или российского общества. Тем не менее, Россия не может продолжать войну бесконечно. Ужесточение санкций и мер по её соблюдению может сократить этот срок.
«Если Россия или обе стороны посчитают, что они не могут продолжать войну долго, то переговоры могут превратиться в более серьёзный поиск соглашения, минимально приемлемого для Украины и России», — говорится в сообщении.
Однако большинство украинцев не считают, что Россия достигла этой стадии, потому что Путин делает ставку на свою победу, отмечает WSJ.
Когда возможен мир: оценка эксперта
Многосторонние контакты между Россией, Украиной и США пока носят формальный характер и не ведут к реальному прогрессу, считает исполнительный директор Института трансформации Северной Евразии Владимир Горбач. По его словам, проблемой остаются и формат встреч, и уровень делегаций.
Эксперт допускает, что к предметным переговорам могут перейти не раньше 2026 года — при совпадении ряда условий, включая ослабление России, внешнее давление и возможные компромиссы. Реальные шаги к мирному соглашению он прогнозирует ориентировочно с весны 2026 года.
Мирные переговоры — последние новости по теме
Напомним, как ранее сообщал Главред, Украина сможет рассчитывать на гарантии безопасности со стороны США только при условии заключения мирного соглашения с Россией. По данным Reuters, такие гарантии станут одним из ключевых элементов договоренностей, направленных на прекращение российской агрессии против Украины.
В то же время Украина намерена подписать с Вашингтоном 20-пунктный мирный план, после чего Соединенные Штаты отдельно оформят соответствующий документ с Россией. Участие Европейского Союза в подписании этих договоренностей не предусматривается. Об этом заявил министр иностранных дел Украины Андрей Сибига.
Кроме того, по данным The Kyiv Independent, представители российской делегации на переговорах демонстрируют более прагматичный подход к поиску путей завершения войны, чем это следует из публичных заявлений Кремля.
(Оновлено 9:00)
Vladimir Pastukhov
«УКРАИНСКИЙ ЭНЕРГОЦИД» И КОНЕЦ ВОЙНЫ
Часть первая
Для меня сейчас наступило время тяжелых раздумий о судьбе Украины. Противостояние двух соседских народов вошло в ту геноцидальную фазу, когда центр тяжести политики Кремля переносится с давления на вооруженные силы Украины на давление на гражданское население (это не значит, что такого не было раньше, – вопрос о пропорциях), что автоматически делает террор основным методом ведения войны. Это сущностно меняет ситуацию, заставляя иначе смотреть на перспективы завершения войны.
Все эти годы я продолжал много общаться с людьми, остающимися в Украине, и при этом остающимися оптимистами в вопросе об условиях того мира, который Украина могла бы получить по итогам четырехлетнего кровопролития. Люди эти отнюдь не глупы, обладают достаточным материальным и властным ресурсом, хорошо информированы, безусловно смелы и опираются на уже имеющийся у них опыт многолетнего сопротивления агрессии, который дорогого стоит. Все они полагали, что время для «лучшего мира» еще не наступило, и надо подождать до конца весны (лета, осени) как минимум текущего года, когда «зверь устанет» и можно будет сторговаться на приемлемых условиях. Кто хочет в целом понять логику их рассуждений, может почитать интервью на BBC украинского бригадного генерала, руководящего сейчас обороной на Покровско-Мирноградском направлении.
Если отрезать ненужные подробности, то их видение прекращения войны сводилось до последнего времени к двум позициям: «мы их пересилим» и «мы размежуемся по текущей линии фронта». В основании их уверенности в реалистичности такого сценария лежало понимание того, что, несмотря на всю разницу в обеспеченности людскими и материальными ресурсами, у Путина нет потенциала добиться стратегического перелома на фронте, как нет и времени (тех самых приблизительно полутора лет), чтобы перемолоть украинскую оборону на Донбассе теми методами и той ценой (еще приблизительно сто пятьдесят тысяч убитыми и полмиллиона ранеными), которыми война ведется сейчас. Вопрос о способности Украины со своей стороны обеспечить мобилизацию хотя бы на текущем уровне выносился ими за скобки со словами: что будет дальше, никто не знает, но на сегодня, несмотря на все издержки, эта задача решается в основном с помощью ТЦК и частично путем привлечения иностранных наемников.
Что очевидно не входило в эти расчеты, так это реальность полной и бескомпромиссной «энергетической блокады» Украины. И это выглядит странным, потому что военно-техническая возможность «вынести» энергосистему Украины у России, видимо, была с самого начала войны, но по каким-то причинам воспользоваться этой возможностью Путин решился только сейчас. Так как в соотношении сил существенных (стратегических) перемен не произошло, то напрашивается гипотеза, что решимость Путина связана с изменением геополитической ситуации, где на самом деле и случились те самые судьбоносные изменения. Так или иначе, но сегодня, не найдя способа переломить (перемолоть) ВСУ на фронте, Кремль нащупал уязвимость тыла и выбрал «энергоцид» как основное направление удара. Оказалась, что судьба Украины во многом зависит от того, как бьется ее энергетическое сердце. Сейчас оно бьется с перебоями, но есть риск полной остановки.
Но если все действительно оказалось так «просто» с военной точки зрения, то почему в Москве ждали четыре года? Я полагаю, что Путин до сих пор не прибегал к энергетическому террору в таких масштабах лишь потому, что опасался спровоцировать ответные асимметричные действия Запада (предоставления Украине высокоточного дальнобойного оружия или начала встречной «континентальной блокады» ). В любом случае, он точно не руководствовался гуманистическими соображениями.
«УКРАИНСКИЙ ЭНЕРГОЦИД» И КОНЕЦ ВОЙНЫ
Часть вторая
Если Путин прибегнул к такому крайнему средству как откровенный, ничем не замаскированный массовый террор в отношении мирного населения Украины, то это означает только то, что в данный момент он перестал бояться ответных мер, хотя раньше это его останавливало. В прошлом и Путин, и Запад занимались военно-политическим эквилибром на проволоке под куполом геополитического цирка, к которой был привязан ядерный фугас: Запад решал, как так дать оружие Украине, чтобы не дать повода Путину вовлечь себя в войну, а Путин думал, как ему так атаковать Украину, чтобы не дать Западу повода напрямую атаковать Россию.
Все изменилось с приходом Трампа, и именно встреча в Анкоридже вселила в Путина уверенность в том, что при Трампе он может себе позволить масштабированно и нелимитированно ответить на удары Украины по нефтегазовой инфраструктуре России, добиваясь полного и окончательного энергетического коллапса по всей Украине. Впрочем, ответ на украинские атаки — это только удобный повод. По всей видимости, уничтожение энергетики Украины всегда стояло заглавной строкой в планах как один из основных сценариев войны, но вот именно повода и условий не было. Теперь есть.
Мы мало что знаем (и, видимо, нескоро узнаем) о неформальных контактах между Россией и Украиной в годы войны. Пожалуй, только то, что они имели место быть, – в этом смысле я не стал бы переоценивать уникальность встречи в Абу-Даби. Тем не менее, есть консенсусное мнение, что итогом этих контактов было то, что чат GPT вежливо называет «джентльменскими соглашениями по энергетике», в соответствии с которыми в зимние сезоны 2023-2024 и 2024-2025 годов взаимные удары по энергетической инфраструктуре друг друга носили ограниченный характер. В марте 2025 года это джентльменское соглашение даже вылилось во что-то более формальное типа 30-дневного моратория на удары по энергетической инфраструктуре. Но приближалось лето, зима казалась последней, и обе стороны с легким сердцем положили конец этому соглашению, обвинив друг друга в его нарушении.
При этом выяснилось, что за прошедшие несколько лет Украина здорово нарастила свои «дроновые возможности» и от единичных «ударов престижа» совершенно неожиданно для Кремля перешла к планомерному выбиванию объектов нефтегазовой инфраструктуры в европейской части России. Многим это показалось хорошей идеей. Я помню десятки восторженных публикаций, которые превозносили эти удары как кратчайший путь к «достижению мира через силу». Жизнь, — точнее, наступившая зима, — показала, однако, что идея была не до конца продуманной. Путин использовал эти удары в диалоге с Трампом как обоснование своего «права на ответный удар», но уже в рамках собственной политики «принуждения к миру». По всей видимости, ему удалось заранее приобрести индульгенцию на «энергоцид» Украины в Вашингтоне, после чего он перестал себя стеснять. Я, по крайней мере, сделал такой вывод, слушая ответ Трампа на соответствующий вопрос журналиста: ну, так они их тоже бьют…
Задним умом мы все крепки. К сожалению, сегодня можно констатировать, что главной и, боюсь, уже непоправимой ошибкой Зеленского стала именно недооценка критических геополитических перемен, которые последовали вслед за приходом к власти администрации Трампа. Он недооценил решимости Трампа реализовать свой план сближения с Россией и переоценил самостоятельность и смелость европейских политиков. Следствием уже этой ошибки стало то, что он позволил Путину безнаказанно открыть ящик (кувшин) Пандорры, из которого на энергетику Украины посыпались все бедствия мира.
Это привело к критической перемене условий переговорного процесса, когда ситуация на фронте, которая действительно остается контролируемой, стала менее значимым фактором, чем ситуация в тылу, которая перестала быть контролируемой. А это, в свою очередь, значит, что динамика и направленность переговорного процесса будет иной, чем это предполагалось в оптимистических прогнозах Киева еще в конце прошлого года.
Vladimir Pastukhov
Прогнозы сейчас – дело неблагодарное.
Чего Путин не сделает без давления?
— не согласится на прекращение огня без «мирного» соглашения;
— не прекратит удары по энергетической инфраструктуре даже на условиях взаимности;
— не откажется от требования по выводу украинских войск из Донбасса.
Какое давление не на словах, а на деле могло бы быть эффективным?
— ввод иностранных войск в Украину или хотя бы закрытие неба над Украиной силами иностранных ВВС;
— поставка Украине качественно иных по точности, дальнобойности и мощности вооружений в больших количествах (не поштучно);
— тотальная блокада теневого флота России с немедленным прекращением закупок нефти и газа Европой, в том числе через посредников и в формате продуктов переработки российской нефти.
Есть ли шансы, что хотя бы одна из этих мер будет принята Европой? Практически – нет, по следующим причинам:
— Европа боится что-либо делать без Америки, а Америка сейчас ни в одну из этих мер не впишется;
— Европа не имеет достаточного ресурса, чтобы самостоятельно реализовать любую из этих мер;
— Европа по-прежнему боится ответных мер России, так как каждая из предложенных опций является сама по себе классическим Casus belli.
Что будет происходить на переговорах дальше? – Смотри пункт один: Путин будет требовать отдать Донбасс, отказываться от перемирия и бомбить энергосистему Украины.
Vladimir Pastukhov
Сначала FT, а теперь уже и Reuters раскрыла секрет Полишинеля: Трамп готов предоставить Украине «гарантии безопасности» только при условии, если Украина выполнит требование Путина и добровольно выведет войска из всей Донецкой области. Беру в кавычки «гарантии», потому что считал и считаю, что никаких внешних гарантий безопасности для Украины в природе не существует, а есть лишь одна внутренняя гарантия – готовность украинского народа и дальше сражаться за свободу и независимость, как он это делал раньше. Ну, а секрет Полишинеля, — это потому, что не понимать неизбежность увязки Трампом гарантий с уступками Путину мог только тот, кто сознательно экранировал себя от реалий нашего смутного времени.
Эта увязка составляла суть договоренностей в Анкоридже о разделе Украины, Европы и мира между этими понимающими друг друга с полуслова государственными мужами. Мир полгода себя обманывал (или его обманывали), вычисляя какие-то «колебания» Трампа – не было никаких «колебаний», а было шоу, финал которого написан заранее. Я думаю, что договоренность между Трампом и Путиным существовала изначально, другое дело, что реализовать эту договоренность оказалось гораздо сложнее, чем им обоим тогда казалось, потому что Зеленский оказался крепче и упрямее, чем можно было подумать.
Ну что ж, казалось бы, теперь вот, когда все встало на свои места, ваш выход, госпожа Европа: сейчас или никогда, или Европа, или никто. Как сказал поэт: «Ваше слово, товарищ Маузер». Потому что вот сейчас самое время стрелять не слюной возмущения, а чем-то другим, более существенным, доказывая, что она «не тварь дрожащая, а право имеет». Но ствол товарища Маузера, похоже, давно заржавел и долго теперь не выстрелит. По крайней мере, пока его не прочистит какой-нибудь лихой общеевропейский кризис. Нынешняя Европа готова всеми силами помогать Украине, но только так, чтобы самой не воевать с Путиным и чтобы сзади ее страховал Трамп. При этих условиях хоть под купол цирка.
Проблема Европы в том, что «здесь и сейчас» самостоятельно Европа почти ничего не может, кроме как дать денег и вдохновить словом. Ситуация начинает сильно напоминать сцену из «Золотого теленка», когда Бендер предлагает Кислярскому пистолет, чтобы отстреливаться, а Кислярский спрашивает: «А двести рублей не могут спасти отца русской демократии?». А дело зашло так далеко, что деньги сами по себе уже не являются решающим фактором. Нужно либо стать соучастником, либо отойти в сторону. Все указывает на то, что Европа готовится красиво отойти в сторону. Война выявила текущую тотальную слабость Европы: экономическую, политическую, военную и даже психологическую. За пышным фасадом скрывался дом, давно нуждавшийся в капитальном ремонте, с требующими замены трубами (русскими) и протекшей крышей (американской).
Это, конечно, ситуационная слабость. У Европы гигантский потенциал. Но выяснилось, что она не в состоянии его реализовать, не обретя субъектность. Но как раз это дается ей тяжелее всего. Именно бессубъектность Европы стала причиной того, что война в Украине «упала» в фазу «войны на выживание» — «вида спорта», в котором исторически до сих пор России не было равных на континенте. Префразируя Трампа, можно сказать, что, если бы не слабость Европы, то этой войны вообще никогда бы не было, потому что Путин бы просто не рискнул напасть. Он напал на Украину именно потому, что знал: Европа не встанет. Ошибся только в Америке, и поэтому с ней решил договариваться.
Таким образом, если Трамп не изменит позицию, протест Европы ограничится громкими заявлениями и разовыми демонстративными акциями, которые ничего не решают (вроде захвата французами одного из сотен российских танкеров) или являются запоздалыми (вроде декларативного отказа от русского газа и русской нефти через год – да его еще надо прожить). Уверен, что произошедшее даст серьезный толчок развитию самосознания Европы, в том числе оборонного, в будущем. Только вот Украине сейчас это мало поможет…
(Оновлено 8:00)
Сито Сократа, [телеграм-канал]
Эндшпиль вторжения?
Близиться четвертая годовщина российского вторжения в Украину. Уже мало кого внутри России искренне интересует будет данный мегапроект Путина успешным или нет. Диктаторский режим ввергнул население страны в состояние апатии и глубокого ступора, и планомерно убивает надежды на спокойное существование.
В среде правящей верхушки возникли проблемы с формулировками причин войны, в которой страна агрессор опустилась до уровня вербовщика пушечного мяса. Рекрутинг граждан РФ стал почти гиблым делом, ведь цифра потерь личного состава в 1 млн 230 тыс. человек отрезвляет любого, кроме отмороженного диктатора Путина. Последний к слову действительно ведет политику геноцида украинцев с помощью холодов, лишая гражданское население доступа к теплу и электроснабжению в недели лютых морозов. Так выглядит стратегия террористической войны, после невозможности достичь вменяемых результатов на фронте.
Собственно развеялись и попытки объяснить причины вторжения. Казалось бы за столько лет вооруженной агрессии уже могли бы стать очевидны ее мотивы. Но ничего кроме кровожадного желания наживы и захватнической войны за душой у Кремля нет.
Путинская пропаганда мечется над переписыванием школьных учебников с целью продать поколению «Альфа» фальшивые выдумки о причинах путино-бойни. Помощник Путина Мединский в дурной позиции. Этот мутант считает, как истинный фанат Оруэлла, что переписывать учебники истории из года в год, учитывая колебания политики, дело не зазорное и нужное. Просто феноменальный бред, когда сейчас в январе 2026 года данный политикан выдвигает гипотетическую версию причин кровопролитнейшего вторжения.
«Представьте себе на минуту, что Украина вступает в НАТО. Тогда войска НАТО угрожают безопасности всей нашей страны. Если бы спровоцирована была война, то Россия воевала бы со всем НАТО. Это же гибель всей цивилизации», – заявляет Мединский.
Но он выглядит абсолютным лжецом, ведь войска НАТО давно уже на границах России, и сами очень избегают любой конфронтации с армией РФ. В текущих геополитических условиях философия НАТО и весь евроатлантизм проходят переосмысление, особенно в свете ситуации, точнее казуса Гренландии.
Пока кремлевская пропаганда раздувала гренландскую историю ради отбеливания путинского ирредентизма, и злорадствования вокруг едва ли не войны внутри НАТО, стало ясно: а ведь спиливают сук на котором сидели.
Во-первых, Трамп не собирается решать вопрос Гренландии силовым путем, и ищет другие механизмы, хоть и не самые дружественные, но и не откровенно боевые. Тут Путин со своей «СВО» просто сел в калошу. Во-вторых, Москва раструбила о недееспособности НАТО, его раздробленности и разброде в стройных рядах. Выходит некогда демонический Альянс и вовсе занят внутренними проблемами, и точно не может быть военной угрозой России.
Между тем, политика Трампа, которого расхваливают российские идеологи, как раз несет зачатки утраты РФ позиций в Арктике, а в перспективе и вовсе Северной войны.
Будет ли осознание такого сценария шоком для рядовых россиян? Похоже будет, ведь если твоя страна исповедует философию девальвации всего и вся, игнорирует международное право, то в итоге она сама окажется в меню.
Уже свыше 70% россиян хотят достижения мирного решения по украинскому вопросу. В капитуляцию Киева верят не более четверти респондентов… Чрезмерная цена войны ведет к ситуации, когда любое ее окончание будет признано лучшим решением, нежели дальнейшее продолжение. Ситуация объявления конца войны «в любой момент» будет с энтузиазмом встречено утомленным безысходностью российским населением. Но помехой остается судьба режима Путина. Он сросся и переплелся с кровопролитием, питается страхами и смертями, спекулирует на внешней угрозе, хотя ведь вряд ли уже возможны худшие варианты развития событий, чем бесконечные и такие же бессмысленные военные будни финальной фазы агрессии.
(Оновлено 7:00)
ISW
Институт изучения войны (американский аналитический центр)
Оценка боевых действий в ходе российского вторжения в Украину, 28 января 2026 г.
Китайская Народная Республика (КНР) продолжает оказывать критически важную поддержку российскому производству вооружений, включая ракеты «Орешник» и беспилотники большой дальности «Шахед». 28 января газета The Telegraph сообщила, что выявила поставки технологий и передового оборудования в Россию на сумму 10,3 миллиарда долларов в неуказанный период времени. The Telegraph сообщила, что Россия использует китайские станки с числовым программным управлением (ЧПУ) для производства баллистических ракет средней дальности «Орешник» на Воткинском заводе в Удмуртской Республике и для производства беспилотников типа «Шахед» в особой экономической зоне «АСЕЗ» Алабуга в Республике Татарстан. The Telegraph также обнаружила, что КНР поставляет в Россию микросхемы, платы памяти, шарикоподшипники, телескопические прицелы и пьезоэлектрические кристаллы на миллионы долларов. КНР продолжает воздерживаться от прямых поставок оружия России, но вместо этого поставляет компоненты и оборудование, многие из которых имеют двойное назначение, в российскую ДИБ. ISW продолжает оценивать, что поставки КНР в российскую ДИБ позволили России улучшить и нарастить производство беспилотников, которые российские войска используют для нанесения ударов на большие расстояния по тылу Украины и для нанесения ударов по ближнему тылу Украины с целью создания эффекта воздушного перехвата на поле боя вдоль линии фронта.
В ночь с 27 на 28 января украинские войска продолжили ударную кампанию по российским военным объектам вблизи линии фронта и в тылу России. Генеральный штаб Украины сообщил, что украинские войска нанесли удары по военным объектам в тылу России, включая скопление живой силы и пункт управления беспилотниками в районе Велика-Новосилка Донецкой области (примерно в 23 километрах от линии фронта); скопление живой силы в районе Григорьевки Донецкой области (примерно в 13 километрах от линии фронта); и склад боеприпасов в районе Нижней Дуванки Луганской области (примерно в 25 километрах от линии фронта).Генеральный штаб Украины также сообщил, что украинские войска нанесли удары по российским военным объектам вблизи линии фронта, включая скопления живой силы в районе Шахове (к востоку от Добропилля) и Гуляйполе; командный пункт батальона в районе Березового (к юго-востоку от Александровки); и скопление живой силы в Колотыливке Белгородской области (к западу от города Сумы и к северу от Грабовского). Украинские силы начали наращивать свою кампанию ударов средней дальности в конце декабря 2025 года и проводят собственную кампанию воздушного перехвата на поле боя (BAI), аналогичную российской кампании BAI, которая позволила России продвинуться вперед осенью 2025 года. Вероятно, украинские силы стремятся использовать свои удары средней дальности для противодействия недавним наступлениям России.
Основные выводы
-
Китайская Народная Республика (КНР) продолжает оказывать важнейшую поддержку российскому производству вооружений, включая ракеты «Орешник» и беспилотные летательные аппараты большой дальности «Шахед».
-
В ночь с 27 на 28 января украинские войска продолжили ударную кампанию по российским военным объектам вблизи линии фронта и в тылу России.
-
Украинские войска недавно продвинулись в районе Покровска.
(Размещено 6:00)
Альфред Кох
Прошли три года и триста тридцать девять дней войны. На сегодняшних картах ISW нет никаких изменений. Соответственно и нечего комментировать.
В ночь на сегодня россияне выпустили по Украине одну баллистическую ракету «Искандер-М» и 146 БПЛА. Украинские силы ПВО перехватили 103 вражеских БПЛА. Зафиксированы попадания одной ракеты и 36 ударных БПЛА в 22 местах.
В результате этой атаки в Голосеевском районе Киева повреждены многоэтажный жилой дом и несколько автомобилей.
В Киевской области в результате атаки пострадала Белогородская община. Поврежден многоэтажный жилой дом. Произошел пожар кровли и верхнего этажа. Погибли два человека, а еще четверо — ранены. На месте работают спасатели. Проводится эвакуация жителей.
Также ударам подверглись Одесса и Запорожье. Сообщается о двух пострадавших. В результате возникшего пожара повреждены более 100 квартир и около 20 автомобилей.
Свою очередь МО РФ сообщает, что за прошедшие сутки на территории России были сбиты 122 украинских БПЛА. Сколько украинских беспилотников попали в цель — не сообщается. Каких-то более менее объективных данных о деталях этой атаки я не нашел.
Сегодня много интересного рассказал госсекретарь Марко Рубио на слушаниях в Конгрессе, посвященных Венесуэле. Там его, помимо вопросов по теме слушаний, спрашивали еще про Иран и про Украину.
Касательно Украины он сказал, что следующий раунд переговоров в ОАЭ будет проходить уже без участия Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера и вообще — без США. То есть переговоры пройдут в формате Украина — Россия. Что это значит и какого результата он ждет от этих переговоров — он не сказал.
На мой взгляд отсутствие американской модерации на этих переговорах сведет их к возобновлению «стамбульского» формата, который прошлым летом так бессславно закончился. Единственным результатом тогда были обмены пленными и телами убитых солдат, но этот процесс шел и без таких переговоров.
Можно уверенно говорить, что эти переговоры снова закончатся перепирательством и обозначением незыблемости своих непримиримых позиций. Это хорошо видно из того, что уже говорят и киевские и московские официальные спикеры.
Также Рубио сказал, что соглашение о гарантиях безопасности для Украины действительно уже согласовано с американской стороной и оно предусматривает привлечение ограниченного французского и британского военного контингента «при сильной поддержке Соединенных Штатов». Что это значит на практике не очень понятно, но их контекста его заявления вытекает, что американские войска в рамках этих гарантий вводится в Украину не будут.
При этом Рубио специально отметил: эти гарантии безопасности пока еще не акцептованы Москвой и поэтому их нельзя считать окончательными.
Два последних дня в прессе шла заочная полемика о том, почему эти гарантии безопасности до сих пор не подписаны. Одни СМИ писали, что американцы сказали Зеленскому, что они подпишут эти гарантии только после того, как он согласится отдать россиянам остаток Донецкой области.
Другие СМИ, ссылаясь на Белый Дом, опровергали это условие. И при этом уточняли, что условием предоставления Украине американских гарантий безопасности является не передача россиянам остатка Донецкой области, а заключение между Россией и Украиной мирного соглашения. А вот будет ли в нем предусмотрена передача России остатка Донецкой области или нет — это уже дело Украины и России, а вовсе не США.
Так или иначе, Рубио сегодня поставил точку в этом споре и четко сказал, что не только гарантии безопасности, но и соглашение о восстановлении Украины будут подписаны только после заключения мирного соглашения.
Подводя итог этой части своего выступления, он сказал, что по мнению американской стороны практически все вопросы мирного соглашения между Россией и Украиной решены за исключением одного-единственного — территориального. Здесь никакого прогресса нет и никакого компромисса не вырисовывается. (Что, собственно, не является для нас сюрпризом).
Я не буду здесь в сотый раз повторять мои прежние аргументы про бессмысленные потери украинских солдат и дальнейшее разрушение инфраструктуры украинских городов. Приведу всего несколько цифр:
В 2023 году Россия захватила 487 кв. км украинской территории. В 2024 году — 4168 кв. км. А в 2025 — 4336 кв. км.
Как мы видим, темпы захвата год от года растут. По состоянию на сегодня Украина еще продолжает контролировать территорию Донецкой области площадью примерно 5000 км. км.
То есть если повоевать еще годик, то можно смело прогнозировать, что Украина все равно потеряет от 4000 до 5000 кв. км. своей территории, просто не целиком в Донецкой области, а еще частично и в Запорожской, Сумской, Харьковской или Днепропетровской областях. (Напомню, что враг уже стоит в 20-25 км от Харькова, Сум и Запорожья).
Чем земля Донецкой области дороже для Зеленского земли в, например, Днепропетровской области — мне непонятно. И почему он готов смириться с потерей территории в одном месте, и не готов в другом? Более того, если Путин таки завоюет оставшуюся часть Донецкой области, то это, типа, ок, и путь забирает, а просто так отдать, без боя (и сообственно — без потери своих солдат) — это шалишь, «народ не поймет»…
А пока Зеленский (как Чапай) думает, на Украину снова идут холода. Уже послезавтра начнется похолодание, а второго февраля температура опустится до минус 20 градусов. Не надо быть Сократом, чтобы понимать, что именно в этот момент Путин и ударит по критической инфраструктуре украинских городов. Чем все это закончится — нетрудно догадаться… Держитесь, дорогие мои украинцы. Вас ждет очередное испытание.
Слава Украине!🇺🇦
Автор публикации
Комментарии читателей статьи "BloggoDay 29 January: Russian Invasion of Ukraine"
- Оставьте первый комментарий - автор старался
Добавить комментарий
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.