Приключения в селе Ахалдаба

 

История первая. Как в колодце оказался «нечистый»

 

Когда-то мы с родителями жили в северо-западной части Грузии, в городке Ткибули. Наше селение окружали горы со щедрой лесистой растительностью – росли каштаны со съедобными плодами, лиственница, дуб, чинар и очень много фруктовых деревьев. Население выращивало виноградники и плантации чая. В лесу было чем полакомиться, водилась земляника, черника, ежевика.

Городок считался промышленным, здесь добывали каменный уголь. Но мое пребывание в Ткибули не было постоянным. После окончания занятий в школе родители каждое лето отправляли меня отдыхать в село Ахалдаба, находящееся возле Боржоми, на юге Грузии. Я выезжал в автобусе с утра, и где-то в час дня прибывал в село. Мне нужно было выходить возле висячего моста через реку Кура, исток которой находился в Турции, а текла она через всю Грузию, Армению и впадала в Каспийское море.

По висячему мосту я переходил через реку, попадал в узкую сельскую улочку и шел к дому тети Любы, папиной сестры. Едва открывал калитку и заходил во двор, сразу же навстречу раздавались дружные возгласы тети Любы и ее мужа, дяди Шалико:

— О, к нам пожаловал помощник!

Дядя сразу же обозначал первостепенную задачу:

— Поможешь сначала собрать черешни, а после решим, что дальше делать!

Как по команде во двор тянулись гости – родственница Марина с сестрой Ирой и братом Очико, подошел и сосед Давид, с которым мы всегда играли в детстве. Все дружно  поднялись в горы, чтобы сверху полюбоваться селом.

Поскольку везде поспели черешни, то картина вырисовывалась в различных цветах: плоды висели желтые, белые, розовые, красные, черные. Их сбор в селе продолжался около двух недель.

Дядя Шалико работал водителем на мебельной фабрике. Зачастую брал и меня с собой. Мы освобождали бункера, наполненные опилками, и топливо отвозили в котельную.

Но вот однажды вечером в пятницу, после работы, тетя Люба попросила дядю Шалико сходить на рыбалку. Он ответил:

— Сейчас подготовлю сеть и завтра порыбачим!.

Мы вместе принялись рассматривать разложенную на траве снасть: нет ли в ней дыр? Дядя расположился спиной к колодцу, а я сел напротив так, что мне виден был и дядя, и колодец. Вот скрипнула калитка, соседка набрала воды и ушла, не заботясь о том, закрыт двор или нет.

Соседские гуси под забором на улице щипали травку, увидели, что калитка открыта, смело зашли во двор. Здесь им было где разгуляться – трава густая и сочная.  Начали нам мешать поправлять сеть. Дядя позвал моего брата Федора, чтобы он прогнал непрошеных гостей. Но не тут-то было. Как ни пытался Федор спугнуть птиц, ничего не получалось. Тогда дядя велел закрыть калитку и перебрасывать их один за другим через забор. Может, брат перестарался, но получилось так, что один гусь упал в колодец. Федор только руками развел:

— Ай-ай-ай…

— Что случилось? – спросил, не оборачиваясь, дядя.

Брат умоляюще показал мне пальцем на губы, чтобы я молчал.

Мы подготовили сеть к завтрашней рыбалке, умылись и пошли в кухню ужинать. Тетка приготовила славную тушеную курицу и хачапури. Мы тотчас уселись за стол и принялись за еду.

— Что-то долго Федор не идет, — забеспокоился дядя Шалико.

— Наверное, остался у тети Анечки! – предположила тетя Люба.

— Ага, — припомнил что-то дядя. – Ты мне приготовь на завтра три пластмассовых ведра.

— Так я уже все приготовила

— Ну, так набери с колодца холодной воды, отнеси на второй этаж для питья.

Тетя нашла пустое ведро и пошла в глубину двора, а мы с дядей вели тихий разговор о рыбалке. Между тем я слышал, как опускалось ведро в воду, как скрипел колодец. И вдруг ведро с грохотом летит обратно, а тетя Люба неистово вопит на весь двор.

Дядя так и обмер. Его жена – вся растрепанная, перепуганная, мокрая, врывается в кухню:

— Там… там…

— Что с тобой? Что с ведром?

— Ты не представляешь, Шалико! Я доставала воду, а в ведре сидит… черт! Обхватил меня крыльями и хотел утащить в колодец! Я оттолкнула его, и нечистый вместе с ведром упал в воду!

Тетка стояла, дрожала от страха, с нее стекала вода. Я сразу все понял и еле сдерживал смех. Дядя Шалико, прошедший с боями всю войну, был напуган видом своей жены.

— Ладно, стой! Я сейчас проверю, что там в колодце.

Он привстал, решительно взял топорик и вышел во двор. Сидя на тахте, я с интересом ждал, что будет дальше. Было жалко тетю Любу, ведь она не могла знать всей правды, ей мерещился нечистый с крыльями, а не гусь!

Дядя дважды смело пытался вступить в поединок с нечистым и, в конце концов, добился своего – крылатый попался!

Входя в кухню, муж потрясал добычей, обращаясь к перепуганной жене:

— Это, по-твоему, черт? Твой племянник Федор проворонил птицу, когда перебрасывал через забор остальных. Ишь, какой прыткий оказался! Каково тебе было, бедняга, там, в колодце?

Тут же досталось и мне за то, что покрывал Федора, не признался о его недосмотре.

— Ты почему молчал? Посмотри на тетку, она с перепугу сама не своя!

И продолжал удивляться жене:

— Эх, ты… Гуся испугалась! Вот кто сидел в ведре, вот кто обрадовался своему спасению и выпрямил крылья! А ты его обратно запихнула и бросила в колодец!

Бедный гусь, очутившись на полу, растопырился, будто у него закружилась голова

— Что же с ним делать, с гусем? – виновато спросила тетя Люба.

— Возьми его и отнеси хозяйке. Скажи, что упал в колодец, а мы его достали.

Тетя Люба понесла соседке перепуганную живность. Через полчаса вернулась уже повеселевшая:

— Ох, и смеялись соседи, когда узнали о приключениях своего гуся!

Дядя набрал воды из колодца, и мы пошли спать. На следующее утро отправились на рыбалку, взяв с собой сеть и ведра. Дядя закидывал снасть и словил целых девять штук форели, а три ведра мы наполнили бычками.

Приятно было сообщить об улове двоюродному брату. Он на своем «москвиче» отвез нас с дядей домой. Рыбу отдали тете Любе, а сеть разложили, повесили на забор сушиться. Пришла тетя Надя, потом Ксения и Тинико, они готовили ароматное рыбное блюдо. А мы с удовольствием ели его, и время от времени смеялись, вспоминая о том, что произошло с гусем в колодце.

Вторая история. Игра в фантики

Когда в конце июля поспели все фрукты, мы в очередной раз собрались поздно вечером играть в фантики. Суть игры заключалась в том, что одного человека сажали спиной к коробке, в которую укладывали фантики. Кто-нибудь доставал фант и спрашивал:

— Что делать этому хозяину?

Ясное дело, что задания получали самые отчаянные. К примеру, надо было проникнуть к соседям за фруктами и принести их для общего съедения.

Выпало и мне воровать сливы у соседки по имени Цицино. Девочка отвела меня в сторону и прошептала:

— С правой стороны, в конце забора, две штахетины внизу оторваны. Раздвинешь их и смело проходи в сад!

Но, увы! Штахетины оказались прибитыми! Мне пришлось лезть через забор. Сливы здесь были непростые. Назывались алебухари, в переводе с грузинского «огонь камина». Каждый плод крупный и сочный, к тому же имеет пламень-огонек в окрасе.

Я быстро толкал сливы себе в пазуху, под футболку. Когда возвращался к забору, дворовая собака услышала шорох травы и побежала в мою сторону. Пришлось ускориться – одним махом через забор! Но шорты подвели меня и я… завис. К тому же на ноге образовались царапины.  Тут подбежал отец Цицино, дядя Анзор:

— Что ты делаешь тут ночью?

Помог мне слезть с забора, и отвел к себе домой.

— Назико! Посмотри, что с ребенком!

Мама Цицино вышла из другой комнаты:

— Что у тебя с ногой? Упал?

— Нет! Перелазил через забор и зацепился шортами, — промямлил я.

— Ну-ка, давай, снимай свои шорты, — велела тетя Назико.

Быстро зашила дыру, обработала царапины. Пришлось честно признаться в нашей игре в фантики.

— Только не ругайте Цицино, она не виновата, это все фантики! Игра такая!

— Ну, если ты проведешь ее домой…

— Проведу обязательно!

В темноте видны были полеты мерцающих светлячков, но мне некогда было их рассматривать – торопился к ребятам. Они встретили меня расспросами, а я, раздавая сливы, рассказал о случившемся. Все хохотали и смаковали алебухари.

Настала очередь других мальчишек. Марина спросила у Молхаза:

— А почему ты так быстро пришел?

— Ага! Когда я залез в сад к дяде Нукзару, то увидел, что абрикосы уже собраны – три корзинки стояли на столе. Ха! Я тотчас нагреб их себе за пазуху и не пришлось лезть на дерево!

Ачикос с Ириной тоже принесли абрикосы, Марина – сладкие груши, а Миша и Тинико – белые сливы. Наевшись досыта, стали расходиться по домам. Я увязался за Цицино, объяснив, что дал обещание ее маме.

Светлячки освещали нам путь, было красиво и весело, весь страх остался позади.

— Смотри, Цицино! У тебя так много светлячков в волосах!

— А у тебя тоже! Как их много по всей улице, просто чудо!

Увидев нас еще издали, отец Цицино сообщил жене:

— Назико! Иди, встречай – фантики пришли!

Тете понравились светлячки в наших волосах:

— Ой, посмотри, как дети разукрасились – светятся, как новогодние гирлянды! Так и мигают! Ты, Коля, оставайся, поужинай с нами, а потом дядя Анзор отведет тебя домой.

— Нет! Спасибо, побегу, там ждут все!

Я пожелал семейству спокойной ночи и умчался в темноту. Дома тоже заметили светлячков. Дядя сказал жене:

— Глянь, Люба, марсианин прибыл! Весь светится!

Мне хотелось сказать, что светлое настроение нахлынуло, что завтра мы снова увидимся с Цицино – вот потому и свечусь от радости. Но промолчал и единственное, что сообщил, что ужинать не буду – фруктов наелись с ребятами. Дядя Шалико с подозрением посмотрел на мои царапины, на зашитые шорты. Пришлось чистосердечно во всем признаться и рассказать о фантиках

— Тебе фруктов мало во дворе? Почему ты позоришь нас?

—  Ладно, Шалико, что ты кричишь на ребенка? Забыл, как ты в детстве лазил по огородам?

Дядя встал и криво улыбаясь, сказал:

— Пойду из колодца наберу воды… Может, вытащу…хо-хо-хо…белую лебедь!

— Да, иди уже, тоже мне принц, — с иронией заметила жена. А сама, прибрав в кухне, выключила свет, и мы отправились спать. Я широко открыл окно в своей спальне и впустил в комнату свежий запах зелени и фруктов. Прилег на кровать и подумал: все-таки хорошая игра «фантики»! Вспомнилась Цицино, ее шепот и сияющие светлячки в волосах… Издалека доносился лай собак, голоса возвращающихся с работы сельчан.

Обняв подушку, я блаженно стал засыпать.

История третья. Разозленный буйвол

Утром к нам зашла соседка и попросила меня, чтобы я посидел с ее сыном Ладо, так-как ей нужно было сходить в магазин. У него с самого рождения были парализованные ноги, и он не мог ходить. Поэтому, он лежал, или сидел в коляске. Мы часто с друзьями заходили, проведать его, игрались, и катали его по селу. Хорошо тетя Ломара, я посижу с ним. Собравшись, я пошел к Ладо, увидев меня он обрадовался, Коля, собери мне сливы и груши. Принялся выполнить просьбу Ладо, приставил лестницу к сливе, я собрал несколько десяток слив, и груш. Взяв копроновую миску наполненную грушами и сливами, помыл фрукты под краном, а после умостился на траве, возле коляски. Подав фрукты Ладо, я видел его радость, мне было его очень жалко, но я старался свою жалость не показывать. И мы сидели вместе, кушали фрукты, и я рассказывал ему, как мы играли в фантики. А когда я рассказал, как я убегал от собаки, и повис на заборе, Ладо смеялся. А после обратился с просьбой:

Покатай меня по селу.

Хорошо, я сегодня договорюсь с ребятами, а завтра покатаем.

А вот и мама пришла:

Ну как вы тут, не скучаете?

Да нет. Я собрал сливы и груши, помыл их, и мы сидели кушали.

Ух ты, да вы молодцы!

Тетя Ломара, мне надо сейчас идти, а завтра мы с ребятами заберем Ладо, покатать по селу. Пока Ладо, завтра мы придем, погуляем с тобой.

Хорошо, до завтра.

Тетя Ломара вслед крикнула:

Подожди, Коля, давай я тебя хоть чем-то угощу.

Спасибо большое, но я очень сильно спешу.

Помахав рукой Ладо, я побежал домой.

Вернувшись, тетя Люба спросила:

Коля, как там Ладо?

Он так обрадывался, когда я пришел, я ему собрал фрукты, покормил, и мы сидели, общались.

А когда я пошел за дом играться, то в это время зашел Давид, и спросил:

—  Тетя Люба, а где Коля?

—  А он там, за домом, играется с мячиком.

Давид отыскал меня и говорит:

—  Сейчас наш сосед будет гнать своих буйволов за село. Пошли, посмотрим, как они пасутся, и как плавают. Сами по себе буйволы миролюбивые. Например, находясь с ними в воде, можешь быть уверенным, что буйвол тебя никогда не бросит,  будет приглядывать за тобой.

Мы часто катались в воде на буйволах. И на этот раз поплавали с ними в реке, после легли на берегу. Пока животные отдыхали, Давид подошел ко мне и спросил:

—  А что если пощекотать буйволу ноздрю?

Недолго думая, сорвал камыш, распустил его, распушил. Приловчился и начал щекотать, тыкать камышом в нос буйволу. Я сказал Давиду, что это небезопасно, мы его разозлим.

Мой товарищ был полненьким и неповоротливым. Поэтому не мог предугадать поведение буйвола и избрать нужную позицию. А буйвол мигом понял, что его хотят разозлить. Не заставил себя ждать, вскочил и погнался за нами, выпучив злые глаза.

Давид хоть и был неповоротливым, но убежал шагов на пятьдесят впереди меня. Мы мчались по селу, что было сил! А буйвол бежал за нами…

Я успел забежать домой и закрыть калитку. Тотчас поставил ноги в корыто с водой и отмачивал. Они сильно болели и дрожали от быстрого бега.

— Что там случилось?- крикнула тетя Люба.

Через полчаса вернулся домой обозленный дядя Шалико:

— До каких пор это будет продолжаться? То фрукты воруют, то буйвола довели до безумия… Еле-еле удалось поймать! Хозяин отвел домой. Из-за твоих племянников нас скоро выселят из села! Хватит! С понедельника будет ходить со мной на работу, хватит этих городских дармоедов терпеть.

Да, дядя Шалико, здесь ты прав. Зато я буду знать, о чем написать в сочинении «Как я провел лето».

 

 

 

© centurionnik, 26.05.2022

2 оценки, среднее: 5,00 из 52 оценки, среднее: 5,00 из 52 оценки, среднее: 5,00 из 52 оценки, среднее: 5,00 из 52 оценки, среднее: 5,00 из 5 (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...

Комментарии читателей статьи "Приключения в селе Ахалдаба"

  • Оставьте первый комментарий - автор старался

Добавить комментарий