BloggoDay 6 November: Russian Invasion of Ukraine

Дайджест 6 листопада 2022 р.

 

(Оновлено 17:00)

«Фокус»

Ольга Ходько

Как ветеран АТО на протезе насобирал 7 млн на ВСУ — невероятная история Александра Швецова

Широкомасштабное вторжение России в Украину вызвало настоящее цунами народной поддержки украинских Вооруженных сил. Эта история — о необыкновенной смекалке, вере в победу и об украинском характере.

За восемь месяцев войны украинцы задонатили на нужды Сил обороны миллионы гривен, которые пошли на автомобили, снаряжение, оружие, дроны, и даже спутник. Однако иногда изобретательность наших граждан просто поражает. Речь о ветеране АТО из Житомира Александре Швецове. Мужчина получил тяжелое ранение на востоке страны и потерял ногу, но решил помочь ВСУ, отправившись в пешее путешествие по Украине.

Эта история — о необыкновенной смекалке, вере в победу и украинском характере.

Изобретательная схема

Александр Швецов попал на фронт еще во время АТО в 2014 году. Можно сказать, случайно.

«Я захотел продать квартиру и сделать пристройку у частного дома своей матери, — объясняет Александр. — А для того, чтобы продать квартиру, нужно было прийти в военкомат и взять приписное. Я пришел туда, а комиссар говорит, что люди с такой военной специальностью, как у меня, а я командир разведотделения, сейчас нужны на востоке страны. И я не отказался, попал в состав 30-й отдельной механизированной бригады».

А дальше были тяжелые бои в Донбассе, ранения, эвакуация и ампутация. Однако сказать, что Александр не сломался после травмы, не сказать ничего. Мужчина стал активно помогать таким же как и он раненым побратимам и реализовал проект, благодаря которому никогда не бывшие за рубежом защитники Украины смогли увидеть Париж, Вену, Рим, Брюссель, Ватикан.

Но началась большая война, и Александр сконцентрировался на помощи ВСУ.

«Ко мне обратились побратимы и попросили об очередном автомобиле на фронт. Я сделал пост о том, что собираю деньги на микроавтобус, который нужен на белорусском направлении. Этот пост в первый день собрал 15 тысяч гривен, на второй день еще меньше. Потом я снова повторил этот пост, но таким образом почти ничего не удалось собрать — и тогда я подумал, что, возможно, нужно что-то другое придумать, чтобы люди донатили, да еще и закрыть другие направления, ведь ребята с донецкого и херсонского направления тоже просили у меня по пикапу. И тогда я придумал такую схему, чтобы поощрить людей донатить», — вспоминает мужчина.

Схема, о которой говорит ветеран, заключалась в следующем: Александр решил отправиться в путешествие пешком от Одессы до Яремче Ивано-Франковской области. Но предложил украинцам сократить его маршрут: за каждую пожертвованную гривну путь ветерана должен был сокращаться на один шаг.

«Я посчитал, что на автомобили мне нужно примерно 800 тысяч гривен. Тогда решил найти место от Одессы до Карпат, до которого бы расстояние было где-то 800 тысяч метров, и это было Яремче», — рассказывает ветеран.

Автомобили останавливались, люди выкрикивали: «Слава Украине!»

Александр признается, что вначале даже его родные и близкие не верили в затею и уговаривали не делать этого.

«Труднее всего начать. Перед тем, как отправиться в путь, я рассказал про свой план близким, но мне до последнего говорили, чтобы я отказался от этой идеи. Моему окружению она была непонятна», — говорит Швецов.

И все же мужчина настоял на своем и отправился в путешествие. Логистика, которую разработал Александр, это отдельная интересная история.

«Я на машине приехал в Ланжерон, там вышел и пошел пешком. Закончил запланированную на день дистанцию, зафиксировал это, сделав селфи возле какого-то билборда или дорожной таблички, на которой написано, например, сколько километров осталось до Киева. Далее выкладываю фото в соцсетях под постом и ловлю попутку. На попутке возвращаюсь к своему авто, подгоняю его к тому месту, где закончил идти, ночую в авто, утром просыпаюсь, снова фиксирую место, с которого начинаю идти, и так по кругу каждый день», — вспоминает ветеран.

Наблюдая мужчину на протезе, который идет с украинским флагом вдоль дороги, водители постоянно останавливались, предлагая помочь и подвезти.

«Это было постоянно. Люди на дороге останавливались, фуры сигналили, открывались окна автомобилей и люди выкрикивали: «Слава Украине!». На протезе нелегко идти, но когда такое происходит, ты не замечаешь физических трудностей. Бывало такое, что фура останавливается на дороге и ждет меня, чтобы подвезти… Я машу рукой, чтобы ехала дальше, а водитель думает, что я наоборот машу, чтобы он остановился… Только одно авто уезжает, как сразу следующая фура или автомобиль, и так по кругу. Даже замучился объяснять, куда и зачем я иду. Но когда люди узнавали, то они начинали донатить», — объясняет мужчина.

Переломный момент

Однако, несмотря на такой патриотический подъем, успех проекта был под угрозой. Во-первых, из-за физических трудностей.

«Я люблю путешествовать, в путешествиях хожу пешком, и часто бывает, что болит культя ноги. А на этот раз болела еще и здоровая нога: наверное, потому, что на нее шла нагрузка. Но все равно, я шел, отвлекался и как-то не обращал на это внимания», — вспоминает Швецов.

Во-вторых, хоть тысячи украинцев и донатили Александру, денег не хватало.

«С первого по третий день мне донатили нормально. На четвертый, пятый день уже было меньше, и на седьмой день у меня было 550 тысяч гривен. Я тогда понимал, что период хайпа, видимо, прошел. Я боялся не собрать полную сумму, а для меня это было важно, чтобы как можно скорее доставить машины ребятам», — рассказывает мужчина.

Однако на девятый день поездки произошел переломный момент. Почти чудо. Мужчина даже связывает его со встречей со священником, благословившим ветерана. Дело в том, что каждый день своего похода Александр снимал на камеру, а затем монтировал небольшие ролики и постил их в соцсетях.

«На 9 день путешествия я выложил в соцсети ролик с 8 дня похода, и потом через час, даже не успев почистить зубы с утра, я понял, что могу дальше уже не идти. Через два часа это уже были сотни тысяч гривен на счету, а через пять часов был миллион. Люди настолько начали донатить, что все потребности были закрыты. На следующее утро на карточке уже было около 2-3 миллионов гривен», — вспоминает ветеран.

В общей сложности Александр Швецов прошел 85 километров, собрав более 7 миллионов гривен на армию.

Как чувствует себя человек, которому все удалось?

«Я почувствовал кайф от того, что я смогу купить ребятам уже не два пикапа и микроавтобус, а гораздо больше автомобилей, да и вообще смогу сделать много полезных вещей для ВСУ. Кроме того, почувствовал внутреннее удовольствие, драйв, что я сам себе и близким смог доказать, хотя меня отговаривали, что я действительно могу это сделать. Я рассчитывал, конечно, что люди будут мне помогать и донатить, но я не думал, что все так скоро произойдет», — делится эмоциями мужчина.

За время своей поездки ветеран встретил сотни украинцев. По словам мужчины, у наших людей есть одна самая ценная черта. Украинское сокровище.

«Это вера. Она у нас непоколебимая. Какая бы власть у нас ни была, все равно мы — украинцы, и в самые трудные моменты мы собираемся всеми силами, и мы выгрызем эту победу, я уверен в этом. Глядя на наших людей – нас нереально уничтожить», — резюмировал Александр Швецов.

Если вы хотите помочь Александру Швецову, вы можете написать ему в соцсети.

 

(Оновлено 16:00)

Игаль Левин

Президент США Джо Байден, выступая в Калифорнии, заявил: «Не волнуйтесь, мы освободим Тегеран. Иранцы скоро будут свободными». Правда, он не уточнил, как именно это будет сделано, но это уже детали для компетентных лиц и сил.

Что тут сказать? Во-первых, трудно не приветствовать такую политику, Иран реально остро нуждается в хорошей дозе демократии и избавлению от режима аятолл, а во-вторых, вот вам еще одна причина, почему Тегеран так плотно решил помогать России в ее попытке уничтожить Украину.

В Иране прекрасно понимают, что если Россия проиграет и режим Путина падет, то непременно придут по их душу. Ликвидация генерала Сулеймани была не выборочным событием и не случайностью. Это была репетиция и демонстрация грядущего переустройства.

Это перепугало режим аятолл? Да, очень сильно. Потому что им показали, кто реально диктует правила игры.

Российско-украинская война же выступила эдаким комбобрейкером. Причем не по воле Кремля или желанию и планам Запада. Напомню, в Украину не верил никто, готовы были помогать разве что ее партизанскому сопротивлению. Именно в силу того, что украинцы и украинки выстояли и перешли в контрнаступление, превратив эту войну из банальной карательной операции русских в событие эпохального масштаба.

Иран пристально наблюдал за этим еще до 24 февраля и готовился влезть в эту драку. Я тогда плотно мониторил каналы Стражей и всякие басиджские помойки и помню, как 70% ежедневного эфира занимали вопросы подготовки РФ к большой войне и какие контрмеры предпринимает Украина.

Очень занятное это было чтиво. Так как Стражи те еще русофобы, их обмазывание русским милитаризмом выглядело как чистой воды guilty pleasure.

Для Тегерана эта война — окно возможностей не просто спасти свой режим, сохранить власть, но и расшириться, больно ужалить США и нанести болезненные удары Израилю. Давайте не будем забывать, что КСИР очень хочет, чтобы русские полностью ушли из Сирии и режим Асада стал абсолютной марионеткой в руках Стражей.

Да, дорогие друзья, это многомерная и сложная игра, кровавая игра, в самом чистом оруэллском понимании войны ради войны и власти ради власти.

Украине не было уготовлено место в этой игре — именно поэтому героическое сопротивление украинского народа — это то, что пугает очень многих архитекторов контролируемого хаоса.

Как мне кажется, сейчас главное, чтобы украинским командующим хватило мужества, духа и прозорливости разглядеть в этом кровавом клубке ту тропинку, которая приведет Украину к свободе и победе, а украинскому народу — терпения и отваги пережить это яркое, но вместе с тем и страшное время — время людоедов.

 

(Оновлено 15:00)

«Цензор.Нет»

Александр Кочетков, аналитик, политтехнолог

Об эвакуации Киева

После заявления Виталия Кличко о готовности мэрии эвакуировать 3 млн киевлян, зашевелились у меня нехорошие предчувствия.

Дело в том, что эта война на 50% происходит в медийном пространстве. Поэтому вместе в джавелинами США сразу направило в Украину оперативный центр CNN. И когда все телеэкраны мира облетели видеокадры зверств оккупантов в Буче, Гостомеле и других украинских городах, нам сразу начали помогать вооружением, а не только сочувственным озабоченным словом.

Сейчас Украину активно склоняют к мирным переговорам с недоимперией. Да, изрядная часть публикаций в мировой прессе на эту тему — инициированная Кремлем заказуха. Но ведь есть и искренняя позиция ряда мировых политиков и влиятельных общественных деятелей о том, что Украине стоит забыть о Донбассе и Крыме ради прекращения войны и снятия ядерной угрозы. (На самом деле, соглашательство с агрессором только провоцирует его на новые преступления).

И вот представьте в этой ситуацию эвакуацию мегаполиса, причем, эвакуацию, организованную нашими киевскими чиновниками… Неразбериха, бестолковость, злоупотребления… Беженцы с узлами, в которых скарб, нажитый за всю жизнь… Камера крупно выхватывает растерянное лицо старика в берете, явно коренного киевлянина, который несет картину, которая его очень дорога, но картина в эвакуационный автобус не помещается… А вот рыдающие дети, которые прощаются со своей собакой — крупной немецкой овчаркой, практически членом семьи… Потасовка возле вагона с лезущими без очереди… Разъяренные мужчины, истерящие женщины и наоборот…

Представили? Такая эмоциональная телекартинка действительно способна перебить рациональные рассуждения о необходимости мирных переговоров и уступок Кремлю. Вне зависимости от того, насколько эвакуация реально необходима. На войне ведь все средства хороши?

Между прочим, а куда эвакуировать-то будут? Где эти благословенные места в Украине, куда не долетают ракеты агрессора и всегда есть свет, тепло, связь, вода и канализация? А за границей нас уже не ждут.

Короче, мне бы хотелось слышать от наших чиновников — и кабминовского, и муниципального уровня — не об эвакуации, по численности близкой населению небольшой страны, а четкие рапорты об успешных закупках запчастей и ремонте распределительных подстанций (уж если такие закупки не сделали заблаговременно!). Потому что с генерацией у нас все не так катастрофично.

Кстати, лайфхак для мэра Киева: если в столице включить отопление, то это будет огромная экономия электроэнергии. Потому что горожане перестанут греться электрокаминами, калориферами, кондиционерами и прочим электрооборудованием.

 

«Обозреватель»

Віталій Портников

Які загрози несе заява Медведєва про нову мету війни Росії проти України

Колишній президент Росії та заступник голови Ради безпеки РФ Дмитро Медведєв заявив, що головна мета війни, яку Росія веде в Україні – це перемога над Сатаною. На перший погляд, ця заява чиновника може виглядати просто набором пропагандистських кліше чи свідченням непростого душевного стану. Але хочу нагадати, що Медведєв не проголошує промови від власного імені та не пише постів у соціальних мережах.

«Творчість» Медведєва – від статей про Україну до коротких текстів у «ВКонтакті» – результат продуманої тактики кремлівських пресслужб та тієї самої «сигнальної» політики, яка має демонструвати найближчі наміри російського керівництва. Навіть філологічний аналіз виступу Медведєва демонструє, що над ним працювали фахівці, яким наказали перетворити тему війни в Україні на конфлікт між Добром та Злом. Росія, зрозуміло, на боці Добра. І бореться із Дияволом.

Як говорив попередник Путіна та Медведєва Йосип Сталін, «немає людини – немає проблеми»!

Навіщо Медведєву робити подібні заяви? Насамперед тому, що російські збройні сили розпочали програму руйнування України. Ані російських військових, ані російських пропагандистів більше не цікавить військова інфраструктура України. Продумано та цілеспрямовано б’ють саме по цивільних об’єктах. Мета? Щоб якнайбільше людей покинуло свої будинки. По можливості – померло від голоду та холоду. Як говорив попередник Путіна та Медведєва Йосип Сталін, «немає людини – немає проблеми»!

Але у співвітчизників колишнього президента Росії може закрастися сумнів: якщо росіяни та українці «один народ», якщо Росія «звільняє» українців, то чому вона вбиває їх у власних квартирах, позбавляє світла, тепла і води. І все це свідомо, без відмовок, що Росія стріляє по військових об’єктах?

У цій ситуації найкращий прийом – розлюднення ворога. Якщо Росія воює із самим Сатаною, будь-які сумніви для її населення є зайвими. Так у давнину з людей «виганяли Диявола». Й те, що наслідком процесу могла бути смерть людини, вважалося просто ексцесами процесу.

Мелодія розпачу

У виступі Медведєва, який часто та з очевидним задоволенням погрожує світові застосуванням ядерної зброї, є ще один важливий сигнал. Заступник голови російського Радбезу каже, що Росія могла б легко знищити всіх своїх ворогів – «відправити до геєни вогненної», але не робить це тому, що росіяни цінують життя.

Така інтерпретація застосування зброї масового знищення свідчить, що російське керівництво могло усвідомити, що застосування Москвою ядерної зброї може призвести до серйозних наслідків, що заяви західних лідерів витлумачені правильно. Але, з іншого боку, у Кремлі сьогодні можуть вважати, що знищать Україну і без допомоги ядерної зброї, лише бомбардуванням по інфраструктурі. Це такий дивовижний ефект гуманізму без гуманізму. А ще точніше – просто підбір зброї для злочину.

Але якими б не були причини тих високих політичних нот, які беруть останнім часом у своїх виступах російські керівники, всі ці ноти насамперед – мелодія розпачу, яку марно намагаються видати за бравурний марш.

У Москві чудово розуміють, що початкові плани встановлення контролю над Україною здійснити вже не вдасться, як не вдасться і змусити західні країни відмовитися від підтримки України у війні. Але як вийти з конфлікту з найменшими репутаційними втратами теж не розуміють. Тому із кожним новим днем градус ескалації стає все вищим, а голос російських керівників – все гучнішим.

Але ці гучні погрози таять у собі іншу небезпеку: будь-якої миті можна збитися на фальцет.

 

(Оновлено 14:00)

«Главред»

«Украинский кризис – это всего лишь разминка»: адмирал США предрек большую войну

Адмирал ВМС Чарльз Ричард не исключил вероятность нового большого столкновения в недалеком будущем.

В скором времени может начаться большая война, к которой Соединенные Штаты могут оказаться неготовыми. Об этом заявил адмирал ВМС Чарльз Ричард, глава Стратегического командования США. Он призвал американскую армию наверстывать упущенное.

«Этот украинский кризис, в котором мы сейчас находимся – это всего лишь разминка», – сказал адмирал ВМС на симпозиуме Лиги подводных лодок, передает The Wall Street Journal.

Он не исключил вероятность нового большого столкновения в недалеком будущем.

«Не пройдет много времени, прежде чем мы подвергнемся таким испытаниям, которых не испытывали давно», — предположил Ричард.

Глава Стратегического командования Вооруженных сил США отметил, что раньше американская армия «умела двигаться быстро, а теперь утратила это искусство».

«Я оцениваю наш уровень сдерживания Китая как «корабль медленно тонет», – сказал Ричард и добавил, что другие страны «внедряют свои возможности быстрее, чем США».

В то же время адмирал ВМС подчеркнул, что Америка сохраняет преимущество в подводных лодках – «может быть, единственное настоящее асимметричное преимущество, которое у нас еще есть».

При этом ВМС США необходимо решать проблемы с техническим обслуживанием и начинать новые строительства, чтобы не потерять эту силу. Например, хорошим началом было строительство трех быстроходных подводных лодок класса «Вирджиния» в течение года.

Адмирал также считает, что Штаты проиграли гиперзвуковую гонку Китаю и России, и это заслуживает обсуждения в Конгрессе. То, что в прошлом году КНР испытала гиперзвуковую ракету, пролетевшую огромное расстояние, должно было вызвать больше тревоги, чем вызвало.

Как сообщал Главред, политический аналитик, директор Центра исследований проблем гражданского общества Виталий Кулик не исключает прямого масштабного столкновения Китая и США из-за Тайваня.

Напомним, бывший спецпредставитель Госдепартамента Соединенных Штатов по вопросам Украины Курт Волкер считает, что от того, как будут разворачиваться события в войне в Украине, зависят дальнейшие действия Китая в отношении Тайваня.

По его словам, Китай сейчас внимательно наблюдает за происходящим. И если Пекин увидит, что Россия будет иметь успехи в войне, то сделает себе выводы, что открытая агрессия работает, а Запад этому не противодействует.

 

(Оновлено 13:00)

Максим Розумний

Про черговий «маніфест» Медвєдєва про цілі і мотиви їхньої війни проти України

Наука дає метод, який дозволяє вивчати і раціоналізувати навіть такі явища, як загаданий вище допис. Наука не гидлива. Вона й не таке бачила.

Теорія комунікації визначає в структурі суб’єкта комунікації три нерівноправні складові, які можуть поєднуватися в одній людині, а можуть розподілятися між різними людьми.

Існує принципал, який власне і є головним суб’єктом. Його інтереси визначають, що буде сказано, кому, і навіщо. У випадку допису Медвєдєва це — вузька корпорація «власників» теперішньої Росії (Путін, Ковальчук, Патрушев, Чемезов, Сєчін, Бортніков та ін.). Їм потрібно тримати в покорі місцеве населення і захистити режим від можливої лібералізації.

Головна ідея передається в руки наступного учасника комунікації — так званого автора. Він формулює власне меседж, надає йому змісту, стилістики, аргументації. У даному випадку колективним автором виступає група райтерів (умовний Дугін-Сєргєйцев), які надихаються, скоріш за все, писаннями ідеологів «консервативної революції» на зразок Розенберга. «Міф двадцятого сторіччя» виглядає дещо патологічно в контексті двадцять першого, після Аушвіца і Нюрнберга. Але інших авторів у них немає.

І нарешті, третій учасник комунікативного акту — аніматор. Той, хто озвучує меседж ротом чи іншим способом. Він нього нічого не залежить, він нічого не вирішує, його місія — надувати щоки і чітко виконувати інструкції. От у цій ролі й виступає великий «мислитель» і «патріот» Медвєдєв.

Цей розподіл ролей необхідно врахувати при визначенні міри майбутнього покарання для представників путінського режиму. Є відповідальність блазнів на зразок Соловйова, Сімоньян і Медвєдєва, має бути справедливе покарання для носіїв людиноненависницької ідеології, але головні злочинці — їхні замовники і працедавці, яких треба знати поіменно.

 

Агія Загребельська

  1. Фінансист групи «Вагнер» Євген Пригожин намагається загасати свої зусилля щодо зміцнення незалежної бази влади апеляцією до концепції історичної єдності Росії.

Пригожин дав туманну відповідь на запит ЗМІ щодо його нещодавнього візиту до Курської області у День єдності Росії (4 листопада), під час якого він побічно натякнув, що сили Вагнера беруть участь у підтримці єдності Росії.

Пригожин заявив, що російський народ, бізнес, уряд та армія повинні об’єднатися для боротьби за суверенітет Росії та її велике майбутнє, ухилившись від відповіді на запитання журналіста про зустріч Пригожина з курскими підприємцями з приводу організації невказаного народного ополчення — поза офіційними структурами російського військового командування.

Пригожин також зазначив, що Росія має всі складові для досягнення своїх цілей, включаючи сильного президента, згуртовану армію і велику державність, і завершив свій виступ недоречним привітанням бійців «Вагнера».

Пізніше Пригожин заявив у відповіді ЗМІ, що його «незалежність » не суперечить політиці президента Росії Володимира Путіна, як це інтерпретували деякі глядачі.

  1. Досить саркастичні заяви Пригожина мають кілька прихованих наслідків щодо сприйняття своєї влади у Росії.

ISW раніше повідомляла, що влада Курської області оголосила про будівництво другої та третьої ліній оборони в регіоні, і якщо зустріч Пригожина з місцевими бізнесменами відбулася, це може вказувати на те, що він намагається розширити свій вплив у регіоні.

Коментар Пригожина про «згуртовану армію» Росії поруч із Путіним, швидше за все, був тонко завуальованим сарказмом з огляду на те, що Пригожин неодноразово критикував російські збройні сили.

Пригожин також прямо визнав, що він є незалежним суб’єктом, що, як раніше оцінював ISW, звільняє його від деяких зобов’язань перед Кремлем та Міністерством оборони Росії (МО).

Залежність Путіна від сил Пригожина навколо Бахмута також дозволяє Пригожину користуватися привілеями, такими як висловлювання критики Кремля або російських збройних сил без істотних наслідків.

Пригожин також випадково відкрив свій Центр Вагнера у Санкт-Петербурзі на День єдності России.

Однак Пригожин помітно прикриває свої зусилля щодо створення незалежної силової бази та формування поведінки Росії під час вторгнення в Україну формулюваннями про єдність Росії – ймовірно, як для того, щоб сподобатися російським націоналістам та цивільним особам, так і для того, щоб відвести критику своїх досить явних зусиль щодо створення незалежної силової бази.

  1. Пригожин продовжує покладатись на неефективних засуджених для комплектування своїх сил.

Пригожин відмовився коментувати питання журналіста про вербування в колоніях Красноярського краю, хоча раніше відкрито обговорював участь ув’язнених у війні з такими російськими виданнями, як RiaFan.

Російське опозиційне видання The Insider, однак, виявило, що за останні два місяці загинуло понад 500 ув’язнених, завербованих у підрозділи Вагнера.

Видання додало, що Вагнер втратив від 800 до 1000 найманців в Україні, що вказує на те, що засуджені становлять більшу частину сил Вагнера в Україні.

Співробітники української розвідки також раніше повідомляли, що багато ув’язнених, які страждають на інфекційні захворювання, заражали солдатів Вагнера, на що Пригожин відповів, що не проводить дискримінацію за ознакою хвороби.

  1. Міністр закордонних справ Ірану Хоссейн Амір-Абдоллахіан підтвердив, що Іран відправив Росії бойові безпілотники.

Амір-Абдоллахіан заявив 5 листопада, що Іран «передав обмежену кількість безпілотників Росії за кілька місяців до»війни в Україні.

Амір-Абдоллахіан також заявив, що якщо українські чиновники зможуть довести, що російські військові використовували безпілотники іранського виробництва в Україні, то іранські чиновники «не залишаться байдужими» до цієї стурбованості — помилково і безглуздо маючи на увазі, що Росія не використовувала безпілотники, які, за його словами визнання, надав Іран.

Підтвердження Іраном постачання безпілотників ще більше підтверджує попередні оцінки ISW про те, що Росія закуповує збройові системи іранського виробництва для вирішення проблеми виснаження свого арсеналу високоточних боєприпасів.

ISW раніше оцінював, що Іран, ймовірно, вже використовує залежність Росії від цих збройових систем іранського виробництва, щоб попросити у Росії допомоги у своїй ядерній програмі.

Запити щодо ядерної допомоги та визнання постачання безпілотників є показниками того, що іранські офіційні особи, можливо, мають намір чіткіше встановити явні двосторонні відносини безпеки з Росією, в яких вони є більш рівноправними партнерами.

  1. Колишній міністр безпеки «днр» та нинішній воєначальник «днр» Олександр Ходаковський заявив 5 листопада, що дружній вогонь російських військ міг стати причиною до 60% всіх російських втрат з моменту закінчення російських наступальних операцій у Маріуполі в середині травня.

Навіть якщо ця статистика перебільшена, той факт, що російський командувач публічно розмірковує про такий руйнівний показник компетентності російських та проксі-серверів, вказує на глибокі проблеми, з якими стикаються російські війська.

Дружній вогонь, як правило, є причиною обмеженої кількості втрат на війні, але зазвичай не перевищує 60% від загальної кількості втрат, що свідчить про відсутність зв’язку та координацію командування та управління між російськими силами.

Російські та українські джерела також повідомили, що 5 листопада російська ротація, яка поверталася на свою базу в районі Павлівки Донецької області, з’їхала в рів, збудований армійськими субпідрядниками без попереднього обговорення чи попередження, що ще раз демонструє повсюдну відсутність перехресної підготовки та координації між російськими.

Часта заміна російських воєначальників, просування недосвідчених солдатів, а також збірний склад російських сил, що включає російських контрактників, російських мобілізованих солдатів, сили «днр» та «лнр», а також сили групи Вагнера, посилюють фрагментарний характер російської системи командування та неефективність російських сил і, мабуть, сприяють частим інцидентам із дружнім вогнем.

Основні висновки

Фінансист групи Вагнера Євген Пригожин прагне загасати свої зусилля щодо зміцнення незалежної бази влади апеляцією до концепції історичної єдності Росії.

Міністр закордонних справ Ірану Хоссейн Амір-Абдоллахіан підтвердив, що Іран почав постачати Росії безпілотники до 24 лютого, але дивним чином заперечує, що російські сили використали їх у бою.

Командувач військ «днр» Олександр Ходаковський заявив, що дружній вогонь з боку Росії міг стати причиною до 60% усіх російських втрат із середини травня.

За повідомленнями, українські війська продовжували контрнаступ уздовж лінії Святове-Кременна.

Російські війська продовжували займати оборонні позиції вздовж річки Дніпро.

Українські війська продовжували завдавати ударів по російським логістичним та транспортним об’єктам у Херсонській області.

Російські війська продовжували наступати в районі Бахмута і досягли невстановлених успіхів.

Російські сили продовжували безуспішні наступальні операції в районі Авдіївки – Донецька та на заході Донецька.

Погані умови для мобілізованих солдатів стали каталізатором широкомасштабної акції протесту в Казані.

За повідомленнями, невідомі намагалися вчинити замах на високопоставленого суддю Верховного суду «днр» Олександра Нікуліна.

Росія продовжує надсилати персонал для укомплектування адміністративних посад в окупованих районах.

Російські війська продовжили примусову евакуацію на Херсонщині. За повідомленнями, понад 80% мешканців Херсона евакуювалися.

Institute for the Study of War

 

Анатолий Несмиян

Предприниматель Евгений Пригожин подтвердил информацию о формировании центров подготовки ополчения в Курской и Белгородской областях. Их бизнесмен будет полностью финансировать за свой счет.

«Да, действительно, мы создаем центры подготовки ополченцев. На мой взгляд, ополчение должно состоять из первой линии, которая полностью лежит на жителях данной области» — сообщил Пригожин

Логика решения очевидна: Пригожин отдает себе отчет в угрозе возникновения региональных вооруженных формирований, подконтрольных губернаторам — так называемой территориальной обороны. По сути, это конкурирующий проект его вооруженным группировкам и будущий противник в гражданской войне. Поэтому он и берет под контроль весь процесс, перехватывая управление и создавая для себя новую ресурсную базу.

Видимо, это ответ на то, что армия смогла перехватить у него ресурс в виде заключенных, которые теперь будут пополнять армейские ряды.

Подготовка к гражданской в полном разгаре. Никто ничего не прячет и не скрывает.

 

Анатолий Несмиян

Любая катастрофа — это реакция системы на исчерпание модели развития предыдущей системы. Предыдущая система последовательно проходит через все фазы кризиса (структурный, а затем и системный), после чего переходит непосредственно к катастрофе, то есть — переходу к новой системе, обладающей иным источником развития и, соответственно, иной моделью развития. Это, кстати, совершенно не означает вертикального эволюционного роста: к примеру, все модели развития России, включая и предыдущий социалистический, исходили из прямых рентных источников, то есть, поступлений от торговли естественным ресурсом с последующим ее перераспределением по всем стратам общества. По сути, менялась лишь модель перераспределения. Советская модель была, безусловно, более перспективной с точки зрения развития, так как перераспределение ренты шло не на текущее потребление, а на развитие системы. Нынешняя модель ущербна в первую очередь тотальным перераспределением ренты на потребление в ущерб любому развитию. Но в любом случае мы всегда имели ту или иную модель ресурсного государства, которое по С.Кордонскому «всегда находится в более или менее глубоком кризисе, имеющем форму перманентного дефицита ресурсов. Государство стремится выйти из кризисов, ужесточая контроль за распределением имеющихся ресурсов, а также мобилизуя новые».*

* Кордонский С.Г. Ресурсное государство

В бытовом понимании катастрофа — это некое стремительное и очевидное событие в острой фазе, и в узком понимании такое представление о ней, конечно, вполне справедливо. Однако оно совершенно неполно, так как в подобном понимании полностью отсутствует контекст — то есть, объективные причины, которые создали пространство катастрофы, маркеры назревания самой катастрофы, «спускового крючка» — то есть, события, которое и запустило катастрофу (его модно именовать «черным лебедем», в каком-то смысле приближенно можно использовать и этот термин) и, наконец, крайне важным становится развитие катастрофы. Как правило она обычно достаточно структурирована (для России большинство социальных катастроф носит структурно почти однотипный характер, и совершенно точно нынешняя будет протекать так же, как и предыдущие — по крайней мере, в том случае, если нам не удастся преодолеть целую серию «проклятий», неизменно возвращающих нас в одну и ту же циклически повторяющуюся систему противоречий, которые столь же неизменно заводят нас в один и тот же стандартный круг проблем с последующим однотипным обрушением). Тем не менее, рано или поздно, но циклически повторяющиеся системы разрывают свой проклятый круг и либо выходят на новый уровень эволюции, либо, напротив, инволюционируют, что для социального субъекта обычно означает исчезновение навсегда. Именно так исчезали существовавшие ранее цивилизации — через деэволюционные процессы. Они не могли ни эволюционировать во что-то более сложное, ни удержаться хотя бы в текущем цикле. И исчезали. Русская цивилизация (а Россия — это государство-цивилизация) не исключение.

Глубокая социальная катастрофа в этом смысле всегда математически является катастрофой типа «сборка», в ней всегда имеется два параметра (первый параметр — поведение и стратегия правящей страты, второй параметр — поведение социума), и в зависимости от величин этих параметров она может либо развиваться поступательно и иметь одно стабильное решение, либо с возвратом назад, и тогда стабильных решений может быть два. Чтобы пояснить — у любой революции всегда есть возвратный процесс — контрреволюция. Иногда контрреволюция побеждает, но даже в этом случае возврата к прежней системе уже нет, она хотя бы структурно, но претерпевает необратимые изменения.

Как пример: египетская революция 2011 года демонтировала персонализированный режим Мубарака, который отчетливо шел на узурпацию власти семейным кланом Мубарака, что не устраивало элиту. Поэтому она дала возможность взять власть в свои руки революционерам-ихванам, после чего переиграла их в аппаратной борьбе и закрепила успех военным переворотом 2013 года. Формально к власти вернулась прежняя элита, но персонализированный режим Мубарака был заменен более коллегиальным и более консенсусным с точки зрения правящей в Египте военно-чиновничьей касты фелюлей. Контрреволюция победила, но прежняя система так и не вернулась.

Поэтому любая социальная революция всегда решает два уровня задач. На первом уровне находится новый источник развития и вокруг него выстраивается новая модель развития. В упомянутой египетской революции источником развития стало серьезное изменение перераспределения ресурса (здесь речь идет, скорее, об административном властном ресурсе) — узурпированный ранее кланом Мубарака властный ресурс перешел в коллективную собственность правящей страты, которая теперь получила возможность распределять его менее конфликтным способом, чем ранее, чем создала принципиально новую систему противоречий, а значит — и модель развития.

Второй уровень задач любой революции: решение проблемы «инволюция — существующий цикл противоречий — эволюция». То есть, либо деградация, либо повторение прежнего цикла противоречий, либо выход на новый эволюционно более высокий уровень противоречий и развития. Так как любая катастрофа всегда идет через точки бифуркации — то есть, выбора из двух путей, в ходе революции делается два выбора. Вначале между регрессом и статичным положением, затем (если выбор завершился в пользу текущего цикла противоречий) происходит выбор между ним и рывком вверх. Но как правило, революция успевает «сжечь» достаточно большой ресурс к этому моменту (а революционный ресурс, как и любой ресурс, всегда дефицитен) и преодолеть фазовый барьер этого выбора практически никогда не удается. Эволюционный скачок — это всегда феномен, но не правило.

В скобках можно отметить, что более простой тип математической катастрофы — «складка» — является обычным для классического элитного переворота. В ней есть только один параметр — правящая элита, народные массы к решению не привлекаются, поэтому решение всегда стационарное: либо переворот удается, либо он проваливается. Без промежуточных состояний. И опять же в скобках уточню — все математические модели в приложении к социальным процессам являются нестрогими и достаточно приблизительными, так как рационально исчислить социальный процесс невозможно даже теоретически. Иррациональный фактор социально-психологического поведения участников процесса всегда является фактором неопределенным, и он, безусловно, может влиять на любые строгие модели. И, конечно, влияет. Это то, что называется «ролью личности в истории», где личность может быть персонифицирована или распределена между целым рядом конкретных людей.

Россия находится в циклическом повторяющемся кризисе по причине так называемой «дилеммы Соколова» (я её упоминал в одном из предыдущих текстов), власть всегда делает один и тот же выбор между инновационным развитием страны и ее целостностью. Выбор всегда один и тот же и заканчивается он строительством вертикально-интегрированной системы управления, которую в просторечье называют имперской (хотя это не совсем корректное именование, так как империя — государственная система управления военного сословия, в отсутствие военного сословия понятие «империя» теряет свой содержательный смысл, становясь нестрогим, а потому крайне широко толкуемым. К примеру, сейчас модно называть нынешнюю Россию империей, хотя имея у руля управления страной касту насквозь коррумпированных и криминализированных силовиков, срощенных с организованной преступностью, говорить об империи попросту нелепо. Здесь более логично говорить о мафиозном государстве, хотя и это определение вряд ли можно считать строгим.

Так вот, выбор всегда один и тот же, и ответ на него тоже один и тот же — власть не в состоянии в рамках вертикально интегрированной системы управления обеспечить инновационное развитие, поэтому даже в случае мобилизационного рывка в рамках вертикального управления этот рывок оказывается очень коротким и влечет вместе с собой огромное число несбалансированных противоречий, которые приводят (и довольно быстро) к затуханию темпов развития и переходу к стагнационной модели. Два модернизационных рывка в таких условиях, которые проводили Петр Первый и Сталин, привели к серьезному инновационному развитию страны ценой появления очень большого числа новых противоречий, которые либо вообще не были разрешены, либо были скомпенсированы за счет частичного возврата развития назад.

Правда, были и попытки выйти за рамки цикличной модели. Попытки перехода к той самой эволюции, которая должна была привести к «разрыву» замкнутого круга. Первый раз — реформы Александра Второго после поражения в Крымской войне, когда государство, по сути, «отпустило вожжи» и существенно перераспределило властный ресурс, передав немалую часть полномочий «вниз». Второй раз — в начале 1990 годов, когда был заключен договор о разграничении предметов ведения между федеральным центром и регионами (по сути, первая реальная попытка федерализации страны). Но власть в обоих случаях немедленно столкнулась с резким усложнением управляемого объекта и со своей неспособностью адекватно соответствовать этой сложности. Поэтому обе реформы попросту не успели «развернуться» и дать хоть какой-то видимый результат, который можно было зафиксировать. Отдельные достижения этих периодов существовали какое-то время, но власть восстанавливала управляемость через возврат к централизованной системе управления, ставя крест на развитии. В нынешней итерации процесс прекращения развития был усугублен стратегией правящей касты на разворовывание страны и вывод похищенного в чужие юрисдикции, что привело в крайне сжатые сроки страну к полному коллапсу. Стремительность, с которой проходил кризис по всем классическим фазам (2008 год — начало структурного кризиса, 2012 — начало системного, 2019 год — вхождение в катастрофу, 2021 год — полное вхождение всей системы в катастрофический сценарий) говорит о высочайшем уровне грабежа страны и изъятия у нее ресурса правящей криминальной кастой.

Вообще, нынешний период, безусловно, является абсолютно феноменальным для нашей истории, так как подобной правящей элиты в стране не было никогда. У нынешней знати нет ни малейшего представления об интересах государства, ими движет исключительно шкурный интерес с нулевым интересом к проблемам страны. До сих пор такой ситуации в нашей стране не было, поэтому нет ни механизмов, ни традиций противодействия подобному бедствию. Конечно, принцип Ле Шательё никто отменить не в силах, но нынешняя знать невероятно далеко отвела систему от точки равновесия, поэтому и откат будет необычайно сильным и способным разрушить устойчивость системы до ее полной дезинтеграции.

Сегодня мы можем констатировать наличие всего перечня маркеров идущей (уже не приближающейся, а идущей и развивающейся катастрофы). К ним относятся: полное прекращение вертикальной мобильности во всех стратах, прекращение темпов экономического роста и выход на неуклонное сокращение экономики, полная утрата любых видов целеполагания как элит, так и общества в целом, которая обусловлена исчерпанием парадигмы развития и национальной идеи.

Второй по важности (но не по значению) суммой маркеров катастрофы является стремительная фрагментация общества как по вертикали, так и по горизонтали. В области социально-психологического бессознательного начинается быстрое «всплытие» архетипов: ускоренно актуализируется этническое и религиозное размежевание разных общественных групп, причем они могут дробиться до буквально «атомарных» — идет дробление не просто на «русских» и «инородцев», а «русские» начинают дробиться на кубанцев и сибиряков, москвичей и архангелогородцев, причем теперь это становится разделяющим и антагонистичным признаком. Вертикальная фрагментация маркируется появлением так называемых «двух наций»: элита становится враждебной народу, а народ, соответственно, воспринимается элитой как смертельный враг. Отчасти поэтому террор, которым власть вынужденно начинает управлять обществом, очень быстро расчеловечивает противостоящие стороны этой враждебной системы отношений. Пытки и издевательства вплоть до расправ и бессудных убийств становятся нормой отношения к населению со стороны власти, население с некоторым опозданием, но переходит к ответным действиям аналогичного характера, которые до поры до времени носят латентный характер, но в период обострений убийства представителей власти становятся нормой. Прямо сейчас нечто подобное происходит в Иране, где протестующие буквально забивают камнями карателей из полугосударственных террористических группировок «Басидж», убивают полицейских и боевиков КСИР. В революционном Петрограде буквально за три дня Февральской революции были убиты минимум 20 процентов всего корпуса городовых. Очень похожие сцены можно было наблюдать в ходе событий на Украине в 2014 году и так далее. Нет никаких сомнений, что в ходе обострения в России будут происходить ровно такие же эксцессы.

По сути, остается последний маркер, который еще не засвечен и не проявлен в полной мере: это выход противоречий за пределы группировок правящей элиты и вовлечение в схватку между ними подчиненных общественных групп (страт). Этот маркер становится тем самым спусковым крючком, дернув за который, катастрофа становится пулей, вылетающей из ствола. Остановить ее после этого уже невозможно. А кто именно дернет в итоге за этот крючок, будет уже совершенно неважно.

 

(Оновлено 12:00)

РБК-Украина

Украинские защитники продолжают отбивать атаки врага в районе Бахмута и Авдеевки в Донецкой области. В то же время ВСУ развивают штурмы в Луганской и Херсонской областях.

Об этом сообщает РБК-Украина со ссылкой на данные Института изучения войны (ISW).

Интенсивные бои на Донбассе и попытки оккупантов удержаться на юге: карты боев на утро

 

Уніан

Российская журналистка Юлия Латынина: Путин ищет любые способы помириться, уже даже «теряя лицо»

Почему Запад медлит с поставками оружия Украине, возможно ли в России восстание населения для свержения путинского режима, почему не получится просто арестовать Путина как военного преступника и почему для Запада распад РФ может стать кошмаром в интервью УНИАН рассказала российская журналистка, писательница Юлия Латынина.

Недавно замглавы Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев снова написал в «Твиттере», что если Украина победит, мы применим ядерное оружие, покажем «кузькину мать». На это стоит реагировать и анализировать? Это надо понимать, как какой-то пьяный угар, либо это какой-то месседж Путина?

Нам не известно, ведет ли Медведев сам свой «Твиттер», или это делает нейросеть, которая так удачно притворяется пьющей литр водки, или его ведет команда пиарщиков.

Но в любом случае мне очень нравится первое начало этого предложения: «Если Украина выиграет». Согласитесь, что 9 месяцев назад, 6 месяцев назад, даже 4 месяца назад, никакой твит Медведева не мог начинаться со этих слов. На самом деле, его надо читать: «Когда Украина выиграет».

Путин ищет способы помириться

Он до этого даже не писал такого. Даже словосочетания «Украина выиграет» не было. А сейчас оно появилось, к чему бы это?

Совершенно очевидно, к чему идет дело. И мы впервые видим, что Путин не просто пытается перейти к оборонительной войне, а отчаянно пытается. Он ищет любые способы помириться, уже даже и «теряя лицо». Другое дело, что он живет в альтернативной реальности и использует несколько странные инструменты для того, чтобы помирится.

Например, он считает, что лишив Европу газа, она испугается, надавит на Украину и заставит ее помириться. В то же время после того, как он лишил Европу газа, президент Германии Франк-Вальтер Штанмайер сказал: «Мы пересматриваем ошибочную политику Германии за последние 10 лет, и мы будем помогать Украине».

Я не уверена, что Путину доложили об этом. Я не знаю насчет Медведева с его нейросетью, но у Путина нейросети нету. У него есть бункер и он в нем живет. Эта война собственно и началась потому, что он верил тому, о чем ему докладывают, а не тому, что видел собственными глазами. И я полагаю, что до сих пор нет таких людей, которые осмеливаются ему доложить ровно то, что происходит.

Для Путина интернет – вражеское изобретение

А у него интернета тоже нет, он им не пользуется? Неужели действительно до него не доходит реальная информация? Все по методичкам, по папочкам, все написано…

Вы не понимаете. Для него интернет — это «вражеское изобретение». Его изобрело ЦРУ чтобы уничтожить Россию. Кроме того, там всё врут. А вот в папочке приносят «абсолютно святую правду». А то, что ему приносят в папочках, как ни странно, совсем из другой оперы.

Помните знаменитое досье «золотого дождя» (опубликованное в 2017 году изданием Buzzfeed секретное досье на избранного президента США Дональда Трампа, — УНИАН)? Там был бывший сотрудник английской разведки Кристофер Стилл, которому заказали американские пиарщики Клинтон что-то разведать про Трампа. И Стилл не то чтобы сам все высосал из пальца, он обратился к россиянину Игорю Данченко (впоследствии в США обвинили Данченко в даче ложных показаний ФБР, но в октябре 2022 года суд присяжных его оправдал, — УНИАН), который не имел никакого доступа ни к Путину, ни к его кухарке, ни к его собачке, ни к кому-то из Кремля. И этот Данченко тоже не смог все выдумать сам. Он обратился к своим университетским друзьям, пиарщице Роспотребнадзора или что-то в этом роде. После этого вся эта гопкомпания вместе написала, собственно то, что им на голову взбрело, что пишут боты, которым заплатили 10 копеек.

Досье «золотого дождя» было хорошим примером того, как все оказалось устроено изнутри, и это лишь кусочек. А теперь представьте себе то же самое, только умноженное на десять и еще с уклоном в идеологию.

Поэтому про боевых комаров и биолаборатории не придумывают специально для Совета безопасности ООН. Они сначала об этом говорят Путину. А он потом где-нибудь выступает и рассказывает, что вот на Западе мол специально собирают генетический материал русского человека для производства генетического оружия против россиян. Если биолаборатории в Украине — значит против россиян, при этом с точки зрения Путина россияне и украинцы — это «один народ».

Мне иногда кажется, что те люди, которые доносят ему такую информацию, просто издеваются над ним и смотрят, сработает или нет. Я просто не знаю, что нужно употреблять, чтобы озвучивать это, еще и на Совбезе ООН. Как в это можно верить и зачем это на весь мир озвучивать? Мне кажется мы копаемся в каком-то анамнезе сумасшедшего.

Сумасшедший живет в своем собственном бреду, это его индивидуальная «жилплощадь» и больше там никого нет.

А вот когда сумасшедшим становится правитель, то в его бреду вынуждена жить только его страна. Но в случае, если он ведет войну, как Путин, то соответственно еще и те люди, на которых он напал. И тогда его сумасшествие оборачивается ударами по энергосистеме, Бучами и Мариуполями.

Но такое в истории человечества было многократно. Любая плохо функционирующая бюрократическая система всегда заканчивается тем, что в ней возникает такой тип отношений, информационных потоков, который сделан для одного: обслуживать одного правителя, чтобы он слышал то, что ему хочется слышать. Естественно, когда такая система в итоге встречается с войной, то возникает масса неприятностей.

Один из примеров — «первая опиумная война», которую умудрился проиграть Китай в средине 19 века, при чем император не знал, что он проиграл войну и даже не знал, что он ее ведет из-за ложных донесений китайских чиновников. Еще один пример – испанский конкистадор Франсиско Писсаро, которому со 160 людьми удалось завоевать целую империю инков из-за их бюрократической системы, боявшейся донести своему правителю правду.

Могут ли арестовать Путина

Хочу вас спросить о «Большой двадцатке». 15 ноября состоится саммит G20. Как вы думаете, Путин поедет на него лично, либо по видео прочтет свою методичку о комарах, десатанизации, денацификации, демилитаризации… В общем весь бред сумасшедшего. Нужно ли ему туда ехать, как вы думаете?

У меня есть маленькая надежда, что он туда поедет и его там арестуют. Но, к сожалению, современный мир не так устроен, и вряд ли кто-то возьмет на себя эту смелость.

Кстати, о смелости. Смотрим как уничтожают Украину. Конечно все сопереживают и помогают, но очень медленно приходит оружие. И украинцы задают вопрос: «Почему?» Это может быть из-за бюрократии, мол не могут они быстро это сделать? И возможно ли в принципе как-то быстрее действовать миру?

К сожалению, в современном мире есть некоторые условности, которые мне тоже лично не нравятся. Почему-то не принято арестовывать, даже военного преступника, до того, как он потерпит поражение. Хотя с моей точки зрения это возмутительная и непонятная условность.

И вообще, кстати говоря, в разных культурах все было принято по-разному. Например, в Китае это просто считалось замечательной военной хитростью, скажем, пригласить противника жениться на своей сестре или на своей дочке, он приезжает на брачный пир, и тут его арестовывают или даже что-то более серьезное. А вот в Европе почему-то это не было принято. Вот известная «красная свадьба», которая случилась у Джорджа Мартина (эпизод жестокой резни во время свадьбы в романе Джорджа Мартина «Буря мечей» (третья часть саги «Песнь льда и пламени») и телесериале «Игра престолов», — УНИАН). В Китае она бы была сочтена образцом военного верховного искусства, и наоборот, в Европе, и собственно у Джорджа Мартина, она представлена как нечто из рода вон выходящее, что совершенно невозможно. Вот, видимо, почему не получится арестовать Путина.

У меня есть ощущение, что с оружием так же. Европе кажется, что не принято поставлять такое количество оружия, даже в условиях такой серьезной войны.

Кроме того, есть несколько других факторов. Один из которых заключается в том, что 15 лет Путин занимался ядерным шантажом. И США действительно этого боялись, особенно в начале этой войны. Но потом они стали потихонечку, все больше и больше вмешиваться. И на самом деле, с точки зрения эскалации конфликта, они поступали очень правильно, потому что Путин пропустил тот момент, когда он мог стать на дыбы и сказать: «А сейчас я шваркну ядерным оружием». Ну собственно, я думаю это главная причина, почему США так медленно и так по плану поставляют оружие.

И это, конечно, очень жалко, потому что если смотреть с точки зрения чисто военных целей, если дать еще столько же пушек 155 мм, как дали, плюс истребители F16, ATACMS (Армейский тактический ракетный комплекс, баллистическая ракета класса «земля-земля», — УНИАН), бронетехнику и настоящие танки, то эта война будет закончена Украиной за три-четыре месяца.

Если всего этого не сделать, если снабжение будет происходить так же, как и сейчас, то Путин просуществует всю зиму, а к весне у него будет армия в миллион человек. А это все-таки миллион человек, даже если они вооружены ржавыми кастрюлями, их просто перемалывать тяжело. И с этой армией он вполне может снова предпринять нападение из Беларуси или что-нибудь в этом роде. В любом случае, у него звезды заиграют в глазах, он будет считать, что все пошло по второму кругу.

Чем дольше это будет длиться, тем больше в итоге американцам придется давать оружия. Огромное количество крови, которое прольется с украинской стороны, огромное количество уничтоженной инфраструктуры, убитых детей, огромное количество беженцев… И возникает вопрос: «А почему сейчас не поставить это оружие?» Ну, видимо, потому что такова инерция американской бюрократической системы.

Переворот в России неизбежен

Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен называет замороженные активы РФ одним из источников финансирования восстановления Украины. Если начнутся практические шаги в данном вопросе, и когда первые миллиарды путинских олигархов пойдут в бюджет Украины, начнут ли российские элиты активнее шевелиться в вопросе подрыва власти Путина, если этого вообще можно от них ожидать?

Прежде всего в России больше нет олигархов. Олигарх – это человек, который влияет на политику. В 90-х годах олигархи в России были и действительно влияли, например сделав так, чтобы в 1996 году победил не Зюганов, а Ельцин. Путин российских олигархов, особенно из 90-х годов, полностью усмирил. Собственно, этим актом усмирения в 2003 году была посадка Ходорковского. Это был ключевой момент в истории развития России.

Тогда в РФ закончилась эпоха первоначального накопления капитала и перед людьми типа Ходорковского встал вопрос, а как еще приумножить свои капиталы. Вся идея Ходорковского по развитию парламентаризма в России на самом деле была историей о том, как сделать так, чтобы российские компании стали стоить дорого.

То, что российский народ выйдет на улицы — я не верю. Не потому, что он плохой или хороший, а потому, что это технически невозможно. А вот то, что царедворцы в условиях увеличивающейся турбулентности начнут от «царя» избавляться — не просто вероятно, а на самом деле практически неизбежно, потому что речь идет уже о спасении их собственной шкуры.

Какой Запад видит Россию в будущем

Раньше вы говорили, что Западу не выгоден распад России. А что выгодно Западу, какой он видит Россию, с кем у руля, с кем будут вестись переговоры? Зеленский заявил, например, что с Путиным переговоров не будет. Кто должен быть тем человеком, с которым можно будет договариваться и заканчивать эту войну?

Я скажу сейчас очень пессимистическую для России вещь. Сейчас Западу от любой страны-изгоя нужно только одно – чтобы она не «кушала» соседей.

Запад устроит для России путь наказания, который будет примером для главы Китая Си Цзиньпина и президента Турции Реджепа Эрдогана, что так делать не нужно.

Печальная истина для России заключается в том, что Путин, ослабленный и подыхающий будет сидеть внутри страны, и Запад это вполне устроит. Более того, Запад устроит абсолютно любой преемник Путина, если он закончит войну. Кем бы он ни был, и что бы он не делал внутри России.

Это означает, что задача вылезания из этого болота и задача построения в России общества, соответствующего современным западным стандартам, будет лежать целиком на россиянах. Я думаю, что эта задача может быть решена, но точно не через народное восстание, а через несколько итераций.

Например, самая страшная может быть такая: Путина сменяет военная хунта из условных Пригожина, Суровикина, Золотова и Кадырова. Эту хунту сменяет какое-то гражданское правительство из более-менее известных при Путине чиновников типа Мишустина или Собянина. А уже они, как это в свое время произошло при Горбачеве, запускают неизбежные процессы демократизации и, что важно, федерализации. Ведь если регионы не получат очень серьезную самостоятельность, в том числе финансовую, то в принципе никакое развитие России невозможно.

При этом Запад будет понимать, что идеальная ситуация – это свободная демократическая Россия, которая не угрожает своим соседям, потому что ей есть чем заняться на внутреннем фронте — повышением уровня жизни своих подданных. Но с моей точки зрения, это не является первоочередной задачей Запада.

Один из кошмаров, который преследует страны Запада — это тот, что начался после свержения Саддама Хусейна в Ираке. Они думали, что построят демократический Ирак, в результате в Ираке творится такое, что мама не горюй. И представить себе, что тоже самое будет твориться в России, и при этом каждая провинция будет обладать ядерным оружием… При том, что границы между ними в принципе не определены. Если между Украиной и Россией есть международно-признанные границы, и то Путину они не понравились. А представьте, в каком состоянии находятся границы, условно говоря, между Башкирией и окружающими регионами. И у всех ядерное оружие. Я думаю это кошмарный сценарий для тех же американцев.

 

(Оновлено 11:00)

«Грани.ру»

Борис Соколов

Ястребиный дефицит

США объявили об очередном пакете военной помощи Украине. Он оказался относительно скромным — 400 миллионов долларов, как и предыдущий пакет на 275 миллионов. Раньше один пакет военной помощи Киеву обычно составлял от 600 миллионов до 1 миллиарда долларов. По всей вероятности, сокращение абсолютного объема помощи в денежном выражении связано прежде всего с предстоящими 8 ноября промежуточными выборами в Конгресс.

Нынешний пакет помощи — последний перед выборами. Скорее всего, администрация Джо Байдена решила не раздражать те группы избирателей, которые в наибольшей степени страдают от инфляции, — им может не нравиться, что Украине выделяются миллиарды долларов в тот момент, когда у Америки своих внутренних проблем хватает. Если эта причина действительно является главной, то после 8 ноября следует ожидать значительного увеличения размера американской помощи. Тем более что после весьма вероятной победы республиканцев на промежуточных выборах нынешняя американская администрация будет заинтересована в поставке максимального количества вооружений Украине до начала работы нового Конгресса в январе, когда часть республиканцев может саботировать предоставление помощи Киеву.

Однако уменьшение объемов помощи может быть связано и с действием объективного фактора — исчерпанием запасов некоторых видов вооружений и боеприпасов к ним на складах американской армии. Для производства нового вооружения, уже по заказам непосредственно для нужд Украины, требуется время. Например, до сих пор США поставили Украине 20 установок HIMARS, во многом переломивших ситуацию на фронте. Ни одна из них до сих пор не была потеряна. Еще 18 HIMARS для Украины уже заказаны, но они будут поставлены не ранее 2023 года. Кроме того, от других стран НАТО (Британии, Германии, Франции при участии Норвегии) Украина получила в общей сложности 14 установок M270 различных модификаций, по своим свойствам аналогичных HIMARS, а по боевой мощи превосходящих HIMARS вдвое (M270 способна выпускать 12 реактивных боеприпасов в одном залпе, а HIMARS — 6). Также нет никаких сведений, что до сих пор была потеряна хотя бы одна установка M270. Если пересчитать все РСЗО в условные HIMARS, то Украина сейчас располагает 48 такими установками, а в будущем году может получить еще 18 HIMARS. Вот только о производстве новых M270 для Украины пока не слышно. Представители ВСУ неоднократно заявляли, что для успешной обороны им требуется не менее 50 систем HIMARS, а для успешного контрнаступления — не менее 100. Получается, что Украина уже практически получила достаточное количество современных РСЗО для обороны, но пока трудно сказать, когда будет достигнут порог, необходимый для наступательных операций.

Также американцы до сих пор, по крайней мере официально, не поставляют в Украину ракеты ATACMS с дальностью до 300 километров. В случае их массовых поставок был бы не только надолго разрушен Крымский мост, но и выведены из строя многие другие логистические объекты, что окончательно обеспечило бы перелом в войне в пользу Украины. Надо также иметь в виду, что головная часть ATACMS несет в 2,5 раза более мощный заряд, чем обычные ракеты, используемые для HIMARS.

В новый пакет американской военной помощи на 400 миллионов долларов входит, в частности, неназванное число систем ПВО Hawk («Ястреб»), которые также пообещала поставить Украине Испания. Это предшественник широко известного комплекса ПРО Patriot. Hawk разрабатывался для уничтожения самолетов, а позднее был доработан для перехвата ракет в полете. Однако против последних он гораздо менее эффективен, чем Patriot. Правда, Hawk гораздо дешевле: один комплекс стоит 15 миллионов долларов, тогда как батарея Patriot — около одного миллиарда долларов. Даже с учетом того, что в батарее Patriot от 4 до 8 пусковых установок, разница в стоимости в расчете на одну пусковую установку оказывается как минимум восьмикратной. Комплексы Patriot смогли бы гораздо надежнее прикрыть города Украины от российских ракет и защитить от ударов объекты критической инфраструктуры, разрушение которых может вызвать новый поток беженцев в Европу этой зимой. Непонятно, почему давать Украине комплексы Hawk — это допустимая эскалация, а поставлять Patriot — недопустимая.

Та же картина с танками. В новый пакет помощи вошли 45 модернизированных танков Т-72, принадлежавших Чехии (модернизацию провели США и Нидерланды, взамен чехи получат американскую бронетехнику). Еще 45 танков будут поставлены в будущем году. Опять-таки вопрос: а почему сразу не поставить американские «Абрамсы» — и тем самым, кстати, лишить Германию предлога не поставлять свои «Леопарды». Неужели кто-то всерьез верит, что из-за поставки Украине пары десятков современных танков Путин применит ядерное оружие?

Поставка 1100 ударных дронов Phoenix Ghost, предназначенных для борьбы с легкобронированной техникой, — вещь, безусловно, полезная. Таких дронов Украина до сих получила только 700. Входящие в тот же пакет 250 БТР M1117 очень пригодятся для контрнаступления. А поставка 40 речных бронекатеров, вероятно, предвосхищает форсирование Днепра украинской армией. Однако все это не может заменить до сих пор отсутствующих в пакетах военной помощи современных танков, самолетов и дальнобойных ракет.

Остается надеяться, что после 8 ноября администрация Байдена будет действовать посмелее. Ведь Украине и ее союзникам необходимо победить в разумные сроки, не дожидаясь, когда от войны устанут европейцы и американцы. Стратегия Путина сейчас сводится к удержанию большинства захваченных территорий, с возможной эвакуацией Херсонского плацдарма и проведением частных наступательных операций в Донбассе. Он рассчитывает на затягивание войны, на то, что усталость вынудит США и Евросоюз склонить Украину к компромиссу.

Впрочем, в окружении Путина уже идет все более явная грызня. Начался увлекательный процесс перекладывания вины за поражение друг на друга, и в ближайшее время он может иметь самые неожиданные последствия.

(Оновлено 9:00)

«Обозреватель»

Александр Коваленко

Как оккупанты готовятся бежать из Херсона

Херсонщина, третий признак готовящегося бегства оккупантов…

Отслеживая движение россиян на правобережке, я обращал внимание на основные признаки, говорящие об их подготовке к бегству.

Например, эвакуацию врачей. И не только врачей, а вывоз медицинского оборудования и препаратов. Всех. Абсолютно.

Казалось бы, если готовишься удерживать данный регион до последней капли крови, то этой крови будет пролито много. Так, кто же будет лечить раненных?

Кроме того, отчётливый вывоз артиллерии и размещение на левом берегу. Не абсолютно всей, но процесс этот начат и продолжается. Поступательно и явно планомерно.

Теперь же россияне начали сворачивать подразделения связи. Основные и дублирующие системы сворачиваются и выводятся. Аналогично, как и артиллерия — поступательно и планомерно.

Без медицинского обслуживания, без полноценной поддержки артиллерии, без эффективной и перебойной связи… И как они в таких условиях смогут удержать правобережку?

Для особо предвосхищающих происходящее, хочу предупредить, что без боя они правобережку отдавать всё равно не будут. Вместо выводимых подразделений, они загоняют частично мобилизованных.

То есть, ценный ресурс забирают, а оставляют мясо, которое будет не блокировать, но тормозить контрнаступление ВСУ и которое для командования не представляет никакой ценности.

 

Каспаров.ру

Вадим Зайдман: По поводу геноцида в Украине у россиян с Путиным разногласий нет

Homo Putinus

Когда 21 сентября в России была объявлена «частичная» мобилизация и где-то начались локальные протесты против нее, а сотни тысяч мужчин предпочли просто бежать из России, я предположил, что большинство этих потенциальных призывников на самом деле не против войны, а только лишь против личного участия в ней. Что до объявления мобилизации у них не было принципиальных разногласий с главнокомандующим в необходимости «денацификации» Украины, и их мало трогали убийства ее мирных жителей, разрушения ее городов. Которых, впрочем, как рассказывали им Соловьев, Киселев и Симоньян, убивали и разрушали не россияне, а ВСУ.

Но я не мог предполагать, что дело обстоит еще хуже.

Новость: более 100 мобилизованных в Чувашии устроили самый натуральный бунт, отказавшись ехать воевать в Украину. – Пришлось даже вызывать ОМОН и Росгвардию для усмирения бунтовщиков.

Молодцы, противники войны, не хотят убивать украинцев?

Читаем их официальное заявление:

«Уважаемые, граждане Российской Федерации, обращаются к Вам мобилизованные военнослужащие Чувашской Республики!! Мы, рискуя собственной жизнью, идём на верную смерть для Вашей безопасности и мирной жизни!

Наше государство отказывается выплатить нам денежные средства в размере 195 т.р., которые нам обещал наш президент Владимир Владимирович Путин!

Ради чего тогда нам идти воевать за это государство, оставив свои семьи без поддержки??!

Мы отказываемся от участия в Специальной военной операции и будем добиваться справедливости, пока нам не выплатят денежные средства, обещанные нашим правительством во главе с президентом РФ!!».

То есть, мысль о том, что они идут убивать украинцев, которые не сделали им ничего плохого, даже не приходит им в голову. Не пугает их и то, что почти все они наверняка погибнут, они это понимают и согласны – «идем на верную смерть…» – и все ради хрени, которой напичкал их черепные коробки путинский зомбоящик – «…для Вашей безопасности и мирной жизни!» Каким образом, убивая людей в другой стране, разрушая чужие города, они обеспечивают безопасность и мирную жизнь в России, которой никто не угрожает, кроме, конечно, ее собственных правителей, они тоже не задумываются.

То есть, они не только не против этой преступной войны, развязанной государственным террористом Путиным В.В., – они даже не против своего участия в ней, готовы убивать по приказу. – Они только против невыплаты им обещанных сребреников.

По этому поводу вспомнился старый анекдот.

Собрал Сталин Политбюро и говорит: «Я собрал вас, чтобы обсудить два моих предложения. Первое. Расстрелять правительство в полном составе. Второе. Перекрасить Кремль в зеленый цвет.»

Молотов спрашивает: «Товарищ Сталин, а зачем Кремль в зеленый цвет перекрашивать?

Сталин: «Я так и думал, что по первому пункту возражений не будет».

В общем, кто бы сомневался: по поводу геноцида в Украине, самой преступной сути развязанной Путиным войны возражений у большинства россиян нет. – Отдайте только обещанные сребреники, и мы за милую душу пойдем убивать и сами погибнем за наше правое дело, за безопасность России и мирное небо над нашими головами.

И – вишенкой на торте.

Вячеслав Мурахтаев, сын журналистки Ирины Славиной, совершившей самосожжение два года назад и обвинившей в своей смерти «Российскую Федерацию», после гибели матери вместе со своей сестрой выходивший на пикет с плакатом «Пока моя мама горела заживо, вы молчали», теперь добровольно явился в военкомат, поскольку считает нужным, несмотря на несогласие с политикой Владимира Путина, идти воевать за правое дело, за правду. Вот из его официального заявления:

«Я, сын Ирины Славиной, добровольно пришел в военкомат и получил повестку, прошел медкомиссию на общих условиях.

Это мое обоснованное решение. Бегать, как все те граждане, которые убежали в страны СНГ, я не собираюсь.

Когда наши деды воевали, у них выбора не было, их поставили перед фактом фашисты. У меня был выбор, и я его сделал. Да, где-то я не согласен с политикой В. В. Путина.

Крымский мост взорвали, Белгород пытаются бомбить, не дай бог, какой-то террорист взорвет Борский мост, а по нему будет ехать моя семья. Я не могу этого допустить. Вспомним, как террористы взяли Норд-Ост, Беслан.

Победа будет за нами!

Вся сила в правде! Я не иду умирать, я иду помогать нашим бойцам, жителям ЛНР, ДНР и всех территорий, которые добровольно приняли желание войти в состав Российской Федерации».

Первое, что вспомнилось по прочтении этого заявления, это фраза из горинского «Тот самый Мюнхаузен»: «Вино переходит в уксус, а Мюнхаузен – в Феофила».

Вы знаете, если бы этого Вячеслава Мурахтаева не было в природе – его надо было бы придумать для подтверждения моей уверенности в том, что большинство россиян – за войну.

И мне будут доказывать, что одобряющих войну – не большинство, не подавляющее большинство? – Если даже такие типа оппозиционеры, чью мать режим довел до самосожжения, считают, что война в Украине – правое дело?

Что уж говорить о простом пипле…

Это уже действительно какой-то особый вид человекообразных выведен. Профессор Преображенский Филипп Филиппович юлой вращается в гробу от зависти. Это уже даже не Homo Soveticus – эта особь требует особого названия, поскольку по уровню расчеловечивания это нечто до сих пор беспрецедентное.

Такого еще не было в природе. Нация сошла с ума в поддержке убийств десятков тысяч людей, причем, людей, которых еще недавно они называли братским народом.

Homo Putinus.

 

«The Insider»

Павел Лузин

Вперед, в паническую атаку! Отчаянные попытки Кремля переломить ход войны только усугубляют ситуацию

На девятый месяц полномасштабной войны против Украины нет никаких признаков того, что постепенно слабеющая во всех отношениях Москва намерена отказаться от своего суицидального курса. Уже несколько месяцев она пытается добиться передышки в войне, но не ее прекращения. И в качестве единственного инструмента использует эскалацию.

Идущая мобилизация, продекларированная аннексия оккупированных территорий, тактика террора против украинских городов, начало введения военного положения в России вкупе с риторикой, адресованной urbi et orbi, призванной дискредитировать Украину и ее руководство и включающей широкий спектр тезисов от радиологического оружия (пресловутой «грязной бомбы») до сатанизма, — все это части одного сценария.

Кремль пытается всеми способами продлить собственную агонию на поле боя в надежде, что ему удастся «перевернуть игру» или что международная обстановка радикально изменится в результате либо внутриполитических и экономических проблем на Западе, либо радикальных действий других игроков, либо по совокупности этих факторов. Однако нынешняя эскалация стала уже и способом сохранения устойчивости властной конструкции внутри самой России.

Нарратив геноцида и «народной войны»

Важно, что Кремль до сих пор не отказался от изначальной стратегической цели своей агрессии — разрушения Украины как государства и уничтожения украинской культуры и украинского общества. Более того, российская власть продолжает публично и на всех уровнях подвергать сомнению независимость Украины, а ее вооруженные силы риторически приравнивает к нерегулярным террористическим формированиям. А через мифологию войны с НАТО она пытается консолидироваться внутри себя и обосновать окончательное подчинение российского общества, которому навязывается идеологема «народной войны» или даже войны религиозной. Помимо всего прочего, это служит и оправданием дальнейшего снижения уровня жизни и неизбежной экономической мобилизации, означающей переход к командной хозяйственной системе.

Кремль заинтересован в сломе сложившегося международного порядка, в котором у него нет будущего, а также в собственном выживании внутри страны любой ценой на фоне стремительно сокращающихся ресурсов, доступных для перераспределения и покупки лояльности. Круг бенифициаров российской политэкономической системы также сокращается, а когнитивный диссонанс от происходящего во всех слоях российского общества усугубляется.

В таких условиях насилие по отношению к Украине неизбежно конвертируется в раскручивание властью спирали принуждения и насилия внутри России. Безболезненных перспектив здесь практически нет: либо дальнейшая самоизоляция от мира на неопределенно долгое время, если Кремлю удастся удержать ситуацию под контролем, либо цикл внутриполитической турбулентности, за которым может открыться перспектива позитивных преобразований и умиротворения или дальнейшей политической, экономической и культурной деградации.

Насилие по отношению к Украине конвертируется в раскручивание спирали насилия внутри России

Проблемы мобилизации и ложные послабления

Мобилизация граждан на войну идет второй месяц и имеет тенденцию превратиться в регулярный процесс, идущий волнами. Поначалу Кремль действительно мог исходить из того, что он сумеет стабилизировать ситуацию и выйти на искомую передышку. Для этого он по мобилизации оставил в армии тех, кто должен был или собирался уволиться нынешней осенью, а также набрал в нее тех, до кого смогли дотянуться военкоматы, и попытался сочетать это с тактикой террора против Украины и шантажа международного сообщества. Однако ни Украина, ни мир на такое давление не поддались, боевые действия продолжились, а подготовить из мобилизуемых полноценное войско не получается — эти люди уже партиями пускаются в расход. Все это снова ставит для российской власти вопрос о новых пополнениях живой силы для затыкания дыр на фронте.

Вообще из заявленного, но документально не подтвержденного плана на 300 тысяч мобилизуемых Кремль к 14 октября официально смог набрать 222 тысячи, к 21 октября — 260 тысяч человек. В то же время мэр Москвы Сергей Собянин 25 октября отчитался, что регионы смогли обустроить 60 тысяч мест для размещения мобилизованных. Такие расхождения в цифрах можно объяснить только тем, что основную массу из формально мобилизованных составляют действующие военнослужащие — как раз те, кому предстояло уволиться осенью по завершении или по расторжении контракта и чьи контракты сейчас стали бессрочными, а также существенная часть из 127,5 тысячи человек из прошлого осеннего призыва.

Таким образом, из собственно гражданских лиц мобилизованными, по моей оценке, оказались 100–120 тысяч человек — число, сопоставимое с числом призывников каждые полгода. Их сейчас российская военная машина и пытается «переварить». Причем ранее она сама фактически отказалась от концепции мобилизационного развертывания армии по причине потери смысла в таком развертывании — отсюда и проблемы со снабжением этих людей и с отсутствием командиров для них (командиры есть только на поле боя). Кроме того, если бы с мобилизацией все проходило более-менее гладко, то не требовалось бы продолжать вербовку на войну заключенных и спешно доставать из-под сукна позабытый законопроект, чтобы разрешить мобилизацию граждан, ранее судимых по тяжким статьям.

Однако, несмотря на необходимость «переварить» мобилизованных и сфокусироваться на осенней призывной кампании, мобилизация продолжится ровно до тех пор, пока действует соответствующий указ и пока продолжается война. Это значит, что новые мобилизационные «донаборы» в армию практически неизбежны. Возможно, они не будут превышать 30–40 тысяч человек раз в несколько месяцев ради затыкания вновь возникающих дыр на фронте и компенсации вероятных недоборов призывников.

Здесь не стоит также забывать, что нынешней осенью число желающих подписывать бессрочный контракт призывников неизбежно и существенно сократится. Это поставит ребром вопрос о том, чтобы вернуться к полноценным отправкам солдат срочной службы на войну, тем более что никаких легальных препятствий, кроме необходимости пройти 4-месячную подготовку, для этого нет. По большому счету, сегодня отправлять на фронт российская власть уже может призывников весны 2022 года.

Трудности перехода к военной экономике

Параллельно предпринимаются попытки провести экономическую мобилизацию с целью восполнить большие российские потери в вооружениях и военной технике. Однако какого-то плана здесь пока не наблюдается. Созданный для этих целей правительственный координационный совет пока не демонстрирует серьезной активности и пока напоминает больше стремление Кремля распределить ответственность за преступную войну по максимально широкому кругу российской элиты и бюрократии.

Что же касается российских регионов, в которых власть ввела разные уровни готовности к военному положению вслед за его введением на оккупированных и аннексированных Россией территориях Украины и в которых учредили соответствующие штабы, то там пока тоже не заметно существенной активности. Правда, все это не отменяет перспективы ужесточения действий власти по мере ухудшения ситуации.

Тем не менее определенные действия Кремль на этом направлении пытается совершать как минимум с лета. Регулярные инспекции членов правительства и Совета безопасности на предприятиях военной промышленности, а также требования и даже угрозы в адрес менеджмента и рабочих на этих предприятиях говорят о том, что российская власть осознает тяжесть положения, в котором оказалась. Однако, несмотря на демонстрируемую уверенность и раздачу плановых и внеплановых контрактов на производство вооружений, ситуация на военном производстве вовсе не радужная. Проще говоря, у Москвы пока нет понимания, как вообще перевести российскую экономику на военные рельсы.

У Москвы нет понимания, как перевести российскую экономику на военные рельсы

Например, вне зависимости от того, закончатся ли раньше иранские дроны, созданные для террористической и повстанческой войны, или Украина научится сбивать 100% из них, заменить их собственными и продвинутыми ударными беспилотниками Россия практически не может в силу того, что ее промышленность к такому просто не готова. Заменить потерянные или выходящие из строя танки тоже быстро не удастся, иначе не возникла бы идея вернуться к давно списанным танкам Т-62, разработанным в конце 1950-х годов. Правда, мощности соответствующего завода и качество человеческого капитала на нем вряд ли позволят реализовать эту идею в полной мере, не говоря уже о качестве этих самих танков. Получается, что на восполнение использованных и потерянных вооружений в любом случае уйдут годы, а серьезно увеличить их производство не выйдет в силу их сложности, дефицита кадров, оборудования и комплектующих.

Идея же о добровольно-принудительном привлечении на производство студентов для частичной компенсации хотя бы обострившейся кадровой проблемы пока выглядит как паллиативная мера, если не как бюрократическая имитация бурной деятельности. При этом механизм принуждения бизнеса к обслуживанию военных потребностей хоть и создан, но его применение вряд ли окажется эффективным. В конце концов, любая хозяйственная деятельность в отсутствие мотивации ведет к сильному увеличению издержек и убытков при столь же сильном снижении качества выпускаемой продукции. В конечном итоге это неизбежно ведет к усилению вмешательства чиновников в экономику, к попыткам бюрократического управления производственными процессами, а также к перераспределению активов и ресурсов в пользу тех же чиновников. Все это потребует увеличения прямого и косвенного экономического бремени войны, которое будет перекладываться на плечи граждан в виде налогов и добровольно-принудительных взносов в различные фонды помощи фронту и, возможно, в виде военных займов.

Так или иначе, не собираясь заканчивать войну, Кремль неизбежно движется к усилению военно-бюрократической «чрезвычайщины». И даже если реализовать эту «чрезвычайщину» в полной мере не удастся в силу объективных факторов и скрытого сопротивления общества и самого бюрократического аппарата российского государства, она увеличивает итоговую цену развязанной войны. Тем болезненнее окажется послевоенная политическая и экономическая трансформация России.

 

(Оновлено 8:00)

«Настоящее время»

Евгения Таганович

«Война раскручивается очень быстро и все время – в худшую для России сторону». Павел Баев – о ядерном оружии и угрозе власти Путина

Россия в войне с Украиной на сегодняшнем этапе пытается удержать рубежи, выиграть время и оттягивает как можно дольше момент, когда поражение окажется неизбежным. Такое мнение Настоящему Времени высказал Павел Баев, ведущий научный сотрудник Международного института исследований проблем мира в Осло. С его точки зрения, война раскручивается очень быстро и всегда – в худшую для России сторону. Люди, которые возглавят страну после Путина, будут вынуждены идти на один компромисс за другим под давлением самых разных событий.

Павел Баев допускает возможность насильственной смены власти в России в ближайший год и физического устранения «главного виновника»: «Если мы увидим с вами переворот, он не будет бескровным в этом смысле».

Об этом, а также об уроне, который мобилизация нанесла армии России, о том, чего стоит бояться Путину и при каких условиях он может решиться на применение ядерного оружия, а также о том, какие проблемы ждут Россию после смены власти, Павел Баев рассказал в интервью Настоящему Времени.

– Я бы хотела начать разговор с массированных обстрелов украинских городов, которые мы наблюдаем в последние недели, в частности, это и атаки с дронов, и с других видов вооружений по энергетическим объектам. Для чего это? Это чтобы что-то показать, сделать или чтобы к чему-то привело? Для чего России все эти обстрелы?

– Подлинные цели известны только одному человеку, но такое впечатление, что это вписывается в общую кампанию «энергетического наступления», мишенью которого является не только Украина, энергоструктура которой подвергается этим атакам, но и вся Европа. Взрывы на газопроводах «Северный поток», в общем, били в ту же точку: что впереди холодная зима, что сложности и лишения будут такими, что никто раньше с этим не сталкивался.

В общем, [это] стратегия запугивания не столько уничтожением людей, сколько вот тем, что для украинцев это будет реальная угроза замерзания, а для Европы – реальная угроза нового скачка цен.

– Но при этом больше десяти погибших в результате всех обстрелов [31 октября]. Это минимальная цифра, которую называют власти Украины. Владимир Зеленский говорит, что уже поражено 30% энергетической сферы Украины. Какая цель основная, кроме запугивания? Может быть такое, что все окажется под ударом?

– Я думаю, что значительная часть украинской инфраструктуры в области энергетики такого рода ударам противостоит довольно легко. Все-таки эти дроны – это не оружие массового поражения: для того чтобы нанести действительно большой, серьезный удар, нужны атаки, нужно в 10 раз больше. Мощности на это у России нет, и то, что сначала удары шли высокоточными более-менее ракетами, а потом дронами, запас которых тоже, в общем, не безграничен, – это какая-то сегодняшняя моментальная попытка, пока зима еще не наступила, создать психологическое давление.

Что касается потерь среди мирного населения: каждый человек – это человек, но вместе с тем понятно, что уровень несопоставимый с тем, что могло бы быть при каких-нибудь ковровых бомбардировках. Я думаю, что ответом на эти попытки вывести из строя энергосистему Украины (значительная часть ущерба при этом может быть восстановлена довольно легко) будет усиление систем противовоздушной обороны. Опять-таки, против дронов это сделать не так сложно: это не оружие, которое настолько неотразимо, что с ним непонятно как бороться, скажем, как ракеты «Кинжал» – гиперзвуковые ракеты, против которых нет реально защиты. Но эти ракеты штучные, этих «Кинжалов» – раз-два и обчелся. Поэтому карта эта будет бита довольно быстро.

Развернуть эту систему противовоздушной обороны – прикрыть какие-то критические объекты инфраструктур, в первую очередь, конечно, атомные станции – можно довольно легко от этих дронов, которые сбиваются, в общем-то, навыки не такие сложные, перехватываются электронными средствами, которые будут поставлены очень быстро. Так что, я думаю, мы увидим конец именно этой фазы российской авиационной войны в течение пары недель.

– Хотелось бы поговорить о том, что непосредственно на поле боя происходит, потому что попытка захватить Киев, очевидно, провалена, попытка захватить и удерживать, что важно, Харьковскую область Россией также провалена. Какой, по-вашему, следующий может быть фронт и где, вероятно, по вашему мнению, может быть даже Россия будет иметь успех?

– С успехом дело, конечно, поставлено очень трудно. Планировать какой-то успех, рассчитывать на успех можно было еще летом, когда была достигнута верхняя точка, крайняя в наступлении в Луганской области, в Северодонецке. Но тогда нужно было, видимо, принимать какие-то решения по «частичной» мобилизации и по аннексии: аннексировать Луганскую область, полностью захваченную, и провести очень частичную мобилизацию, призвав, скажем, в армию тех, кто отслужил в сухопутных войсках в последние пять лет. Можно было. Время было упущено.

То, что сделано потом, смысла не имеет никакого, и ситуация с этой мобилизацией наносит больше урона российской армии, чем дает ей свежих подкреплений. Я думаю, что решающим участком должна быть та часть Херсонской области, которая находится для России на дальнем берегу Днепра, так сказать, правобережье. Защитить его очень сложно, хотя туда перебрасываются, насколько мы знаем, мало подготовленные призывники для усиления сильно потрепанных частей, где у Украины большое преимущество. В общем, все готово там для того, чтобы был достигнут очередной прорыв. И российские генералы, судя по всему, к этому готовы.

Мы знаем, что примерно такая же ситуация была в начале осени, когда, казалось, тоже в Херсонской области все готово – прорыв был в Харьковской области, за которым последовал новый прорыв уже в Донецкой области – с Лиманом. Так что у Украины есть определенная возможность для маневров, для того чтобы решать, где самая уязвимая точка: попробовать здесь, попробовать тут – уязвимые точки найдутся. Я не думаю, что у России есть какая-то возможность – организовать что-то принципиально новое, скажем, нанести удар снова на Чернигов или попробовать нанести удар из Беларуси, что бы там ни говорил Лукашенко. Но подготовить такого рода наступательные операции серьезные средств не хватает.

– К Лукашенко мы обязательно вернемся, я только хочу вас спросить: а какова тогда цель России в этой войне? Если есть не один фронт, который уже проигран, непонимание того, как вообще ситуация будет двигаться дальше, что конечной точкой является вообще?

– Я не думаю, что тут видна какая-то конечная точка. Цели этой войны менялись по ходу этих восьми месяцев неоднократно, направления ударов менялись неоднократно, границы возможного переносились неоднократно. Сейчас, судя по всему, речь идет только о том, чтобы удержать какие-то рубежи, выиграть время, тянуть, оттягивать как можно дольше момент, когда поражение окажется неизбежным.

Я не думаю, что для Путина и его окружения, в котором военных ведь людей нет совсем, провал мобилизации – он уже практически очевиден, хотя Путин пытается изобразить, что и это у него идет по плану, как и вся спецоперация, – оказался большой неожиданностью, которая еще не осмыслена до конца. И ясно, что очередной призыв, который должен сейчас состояться (в ноябре, перенесен с октября), может проблемы только усугубить, потому что реально этих людей нечем одевать, нечем кормить, нечем вооружать.

Военная система перегружена уже тем, что есть, и превратить эту людскую массу хотя бы во что-то подобное армии крайне сложно. Время едва ли здесь поможет, потому что неоткуда взять ни обмундирование, ни пропитание: оно не появится с течением времени, особенно в том, что касается, конечно, вооружения, где все рассчитывали на то, что склады этого вооружения, с советских времен оставшиеся, неисчерпаемы. Открыли склады, а там не оказалось практического ничего пригодного – то, что не сгнило, то разворовано.

– Но тем не менее атаки, допустим, на тот же Николаев, тот же Никополь: это ракеты из зенитного комплекса С-300 неизбирательного действия – это же советские запасы? При этом это достаточно массированные обстрелы, которые ведут за собой гибель мирных жителей.

– Я не думаю, что эти обстрелы можно называть массированными. Если посмотрим, что выпускается по Николаеву, опять-таки не каждый день, – три-пять ракет, которые на самом деле для поражения наземных целей никогда не планировались: С-300 – комплекс противовоздушной обороны. То, что его приходится использовать для этих целей, говорит о том, что ракет, действительно пригодных для этого, больше в арсеналах нет.

Запасы ракет «Калибр», которые более-менее современные, крайне ограничены. Другие ракеты, в том числе ракеты «Точка» советского производства, уже практически не пригодны к использованию. Ракет «Искандер» очень немного. То есть мы сталкиваемся с ситуацией, когда массированные, как говорите, удары возможны только вот этими иранскими дронами, запасы которых тоже не безграничны. Я не думаю, что Иран в состоянии поставлять этих дронов в таких количествах, чтобы мы говорили о массированных ударах.

– Вы упомянули «Искандеры» в том числе, они есть сейчас и на территории Беларуси. Вы уже вспомнили Лукашенко в этой дискуссии. Сегодня интересно, что Вооруженные силы Украины обратились к белорусам, говоря о том, что, с учетом того, сколько раз Россия использовала территорию Беларуси для обстрелов Украины, ни разу туда не прилетел, что называется, ответ. При этом они призывают людей, в том числе военных, не подчиняться указам властей. Как вы считаете, во-первых, возможен ли опять фронт, открытый с территории Беларуси, могут ли опять оттуда пойти российские войска; во-вторых, есть ли шанс того, что напрямую Беларусь будет участвовать в этой войне?

– Беларусь уже является по определению государством-агрессором, поскольку она предоставила свою территорию для того наступления на Киев, которое обернулось таким провалом. Я думаю, что такого рода шаги со стороны Украины – это мера, предвосхищающая дальнейшее развитие событий, можно сказать, потому что Россия изо всех сил старается создать впечатление, что идет подготовка к новому наступлению со стороны Беларуси.

И действительно, туда привезли какое-то количество войск, у Беларуси есть своя армия, но так же, как и в России, эта армия призывная. Рассчитывать на то, что эта армия пойдет воевать, практически невозможно. То, что туда перебросили какое-то количество новых российских призывников, ситуацию не улучшает. То, на что Лукашенко может рассчитывать реально, – это свои силовые структуры, это более-менее профессионалы (не призывной контингент), но они для войны не пригодны.

Так что, я думаю, что во многих частях белорусской армии вопрос о том, что мы делаем в этой войне, стоит очень непросто: это не то информационное пространство, как в России, которое полностью контролируется, здесь слишком много других источников влияния. Призывной контингент, который приходит и все время обновляется, приходит с такими настроениями, что его особенно на войну не погонишь.

Так что возможность того, что в каких-то частях российской армии реально произойдут какие-то мятежи, – вот этот результат наиболее возможен по итогам этой мобилизации. Поскольку люди приходят с такими настроениями, что в бой их не погонишь, отказ идти в бой может реально привести к мятежам. Как это отзовется в Беларуси – есть цепь этих событий, стая «черных лебедей», и как она здесь пролетит, сказать очень сложно. Но ясно, что проблем гораздо больше у России и Беларуси в этом смысле, нежели у Украины сейчас, когда она имеет возможность маневрировать более-менее подготовленными резервами, выбирать направление своего главного удара.

– Мятежи, о которых вы говорите, – что вы подразумеваете: то, что уже составы, которые должны, условно, двигаться прямо в Украину, прямо сейчас на войну, скажут: нет, мы не поедем, не хотим? Или это вы говорите о митингах на местах, например, то, что мы видели некоторый период в Дагестане?

– Мятежи я имею в виду, чисто военное явление. То, что происходит в Дагестане – митинги против мобилизации, – это отдельная история. Ситуации с мобилизацией значительного количества различных этнических меньшинств, начиная от бурятов и кончая дагестанцами, вдруг повернулись совсем другим боком, когда в российских войсках сейчас на каждого такого призывника смотрят как на потенциального стрелка по своим после того, что случилось на полигоне в Белгородской области [15 октября на полигоне в Белгородской области, где тренировались добровольцы, двое военных из Таджикистана открыли стрельбу по личному составу подразделения, занимавшегося огневой подготовкой; 11 человек погибли].

Я имел в виду то, что в этих эшелонах, которые идут на войну, ситуация совершенно невыносимая. И когда потом их привозят, выгружают и пытаются отправить в бой – это реальная ситуация, когда возможен мятеж. Притом [мятеж] не только этой толпы необученных, совершенно неподготовленных мобилизованных, но и потом, когда их пытаются направить на усиление сильно потрепанных, совершенно деморализованных частей и уже там, в этих частях, выдают им оружие. Вот тогда это может быть очень серьезной проблемой, потому что целые части могут внезапно бросить это оружие или повернуть его в другую сторону. И с этим справляться будет очень сложно, это не разгонять демонстрантов на улицах Москвы.

– Может ли наступить момент, когда руководство России, в частности, в лице Путина, может решить применить ядерное оружие (естественно, говорим о тактическом ядерном оружии)?

– С тактическим ядерным оружием все очень непросто. Помимо того, что само слово «тактическое» может быть в этом смысле не совсем точным, «нестратегическое», я бы сказал, будет точнее. Тактическое – это то, что используется на поле боя, а это совершенно невозможно, потому что собственные российские войска не имеют никакого специального обмундирования, средств защиты, которые позволяли бы действовать на ядерном поле боя. [Это] нестратегическое ядерное оружие, которое хранится в этих 12 складах уже 30 с лишним лет, которым никто не умеет пользоваться. Да, есть уставы, наставления, протоколы, но ни один офицер не имеет реального опыта, как эту боеголовку к этому «Искандеру» «привинтить», извините за выражение.

Когда все и каждый из этих людей должен принимать какое-то собственное решение: готов я использовать ядерное оружие или нет, тут все очень непросто. Речь идет не том, что нажимаешь красную кнопку – и все полетело. Это очень длинная цепь сложных задач, начиная с открытия этих складов, перевозки этих боеголовок, которые достаточно легко отслеживаются. То, что было сложно отследить во время Кубинского кризиса [1962 года, известен как Карибский кризис], когда эти боеголовки действительно реально были перевезены на Кубу, то сейчас с этими спутниковыми технологиями и средствами массовой коммуникации, когда у каждого прохожего в руке телефон, отслеживается очень легко. Сразу будет какая-то известность об этом, оповещение, тревога, паника, все что угодно.

Да, в каких-то отчаянных ситуациях кому-то может прийти в голову такая мысль, но до реального осуществления этой команды дистанция огромного размера.

– Тем не менее, мне кажется, мир настолько изменился, что то, что вообще не укладывалось в голове, в какой-то момент становится, что называется, самым обычным: количество обстрелов, гибель людей и т.д. Это не означает, что оно не возмутительно, я говорю о том, что реальность настолько изменилась, что ты уже ожидаешь всего что угодно, в частности, от руководства России и конкретно Путина, например. Поэтому, несмотря на этот промежуток времени, который понадобится для того, чтобы сделать определенные запуски («привинтить», как вы говорите, ту самую боеголовку), само решение может прийти в чью-то голову и дойти до реализации?

– Прийти в чью-то голову, наверное, может, дойти до реализации – очень сложно себе это представить. Конечно, мы с вами за последние восемь месяцев привыкли к самым немыслимым и невозможным ситуациям и решениям, которые совершенно не укладываются в голове. До самого последнего дня я не хотел верить в то, что война будет, что агрессия состоится, спорил об этом со многими аналитиками, в том числе в Брукингсе, где я аффилированный сотрудник [Институт Брукингса — один из важнейших аналитических центров в США, специализируется на общественных науках, муниципальном управлении, внешней политике и мировой экономике]. Не только потому, что в это трудно поверить на эмоциональном уровне, но доказывал я в первую очередь то, что недостаточно сил для серьезного наступления, что нужно, по крайней мере, в три раза больше, а взять это негде. Но это все уже вода под многими мостами на реке этой войны.

Я думаю, что единственная ситуация, когда для Путина вопрос о применении ядерного оружия действительно встанет ребром (при том что, наверное, он уже потихоньку понимает, насколько это сложное решение, насколько велики риски того, что все сорвется в какой-то момент, не сработает и прилетит к нему обратно совсем не тем боком, о котором думается), единственная ситуация, когда он может всерьез об этом задуматься, – если только он столкнется с угрозой своей власти. И она, идет, конечно, не из Украины, а реально существует в Кремле и его окрестностях. Он прекрасно понимает, что для большинства российской элиты, значительного большинства, он – самая суть проблемы.

Си Цзиньпин в Китае сделал себя центром партии, Путин сделал себя центром военной проблемы. Проблема не решается без того, чтобы этот центр не удалить. Это слишком очевидно для слишком многих в его окружении, и он это понимает. Он даже, может быть, понимает это гораздо больше, чем мы с вами можем себе представить. Человек, настолько себя воспринимающий всерьез, настолько только собой действительно и своей ролью озабоченный, не может таких рисков не учитывать. Но можно ли эти риски купировать с помощью принятия решения на ядерное оружие или, наоборот, ты эти риски раскрутишь до такой степени, что они выходят полностью из-под контроля? Вот эти вещи он должен, так или иначе, взвешивать.

– Есть вероятность того, скажем, в ближайший год, что действительно кто-то решится убить Путина?

– Да, я очень вполне допускаю такую возможность. Мирный переворот типа того, как устранили Хрущева, накануне тепло поздравив его с 70-летием, или пытались устранить Горбачева – такие варианты в этой военной ситуации невозможны. Что нужно всерьез тем, кто возьмется эту проблему решать, – рассматривать вопрос о физическом устранении главного виновника, на которого потом, естественно, удобно будет повесить все проблемы, всю ответственность за то, что произошло. Так что я думаю, что, если мы увидим с вами переворот, он не будет бескровным в этом смысле.

– В ближайший год это возможно?

– Я думаю, что год – это даже много. Война раскручивается очень быстро, меняется очень сложным для России образом и все время в худшую сторону. Я думаю, что год – это длинный горизонт.

– Закончится ли война – мир между Россией и Украиной, и как для обеих стран может обернуться вот это самое завершение войны?

– Я думаю, что мы столкнемся не с ситуацией, когда вдруг внезапно все кончилось. Вдруг, внезапно – это переворот в Москве, который не решает проблему окончательно, а будет началом какого-то процесса, когда какое-то новое коллективное руководство будет вынуждено принимать какие-то решения под давлением очень разных обстоятельств. Видимо, будет меняться его персональный состав все время, потому что новых людей нужно будет инкорпорировать, а на других людей вешать ответственность за новые неудачи и новые поражения.

Это будет процесс, по ходу которого для России факт поражения будет становиться все более очевидным, неотвратимым, неизбежным. И как это поражение воспринимать, как пытаться с этим поражением жить, какие выводы из этого делать – горизонт может быть гораздо дальше, чем тот год, о котором мы только что с вами говорили. Это будет длительный, болезненный процесс с разными срывами, не только потому что пропагандой люди очень отравлены, но потому что поражение вообще очень трудно воспринимать.

– А поражение – это потеря уже захваченных территорий с невозможностью продвигаться дальше.

– Да. Но территориальные рамки этого поражения будут тоже меняться по ходу дела. Одно дело с уходом Путина: первый компромисс, о котором могут его преемники договариваться, – это восстановление, что называется статус-кво 23 февраля, первое отступление. Потом с неизбежностью будет отступление из Донбасса. Самым болезненным вопросом, конечно, будет Крым. И чем дальше этот вопрос удастся отодвинуть, тем в каком-то смысле для значительного большинства населения России легче будет воспринимать то поражение, которое уже состоялось.

Вопрос с Крымом очень болезненный и очень эмоциональный. И то, что состоялось вот так вот, в таком совершенно корявом, невозможном виде – это аннексия новых территорий, – в большой степени подорвало, даже для россиян, ту псевдозаконность аннексии Крыма, которая была раньше. Все вопросы оказались открытыми. Где проходит граница России, совершенно невозможно сказать.

– Особенно когда в так называемом бюллетене по результатам так называемых голосований показывается 99%.

– Все эти бумажки совершенно не стоят той цены бумаги, на которой они напечатаны. Все это будет отброшено с легкостью необыкновенной – точно так же, как и провели эти квазиреферендумы. Послепутинское руководство будет вынуждено идти на один компромисс за другим под давлением самых разных событий – не только внутри России, не только экономического кризиса, но, скажем, и в Беларуси, где устранение Путина неизбежно вызовет свой кризис, и на Кавказе, где Рамзан Кадыров остается чрезвычайно опасным явлением.

Ему [Кадырову] в Украине особенно-то делать нечего: весь смысл всех его телодвижений заключается в том, чтобы создать действенную реальную армию, которую он потом может использовать уже для своих, более конкретных целей в непосредственной близости к Чечне. И это будет, опять-таки, моментами, которые для нового послепутинского руководства будет крайне сложно решать: идти на третью чеченскую войну аппетита, конечно, не будет никакого. Но, тем не менее эти проблемы будут идти как снежный ком.

Речь уже пойдет не о том, чтобы удержать Донбасс, а как справляться вот с этими всеми новыми вызовами: как пытаться договариваться с Западом шаг за шагом с тем, чтобы смягчать санкции, чтобы в конце концов выводить из-под санкций свои собственные активы за рубежом. Для любого послепутинского руководства это будет вопрос немаловажный.

Так что мы увидим процесс очень динамичный, очень трудноуправляемый, который и для Запада будет очень сложным, потому что много решений нужно будет принимать очень быстро. Когда люди говорят о перспективе длительной войны, эта перспектива для многих на Западе очень удобная: понятно, что делать, понятно, в общем, что в длительной войне у России шансов на победу никаких нет. Но, так или иначе, процесс будет идти медленно и управляемо, и последствия можно будет купировать разными способами. Вот такое скоротечное развитие событий в России послепутинской будет гораздо более сложными вызовами [для Запада].

– Но это мы с вами допускаем ситуацию, по которой в России сменится власть. Если не допускать ситуацию, Украина военным способом будет возвращать Крым?

– Я думаю, для Украины нет никакой необходимости идти войной за Крым. Я думаю, что гораздо разумнее будет этот вопрос решать политическими средствами. Поскольку если уже ситуация складывается такая, что украинская армия стоит у Перекопа [в Харьковской области], что освобожден Донбасс, ясно, что ситуация в Москве такая, что вся эта война обернулась полным поражением, нужно искать выходы из этого положения какие-то другие. Длительная война в этой ситуации никакого смысла для России не имеет.

Как будет эта проблема решаться – невозможно сейчас прогнозировать. Но, я опять-таки, не думаю, что для Украины, которая несет такие жертвы в этой войне, будет смысл вести военную кампанию в Крыму – неизбежно очень трудную, очень дорогостоящую, и не только в смысле денег.

– Как вы считаете, когда закончится война?

– Война, скорее всего, закончится не подписанием какого-то единичного документа: это будет процесс, который, скорее всего, начнется уже этой зимой, это серия этих компромиссов, отступлений, поражений

 

(Оновлено 7:00)

Хайди Левин для The Washington Post

The Washington Post

США в частном порядке просят Украину показать, что они открыты для переговоров с Россией

Сигнал направлен не на то, чтобы подтолкнуть Украину к столу переговоров, а на то, чтобы сохранить моральное превосходство в глазах ее международных сторонников.

Отказ президента Владимира Зеленского от переговоров с лидером России Владимиром Путиным вызвал обеспокоенность в некоторых частях Европы, Африки и Латинской Америки, где разрушительные последствия войны оказались серьезными.

По словам людей, знакомых с дискуссиями, администрация Байдена в частном порядке призывает украинских лидеров заявить о своей готовности вести переговоры с Россией и отказаться от публичного отказа участвовать в мирных переговорах, если президент Владимир Путин не будет отстранен от власти.

По словам этих людей, запрос американских официальных лиц не направлен на то, чтобы подтолкнуть Украину к столу переговоров. Скорее, они назвали это преднамеренной попыткой обеспечить поддержку киевского правительства другими странами, столкнувшимися с теми, кто опасается разжигания войны на долгие годы вперед.

Дискуссии показывают, насколько сложной стала позиция администрации Байдена в отношении Украины, поскольку официальные лица США публично обещают поддерживать Киев огромными суммами помощи «до тех пор, пока это потребуется», надеясь при этом на разрешение конфликта, который за последние восемь месяцев нанесли тяжелый урон мировой экономике и вызвали страх перед ядерной войной.

Хотя официальные лица США разделяют мнение своих украинских коллег о том, что Путин на данный момент несерьезно относится к переговорам, они признают, что запрет президента Владимира Зеленского на переговоры с ним вызвал обеспокоенность в некоторых частях Европы, Африки и Латинской Америки, где война ведет к разрушительным последствиям. воздействие на наличие и стоимость продуктов питания и топлива ощущается наиболее остро.

«Усталость от Украины — это реальная проблема для некоторых наших партнеров», — сказал один американский чиновник, который, как и другие, опрошенные для этого доклада, говорил на условиях анонимности, чтобы обсудить деликатные разговоры между Вашингтоном и Киевом.

Пресс-секретарь Зеленского Сергей Никифоров не ответил на запрос о комментарии.

В Соединенных Штатах опросы показывают, что республиканцы все меньше поддерживают продолжение финансирования украинских вооруженных сил на нынешнем уровне, предполагая, что Белый дом может столкнуться с сопротивлением после промежуточных выборов во вторник, поскольку он стремится продолжить программу помощи в сфере безопасности, которая принесла Украине наибольшую годовую сумму . с момента окончания холодной войны .

Во время поездки в Киев в пятницу советник Белого дома по национальной безопасности Джейк Салливан заявил, что Соединенные Штаты поддерживают справедливый и прочный мир для Украины, и заявил, что поддержка США будет продолжаться независимо от внутренней политики. «Мы полностью намерены обеспечить наличие необходимых ресурсов и получить голоса с обеих сторон, чтобы это произошло», — сказал он во время брифинга.

Стремление к потенциальному разрешению войны усилилось по мере того, как украинские войска отвоевывают оккупированные территории и приближаются к районам, которые ценит Путин. Они начинаются с Крыма, который Россия незаконно аннексировала в 2014 году, и включают города вдоль Азовского моря, которые теперь обеспечивают ему «сухопутный мост» к украинскому полуострову. Зеленский пообещал бороться за каждую пядь украинской территории .

Ветеран дипломата Александр Вершбоу, занимавший пост посла США в России и заместителя генерального секретаря НАТО, заявил, что Соединенные Штаты не могут позволить себе быть полностью «независимыми» в отношении того, как и когда будет завершена война, учитывая заинтересованность США в обеспечении европейской безопасности и сдерживание дальнейшей агрессии Кремля за пределами России.

«Если условия станут более благоприятными для переговоров, я не думаю, что администрация будет пассивна», — сказал Вершбоу. «Но в конечном итоге воюют украинцы, поэтому мы должны быть осторожны, чтобы не сомневаться в них».

В то время как Зеленский изложил предложения о заключении мира путем переговоров в течение нескольких недель после вторжения Путина 24 февраля, включая нейтралитет Украины и возвращение территорий, оккупированных Россией с тех пор, украинские официальные лица ужесточили свою позицию в последние месяцы.

В конце сентября, после аннексии Путиным четырех дополнительных областей Украины на востоке и юге, Зеленский издал указ, в котором объявил «невозможным» вести переговоры с российским лидером. «Мы будем вести переговоры с новым президентом», — сказал он в видеообращении.

Этот сдвиг был вызван систематическими зверствами в районах, находящихся под контролем России, включая изнасилования и пытки, наряду с регулярными авиаударами по Киеву и другим городам, а также указом Кремля об аннексии.

Украинцы с возмущением отреагировали, когда иностранцы предложили им отдать территории своей страны в рамках мирного соглашения, как это было в прошлом месяце, когда миллиардер Илон Маск, помогавший снабжать украинскую армию устройствами спутниковой связи, объявил в Твиттере о предложении, которое может позволить России закрепить свой контроль над частями Украины посредством референдума и отдать Кремлю Крым.

В последние недели украинская критика предложенных уступок стала более резкой, поскольку официальные лица осуждают «полезных идиотов» на Западе, которых они обвиняют в том, что они служат интересам Кремля.

«Если Россия победит, нас ждет период хаоса: расцвет тирании, войн, геноцидов, ядерных гонок», — заявил в пятницу советник президента Михаил Подоляк. «Любые «уступки» Путину сегодня — сделка с Дьяволом. Вам не понравится его цена.

Украинские официальные лица отмечают, что мирное соглашение 2015 года в восточной части Донбасса, где Москва поддержала сепаратистскую кампанию, дало России лишь время до того, как Путин начнет свое полномасштабное вторжение в этом году. Они задаются вопросом, почему любое новое мирное соглашение будет другим, утверждая, что единственный способ предотвратить возвращение России для дальнейших атак — победить ее армию на поле боя.

Россия, столкнувшаяся с плохой позицией на поле боя, предлагала переговоры, но в прошлом не желала соглашаться ни на что, кроме капитуляции Украины.

«Цинично, что Россия и ее западные сторонники протягивают оливковую ветвь. Пожалуйста, не дайте себя обмануть: агрессор не может быть миротворцем», — написал Андрей Ермак, глава администрации президента Украины, в недавней статье, опубликованной The Washington Post .

Украинские официальные лица также задаются вопросом, как они могут вести переговоры с российскими лидерами, которые твердо верят в право Москвы на гегемонию над Киевом.

Путин продолжает подрывать представление о суверенной и независимой Украине, в том числе в своих выступлениях в прошлом месяце, когда он еще раз заявил, что русские и украинцы — один народ, и заявил, что Россия может быть «единственным реальным и серьезным гарантом украинской государственности, суверенитета и и территориальная целостность».

Хотя западные официальные лица также глубоко скептически относятся к целям России, их раздражают резкие публичные упреки Украины, поскольку Киев по-прежнему полностью зависит от помощи Запада. Обман доноров и отказ от переговоров могут в долгосрочной перспективе навредить Киеву, говорят чиновники.

Максималистские заявления с обеих сторон усилили глобальные опасения по поводу многолетнего конфликта, охватившего жизнь 70-летнего российского лидера, чья хватка у власти в последние годы только усилилась. Война уже усугубила глобальные экономические проблемы, способствуя резкому росту цен на энергоносители для европейских потребителей и вызывая скачок цен на сырьевые товары, что усугубило голод в таких странах, как Сомали, Йемен и Афганистан.

Украинцы говорят, что демократы, настаивающие на мирных переговорах, не понимают Путина

В Соединенных Штатах рост инфляции, частично связанный с войной, усилил сопротивление президента Байдена и его партии в преддверии промежуточных выборов 8 ноября и поднял новые вопросы о будущем помощи США в области безопасности , которая после войны составила 18,2 миллиарда долларов. началось. Согласно опросу, опубликованному 3 ноября Wall Street Journal , 48 процентов республиканцев заявили, что Соединенные Штаты делают «слишком много» для поддержки Украины, по сравнению с 6 процентами в марте.

Прогрессисты в Демократической партии призывают к дипломатии, чтобы избежать затяжной войны, опубликовав, но позже отозвав письмо, призывающее Байдена удвоить усилия по поиску «реалистичных рамок» для прекращения боевых действий.

Выступая в Киеве, Салливан сказал, что война может легко закончиться. «Россия решила начать это», — сказал он. «Россия могла бы покончить с этим, прекратив нападение на Украину, прекратив оккупацию Украины, и это именно то, что она должна сделать, с нашей точки зрения».

Обеспокоенность по поводу затянувшегося конфликта особенно заметна в странах, которые уже не решались поддержать возглавляемую США коалицию в поддержку Украины либо из-за связей с Москвой, либо из-за нежелания идти на поводу у Вашингтона.

Южная Африка воздержалась от недавнего голосования в ООН, осуждающего указы России об аннексии, заявив, что вместо этого мир должен сосредоточиться на содействии прекращению огня и политическому урегулированию. Новый избранный президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва заявил, что Зеленский несет такую ​​же ответственность за войну , как и Путин.

Премьер-министр Индии Нарендра Моди, который пытался поддерживать хорошие отношения с Москвой и Киевом, предложил помощь в мирных переговорах во время телефонного разговора с Зеленским в прошлом месяце. Он был отвергнут украинским лидером.

Зеленский сказал ему, что Украина не будет вести никаких переговоров с Путиным, но сказал, что Украина «привержена мирному урегулированию путем диалога», говорится в заявлении, опубликованном офисом Зеленского. В заявлении отмечается, что Россия умышленно подрывала усилия по диалогу.

Несмотря на отказ украинских лидеров разговаривать с Путиным и их клятву бороться за возвращение всей Украины, официальные лица США говорят, что они считают, что Зеленский, вероятно, поддержит переговоры и в конечном итоге пойдет на уступки, как он предполагал в начале войны. Они считают, что Киев пытается зафиксировать как можно больше военных успехов до наступления зимы, когда может появиться окно для дипломатии.

Перед Зеленским стоит задача обратиться как к избирателям внутри страны, которые сильно пострадали от рук российских оккупантов, так и к иностранной аудитории, предоставляющей его войскам оружие, необходимое им для борьбы. Чтобы мотивировать украинцев внутри страны, Зеленский продвигал победу, а не урегулирование, и стал символом неповиновения, которое мотивирует украинские силы на поле боя.

В то время как члены промышленно развитых стран Большой семерки, по-видимому, поддержали украинское видение победы в прошлом месяце, одобрив план «справедливого мира», включая потенциальные российские репарационные выплаты и гарантии безопасности для Украины, некоторые из этих стран видят потенциальный поворотный момент, если украинские силы приблизятся к Крыму.

Сообщения о выводе российских войск из города Херсон на юге подняли вопрос о том, смогут ли украинские войска в конечном итоге двинуться на стратегический полуостров, который, по мнению представителей США и НАТО, рассматривается Путиным иначе, чем другие районы Украины, находящиеся под контролем России, и что, вероятно, все -Борьба за Крым будет означать для сторонников Киева на Западе.

Мало того, что Крым находится под непосредственным контролем России дольше, чем районы, захваченные с февраля, он еще долгое время был местом расположения российской военно-морской базы и домом для многих отставных российских военнослужащих.

Иллюстрируя возвышение Крыма Россией, Кремль отреагировал на взрыв в прошлом месяце на мосту, соединяющем регион с материковой Россией — символе захвата Москвой полуострова — запуском ракет по украинским городам, включая Киев, положив конец длительному периоду. мира в столице.

Тем временем украинские лидеры продолжают телеграфировать о своем намерении добиваться полной победы не только своим осажденным гражданам, но и в Москву.

Зеленский сказал в интервью в среду, что первое, что он сделает после того, как Украина одержит победу в войне, — посетит отвоеванный Крым. «Я очень хочу увидеть море, — сказал он.

 

(Обновлено 6:00)

​​Сито Сократа (телеграм-канал)

Пропаганда небытия

В последнее время тема мира все чаще звучит из уст высокопоставленных российских чиновников, но это походит на ширму. Никакого справедливого мира в Москве не желают. Возьмём Соловьева, достаточно хитрого приспособленца из числа элиты информационно-пропагандистского пула путинизма. Он размыто высказывается относительно окончания «спецоперации», выделяя только две опции развязки: «победа» и «поражение». Подобный дуальный подход в принципе присущ основной массе российского населения, особо не задумывающейся о всяких там тонкостях и полутонах, тем более о мире. Рубить с плеча – ущербная черта, заложенная ещё со времён опричнины и петровской эпохи.

Так вот, Соловьев, формулируя резонный вопрос, признается в своем незнании, как будет выглядеть победа в войне. Получается, что эта и подобные говорящие головы находятся в смысловом тупике. Выдать позитивный образ будущего в массы им не под силу. Наоборот, потоком тянутся плохие известия. Каждое из них преподносится как частность, но общая картинка усиливает ужас от непродуманности действий всей вертикали власти. К примеру, не ясно: анонсированное  оставление оккупированного Херсона – это такая стратегическая военная хитрость, либо же новый катастрофический крах плана «СВО»?

Гебисты преднамеренно культивируют неразбериху, в результате россияне  живут в атмосфере ненависти, которая ведёт их в никуда. Ничто отмеченное печатью государства не приносит пользы обществу. Усиливается пофигизм, разочарование, а лоснящаяся холеная морда Путина порождает лишь желание расстрелять ее из выданного ржавого автомата. Нарастает ощущение одноразовости всего окружающего бытия,  где доминируют примитивные понятия и культ тоталитарного подчинения любым капризам дилеров смерти. Урка-олигарх Пригожин, ошибка природы Кадыров, зловредный нано-гном Медведев, черт в ризе Кирилл – пантеон Z-капища, который даже Стивену Кингу было бы трудно изобразить в своих ужасах.

Разве с таким бестиарием у руля можно рассмотреть свет в российской преисподней? «Крутым пацанам» а-ля «неонацист» Володя и неистовый Медведев не верят даже в жёлтом доме. Наоборот, после провала первой волны могилизации начались закономерные бунты мобиков, поскольку крысы в офицерских погонах крадут выплаты одноразовым бойцам.

Заваруха на учебно-тренировочном полигоне в Казани, где освистывают и оскорбляют оборзевших командиров, обнажает пораженческое положение дел. «Сними, погоны пид***с» – собирательное послание низов в демотивированной и сколоченной наспех запасной армии. Ведь ещё и воевать приказывают на сталинском старье вроде гаубиц Д-1 образца 1943 года.

Отдельные бойцы, осознавая всю бессмысленность вторжения, буквально с первых минут после  пересечения границы с Украиной бросаются в бега и ищут возможности любыми способами сдаться. Можно назвать подобный подход счастливым билетом, дарующим жизнь.

Получается, что неучастие россиян в бредовой войне деда с историческими комплексами и есть искомая победа. Верный способ самосохранения ради будущего. А критикам отказа от захватнической войны можно лишь посоветовать могилизировать себя для большей убедительности правоты их позиции. Чем больше поджигателей войны принести на ее алтарь, тем  больше будет у народа веры в «правое дело».

Почему бы «полковнику» Димону Медведеву не сгореть в танке? Ведь он военнообязанный, а то какой-то не настоящий из него, а квасной патриот. Ошметки героя хорошо бы смотрелись как нетленные мощи в Главном храме Вооружённых сил РФ в Одинцово.

Подобный сценарий не для популяризаторов небытия. Они ещё всерьез задумываются вернуться на свои забугорные виллы, а не кормить червей.

Вместо этого народ запугивают гибелью России, отменой ее языка и культуры. Гонят россиян пачками умирать, чтобы агрессия не закончилась «поражением». Но если критерии победы неясны, то как можно тогда выиграть? Тут логика путинцев проста: чем больше мертвых, тем меньше неудобных вопросов.

 

(Размещено 5:00)

Альфред Кох

Вот и прошёл ещё один, двести пятьдесят пятый день войны. На фронте никаких существенных изменений не произошло.

Однако, содержание последнего пакета американской помощи показывает, что ВСУ все-таки планируют вскоре наступление. Интересно, что кроме понятных танков, бронетранспортеров, ЗРК и беспилотников, в списке были ещё какие-то диковинные бронированные катера (аж 40 штук). В предыдущих пакетах помощи бронекатера никогда не фигурировали.

Что это за бронекатера — никак не комментируется. Если они морские — это одно дело, а если речные — другое. В любом случае это очень нетривиальный поворот в сюжете и можно ожидать от ВСУ самых неожиданных ходов.

Вчера в Киев с неожиданным визитом приехал помощник Байдена по национальной безопасности Джейк Салливан. Он четко и недвусмысленно заявил, что поддержка Украины не ослабнет вне зависимости от исхода выборов в Конгресс. Что без Украины никаких переговоров об Украине США с Россией вести не будут. И что требование к России вывести свои войска за международно-признанные границы 1991 года США поддерживают.

Сегодня Шольц и Си Цзиньпин из Пекина заявили о том, что любое применение ядерного оружия в войне России с Украиной неприемлемо и Шольц даже обратился к Москве с призывов четко и недвусмысленно об этом заявить.

Мне кажется, что этим визитом Шольц как бы зондирует почву перед встречей Си Цзынпиня с Байденом на саммите G20 15-16 ноября. И я не исключаю, что немецкий канцлер поехал в Пекин предварительно обсудив все со своими американскими коллегами.

Слишком уж Шольц старался умаслить китайского правителя перед визитом. Достаточно вспомнить как он накануне продавил через свой кабинет продажу Китаю 24,9% акций Гамбургского порта. Это слишком жирно для довольно таки скромных официальных результатов его визита в Пекин. А значит основное содержание визита осталось в тени. Впрочем, скоро мы все узнаем.

Так или иначе, но Запад начал искать пути перетянуть  Китай на свою сторону и визит Шольца был первой ласточкой в этой кампании. Думаю, у Запада для успеха этой своей затеи есть больше аргументов, чтобы заинтересовать Китай, чем у России.

Да и чем Россия может заинтересовать Китай, если она обложена санкциями, которые создают риски вторичных санкций для любого, кто с ней пытается сотрудничать. К тому же российская экономика ускоряет своё падение: за третий квартал падение ВВП составило 4,4% (за второй — 4,1%). А в четвёртом квартале ожидается падение в 6,4 — 7,8%.

(Кстати, даже с этих позиций вторжение в Украину было выстрелом себе в ногу: ведь за первый квартал этого года (который на 2/3 был довоенным) ВВП России вырос на 3,5%!)

В этих условиях, мобилизация оставалась последним для России способом изменить ход войны в свою пользу. Но сегодня американский Институт Изучения Войны (ISW) пришёл к выводу, что максимум, что может дать мобилизация — это стабилизацию фронта на два-три месяца. После этого инициатива опять перейдёт к Украине.

Главная проблема Путина — это неспособность российской промышленности произвести достаточное количество оружия и боеприпасов для ведения боевых действий с той интенсивностью, с которой требует текущая обстановка, а вовсе не отсутствие солдат. Плюс проблемы с логистикой, которые он не может решить из-за наличия у противника более эффективной и дальнобойной артиллерии (как ствольной так и реактивной).

Сегодня стало известно, что только самое большее 1/3 мобилизованных находится так или иначе в действующей армии. Остальные 2/3 сидят там, где их призвали,  в неприспособленных помещениях, голодные, холодные и злые на своё начальство. Оказалось, что их не во что одеть, нечем кормить и нечем вооружить. Остаётся загадкой: почему это выяснилось только сейчас, а не до мобилизации.

Короче, весь этот бардак играет нам на руку и приближает нашу победу. Тем более, что наше дело правое, враг будет разбит, а победа будет за нами.

Слава Украине!

1 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...

Комментарии читателей статьи "BloggoDay 6 November: Russian Invasion of Ukraine"

  • Оставьте первый комментарий - автор старался

Добавить комментарий