BloggoDay 7 December: Russian Invasion of Ukraine

Дайджест 7 грудня 2022 р.

 

(Оновлено 19:00)

Медуза

Почему Путин боится Навального

Дарья Навальная — дочь российского оппозиционера Алексея Навального, который уже почти два года находится в заключении (в общей сложности его осудили на девять лет колонии строгого режима), — написала для журнала Time колонку под названием «Почему Путин боится моего отца Алексея Навального». В ней Дарья напомнила, в каких жестоких условиях Алексея содержат в последние месяцы, и высказалась о том, как это связано с российским вторжением в Украину. «Медуза» перевела этот текст и приводит его с незначительными сокращениями и изменениями.

За последние пару лет имя Алексея Навального стало известно за пределами России. Вы читали, как он основал Фонд борьбы с коррупцией, чтобы расследовать незаконное обогащение российской элиты, как его на протяжении многих лет задерживали за участие в протестах против путинского режима, как он баллотировался в президенты в 2018 году, как был отравлен в 2020 году, чудом выздоровел и вернулся в Россию, чтобы бороться за лучшее будущее для своей страны.

Для вас это просто заголовки новостей по всему миру. Для меня это реальность.

Меня зовут Даша Навальная. Мне 21 год, я учусь в Стэнфордском университете. Мой отец Алексей Навальный стал врагом номер один для Владимира Путина, борясь с коррумпированным и кровожадным кремлевским режимом.

С 2011 года Фонд борьбы с коррупцией разоблачает коррупцию высокопоставленных государственных чиновников в России. Одним из самых известных их расследований стало расследование про дворец Путина. В августе 2020 года мой отец пережил отравление химическим оружием «Новичок» в исполнении сотрудников ФСБ и через несколько месяцев после выздоровления успешно расследовал собственное покушение.

Несмотря на опасности, с которыми он столкнулся, в январе 2021 года Алексей Навальный вернулся в Россию и был незаконно задержан в аэропорту. С тех пор он отбывает свой срок, с глазу на глаз с путинскими тюремщиками. Вскоре после его ареста Фонд борьбы с коррупцией был признан в России экстремистской организацией. Членов его команды стали преследовать, многие были вынуждены покинуть страну.

Все мы знаем, что тюрьма — это не то место, где вы хотите оказаться в любой стране, но условия российской пенитенциарной системы намного хуже, чем в США или Европе. Ничто так не калечит даже здоровых людей, как русская тюрьма. Мой отец пережил отравление химическим оружием, которое имело тяжелые последствия; он провел более двух недель в коме и более месяца в клинике. Реабилитация заняла месяцы. Вскоре после задержания у него начались боли в спине, стала отниматься нога. Ему пришлось выдержать 24-дневную голодовку только для того, чтобы получить доступ к медицинской помощи.

То, что он едва пережил голодовку, не сломило его дух — его ничто и никогда не сломит. Но условия одиночного заключения, с которыми он теперь сталкивается, явно направлены на то, чтобы сломить его морально и убить физически. С середины августа «резиденция» моего папы — штрафной изолятор размером семь на восемь футов, который для человека ростом шесть футов и три дюйма больше похож на бетонную клетку. Он целыми днями сидит на низком железном стуле (что усиливает боль в спине), а при себе ему разрешено иметь лишь кружку. Даже его кровать прикручена к стене с шести утра до десяти вечера.

17 ноября папу перевели в помещение камерного типа. Остальные заключенные живут в бараках, из которых могут свободно выходить, но он заперт в одиночной камере. Он писал: «Это обычная тесная камера, как ШИЗО, только можно иметь с собой не одну книжку, а две, и пользоваться тюремным ларьком, правда, на очень ограниченную сумму». Эти новые условия также лишают его возможности встречаться с семьей: посещения запрещены. Возможность иметь вторую книгу — это, безусловно, бонус для человека, который читает так быстро, как мой папа.

Я горжусь тем, что я дочь своего отца, и знаю, что, несмотря на нечеловеческие условия, он выступает против путинской войны в Украине и призывает российский народ сделать все возможное для борьбы с ней.

«Все имеет цену, и сейчас, весной 2022 года, эту цену должны платить мы. Больше некому. Давайте не „быть против войны“. Давайте бороться против войны», — заявил он во время суда в марте. Сейчас декабрь, а с августа мой отец провел в ШИЗО 78 дней, отбыв там восемь одиночных сроков подряд.

Вы спросите, за что его отправили в одиночное заключение сначала на короткий срок, а потом на длительный? Среди нарушений, за которые, по версии администрации колонии, отца отправляли в ШИЗО, были: расстегнутая пуговица робы (ее физически невозможно застегнуть полностью, так как она на несколько размеров меньше, чем нужно отцу), отказ мыть забор, «некачественная» уборка прогулочного двора и «оскорбление» лейтенанта уголовного розыска обращением к нему по званию и фамилии вместо имени и отчества.

Настоящей причиной этих постоянных наказаний является то, что Навальный осуждает войну в Украине и противостоит путинскому режиму. Мой отец использует каждое судебное слушание как возможность сделать антивоенное заявление. Во время недавнего слушания он сказал: «Ваша честь, я заявляю, что я невиновный человек. И я считаю, что я и такие, как я, делали все возможное, чтобы предотвратить то, что происходит сейчас. И мы продолжим это делать. И я призываю всех граждан России бороться с этим режимом, с этой войной и мобилизацией».

«Я проведу в ШИЗО столько, сколько потребуется, чтобы защитить свое право высказаться против исторического преступления, которое совершает Путин» — в случае моего отца это печальное самосбывающееся пророчество. Администрация колонии дала понять, что в отношении Навального не действует и намек на верховенство закона.

Это подтверждается и тем, что адвокатской тайны для моего отца больше не существует. В последние месяцы все его контакты с адвокатами проходят через администрацию колонии. Окно в комнате для свиданий заклеено светонепроницаемой пленкой, поэтому адвокаты могут слышать только его голос и видеть силуэт, когда обсуждают линию защиты по новым уголовным делам (сейчас ему грозит до 30 лет за решеткой). Адвокаты моего отца больше не имеют визуального представления о его здоровье и физическом состоянии. Это уникальная ситуация даже по низким стандартам российской судебной системы.

Для меня Алексей Навальный не только решительный, трудолюбивый и харизматичный лидер, но и веселый, заботливый и потрясающий отец. Он научил меня кататься на велосипеде; он помогал с уравнениями и вопросам по пунктуации, когда мой мозг ученицы начальной школы не воспринимал понятие точки с запятой. В средней школе, когда я впервые попробовала сварить кашу, она оказалась слишком соленой, но папа улыбнулся, не стал меня упрекать и все съел. Часами он помогал мне учить стихотворение «Пророк» Александра Пушкина, которое до сих пор запечатлено в моей памяти. Каждое 1 сентября он провожал нас с младшим братом в школу. Папа приходил на наши конкурсы, концерты и выпускные. И всегда писал мне и всем близким полные любви и веселые письма на дни рождения, если находился под арестом и не мог быть с нами рядом.

Теперь он даже этого сделать не может.

Наша семья всегда гордилась своим оптимизмом: мы предпочитаем шутки жалобам, когда наступало худшее. Мы многое видели за эти годы и старались не принимать это слишком близко к сердцу. Моего отца задерживали как минимум по одному разу почти каждый год с 2011-го по 2021-й, и время, проведенное им в тюрьме, становилось все дольше и дольше. Мою мать задерживали и судили; мой дядя отсидел три с половиной года за преступление, которое заключалось в том, что у него фамилия Навальный. Вся наша семья, включая бабушек и дедушек, прабабушек и прадедушек, много раз подвергалась запугиваниям и незаконным преследованиям. Не говоря уже о «старых добрых временах», когда отравители из ФСБ были близки к тому, чтобы убить мою мать и чуть не убили отца.

Невозможно свыкнуться с мыслью, что ваших близких могут в любой момент посадить или убить по надуманному поводу, но со временем это стало частью нашей семейной рутины. «Я так понимаю, ты не придешь сегодня на ужин?» — спрашивала я у отца всякий раз, когда он собирался на акцию протеста. Он отвечал смешком.

Российский режим всегда был основан на коррупции, а теперь он основан на войне — для Путина это два условия, чтобы удерживать власть. Именно поэтому он готов уничтожить любого, кто посмеет им угрожать. А к моему отцу он испытывает личную ненависть — как к своему самому непримиримому противнику на протяжении многих лет.

Пока вы читаете эти строки, Навальный находится в смертельной опасности, но он продолжает отстаивать то, во что верит. Он доказал готовность пожертвовать своей свободой, здоровьем и даже жизнью, чтобы Россия стала демократической, процветающей страной. И прямо сейчас, даже находясь в тюрьме, он борется за мир. Своим примером он поддерживает и вдохновляет миллионы россиян, которые, как и он, не желают мириться с войной и несправедливостью.

Путина необходимо победить. Он представляет угрозу не только для России и Украины, но и для всего мира. Сама суть авторитарной власти заключается в постоянном увеличении ставок, росте агрессии и поиске новых врагов. Чтобы не проиграть в этой борьбе, мы должны объединиться.

Мой отец — один из лидеров этой борьбы. Он бросает Путину вызов каждый день, но мы можем сделать так, чтобы его усилия не оказались напрасными и чтобы его слова были услышаны во всем мире. Я обращаюсь к мировым лидерам и прошу их поддержать мой призыв к российскому правительству освободить моего отца.

Давайте стремиться к лучшему, более процветающему глобальному будущему, в котором мы сможем сами выбирать себе лидеров. Свободу Алексею Навальному!

 

(Оновлено 18:00)

Зеркало недели

Владимир Кравченко, обозреватель отдела международной политики ZN.UA

Британский юрист Джейсон МакКью: «Я хочу быть занозой в заднице Пригожина и Путина»  

Как Украине и украинцам добиться правосудия и справедливых репараций

Британский юрист Джейсон МакКью долгие годы представляет интересы жертв террора, помогая им достичь справедливости и получить компенсацию за свои страдания. Будучи соучредителем и старшим партнером юридической компании McCue Jury and Partners LLP он сыграл главную роль в судебных победах над такими организациями как «Настоящая ІРА», ХАМАС, а также в деле против Ливийской Джамахирии. А в начале этого года McCue Jury and Partners LLP успешно защитила руководителя Bellingcat Элиота Хигинса в судебном процессе, начатом владельцем ЧВК «Вагнер» Евгением Пригожиным.

Отстаивая интересы украинцев, пострадавших в результате российской агрессии, 1 ноября Джейсон МакКью подал в Верховный суд Лондона иск против ЧВК «Вагнер».

— Господин МакКью, что это за иск, который вы подали в Верховный суд Лондона? Он против организации или против конкретных лиц, представляющих ЧВК «Вагнер»?

— Это иск группы украинцев, которые просили меня представлять их интересы в суде.

Мы утверждаем две вещи. Первая: группа «Вагнер» совершала акты терроризма против украинского населения на территории Украины. Вторая: Путин вступил в противоправный сговор с этой ЧВК, чтобы она осуществляла акты терроризма на территории Украины. Что касается ответчиков в этом деле, сейчас это Пригожин от лица группы «Вагнер». В дальнейшем мы планируем добавлять и других ответчиков.

Мы собираемся доказать, что ЧВК «Вагнер» — террористическая организация и по сути является оружием, которое нанимает Путин, чтобы достигать своих целей на территории Украины террористическими методами. Мы собираемся добиться компенсации для народа Украины.

Один из исков будет в Лондоне, другой — в США. Они довольно разные, но их цель одинакова. Первое дело было начато в Лондоне, потому что в Лондоне около 180 тысяч людей — беженцев из Украины, которые все являются потенциальными истцами.

Сейчас, согласно процедурам, существующим в юридической системе Соединенного Королевства, мы ждем шагов ответчиков. Если в определенный законодательством период не будет реакции ответчиков, дальше начинается судебное слушание.

Хотел бы отметить, что шесть месяцев назад мы начали сотрудничать с нашими коллегами-адвокатами и учеными-юристами, а также с Верховным судом Украины о том, какие изменения следует внести в украинское законодательство, чтобы подобное дело было начато в Украине и позже это судебное решение могло быть обеспечено за рубежом.

Считаю, что могу помочь украинцам, потому что у меня есть опыт борьбы с терроризмом. Я провел последние 30 лет в борьбе с терроризмом по всему миру. Начинал с дел против Ирландской республиканской армии. Потом были дела против «Исламского государства», «Аль-Каида», ХАМАС, «Хезболлы», «Ан-Нусры», а также Ливии и Ирана. Мне угрожал Каддафи. Но когда имеешь дело с террористами, единственно правильный вариант — не обращать внимания на их угрозы.

И, в конце концов, я хочу быть просто занозой в заднице Пригожина и Путина.

— Обладает ли Верховный суд Лондона юрисдикцией для рассмотрения этого дела? «Вагнеровцы» совершали преступления против украинцев на территории Украины, а не Великобритании.

— Да, юрисдикция есть, потому что украинцы, которые выехали в Великобританию, продолжают нести убытки. Немало из них имеют значительные травмы и ранения из-за деятельности «вагнеровцев». У некоторых украинцев посттравматический синдром из-за того, что происходит. И поэтому у них есть основания для судебного иска против этой деятельности, вынудившей их выехать.

Мы также предполагаем ряд исков против «вагнеровцев» в разных странах, где есть украинские беженцы.

— По каким эпизодам вы будете доказывать, что ЧВК «Вагнер» совершала акты терроризма против украинского населения?

— Мы начнем с примеров в Африке и Сирии, а потом логическим путем дойдем до Украины. То есть мы покажем паттерн деятельности, то, что они используют постоянно одни и те же методы. После этого перейдем к конкретным случаям, подтверждающим их военные преступления, их преступления против человечности, а также намеренные насильственные действия против гражданского населения. То, что группа «Вагнер» прислала кувалду в Европейский парламент, и является иллюстративным примером террористической деятельности, то есть запугивания.

К сожалению, «Вагнер» упрощает для меня задачу, потому что они — монстры.

Хочу подчеркнуть, что поданный иск — гражданское дело. А оно имеет определенные преимущества над уголовным делом, потому что у него несколько другие требования к доказательной базе.

Преимущества гражданской кампании правосудия в том, что, во-первых, это позволяет достичь реально весомых выплат репараций истцам, в данном случае — украинцам и народу Украины. Во-вторых, в рамках этой кампании позволяет определить, что действия России являются незаконными и террористическими. В-третьих, весь этот процесс заставляет ответчиков фокусироваться не на своей незаконной деятельности, а на том, как они отвечают в суде, как они сохраняют свои активы. Потому что против них открывается ряд судебных дел. То есть это стратегический юридический подход для борьбы и защиты справедливости. В данном случае — это пострадавшие украинцы.

— Какова сумма иска?

— Оценка нашей юридической команды в первом деле сейчас составляет от пяти до девяти миллиардов фунтов стерлингов. Дела в США могут достичь значительно больших сумм.

— Если дело будет выиграно, как вы будете добиваться взыскания денег?

— Последние шесть месяцев мы проводили кропотливую работу по отслеживанию активов группы «Вагнер» по всему миру. И как только будут вынесены судебные решения в Великобритании и США, сеть адвокатов, которые с нами сотрудничают, помогут нам легализовать эти решения в странах, где есть уже выявленные активы группы «Вагнер». Таких стран на самом деле много. И одна вещь, о которой я не говорю СМИ, — где есть эти ресурсы, потому что мы не хотим предупреждать группу «Вагнер».

— Насколько я понял, к уже существующей группе истцов могут присоединяться и другие украинцы со своими претензиями?

— Да, вы правы. Мы работаем сейчас вместе с правительством Украины над тем, чтобы присоединить к этим делам по возможности большее количество людей. Сейчас мы работаем с некоторыми учреждениями, занимающимися диджитализацией, чтобы большее количество заявок или исков с украинской стороны могли добавиться к делам.

— Как к этому делу могут присоединиться те, кто не проживает в Великобритании?

— Если речь идет о гражданах Украины, которые эвакуировались в Великобританию на каком-то этапе, а потом вернулись в Украину, они могут добавиться к делу. И сейчас мы с правительством Украины работаем над организацией процесса подачи этих заявлений так, чтобы уменьшить административную работу. Потому что когда все украинцы, изъявившие желание присоединиться к указанному делу, начнут звонить по телефону в мою компанию (а это то, что надо сделать), моя телефонная линия просто обвалится.

— За счет чего будет идти финансирование судебных издержек?

— Во-первых, в связи с этим делом мы планируем начать фандрайзинговую кампанию. Мы должны быть надлежащим образом обеспечены ресурсами, чтобы бороться против военной машины РФ, владеющей значительными ресурсами.

Я встречался в Украине с рядом лидеров гражданского общества, у нас уже есть значительные предложения поддержки. Но я уверен, что мировая общественность окажет достаточную поддержку этому судебному процессу, чтобы его успешно завершить, потому что все понимают, как это важно.

— Вы говорили, что намерены подать иск против ЧВК «Вагнер» в Соединенных Штатах. Чем этот иск будет отличаться от того, что вы подали в Великобритании?

— На самом деле уже подготовлены два дела, которые мы готовы начинать в США. Одно против группы «Вагнер», второе — против другого юридического лица. Причина, почему я не хочу сейчас раскрывать деталей, в том, что не хочу заранее предупреждать тех, кто будет ответчиками и кто будет истцами в этом деле.

— В суды каких стран вы еще планируете обращаться с иском?

— Сейчас у меня есть юристы в Израиле, которые говорят, что у них готово дело в рамках этой кампании. Подобное говорят юристы и во Франции. Есть юристы в Нидерландах и других странах. Мы хотим запустить этот процесс, чтобы преследовать элементы военной машины РФ по всему миру.

— У вас была встреча с главой военной разведки Кириллом Будановым. О чем вы договорились?

— Кроме него, я также встречался в офисе президента с господином Подоляком, и он подтвердил полную поддержку свою и со стороны президента в этом деле.

Многие компоненты в рамках правительства Украины могут потенциально помочь мне в деле против группы «Вагнер», в том числе и предоставляя доказательную базу. Это нормальное дело, мы так действуем по всему миру: направляем запросы в правительственные учреждения, которые нам могут помочь собрать и подготовить наше дело. Нам, в принципе, может помочь каждый человек или учреждение, которые смогут предоставить соответствующую информацию для использования в рамках дела и готовы ею поделиться.

Я занимаюсь постконфликтным урегулированием довольно долгое время. Мне ясно, что эта война закончится победой украинцев. Но остается вопрос, получат ли сейчас Украина и украинцы должное правосудие и справедливость в плане репараций. Есть два пути, чтобы достичь этого.

Первый — путь международных переговоров, создание трибунала и комиссии по репарациям и тому подобное. Мой опыт говорит, что этот путь слишком чувствителен к реальной политике. И по окончании такого процесса люди и частный бизнес получают лишь символическое возмещение причиненных убытков.

Второй путь достижения справедливости в получении компенсации — судебные кампании, подобный той, которую я сейчас провожу. Здесь есть два преимущества. Во-первых, это реальное, а не символическое возмещение убытков. Во-вторых, поскольку это судебный процесс, у него есть иммунитет от реальной политики. Политики не могут остановить индивидуальные иски, которые рассматриваются в судебных залах Великобритании или США. Но для того, чтобы это сработало, нам нужно засучить рукава и тщательно работать — потому что это очень сложное дело, — чтобы вести такую борьбу. Но победа точно за нами!

 

(Оновлено 17:00)

Обозреватель

Сергей Климовский

Зачем Москве переговоры и гарантии безопасности

Военно-политическая ситуация в данный момент имеет ряд параллелей с ситуацией ноября 2014 г., когда РФ разорвала первое минское перемирие и начала наступление для захвата Дебальцево, которое достигло апогея в январе-феврале 2015 г. и закончилось вторым минским перемирием.

После заключения 5 сентября первого минского перемирия Кремль окончательно понял: администрация Обамы не окажет Украине военной помощи, несмотря на обязательства США по Будапештскому меморандуму. Великобритания тоже не окажет, даже если очень захочет, так как она член ЕС и несамостоятельна в принятии таких решений. Евросоюз, где крупные армии есть только у Германии, Италии, Польши и Франции, такого разрешения ей не даст, ссылаясь на то, что он под Будапештским меморандумом не подписывался. Сам ЕС ничего такого не предпримет без согласования с США, а Обама его давать не намерен. Не намерен то ли из-за впечатления от угрозы Москвы применить в этом случае ядерное оружие, о чём рассказывал теледиктор Киселёв, то ли по каким-то другим причинам или их совокупности. Возможно, из-за своей веры в политику «Перезагрузки» отношений с РФ или ещё во что-то. Мало ли во что тогда мог верить Обама. Теперь это уже факт истории, который когда-нибудь получит своё объяснение, если не от Обамы, то от других официальных лиц и историков.

Второй вывод, который сделали тогда в Кремле – немецкая ХДС/СС, Соцпартия Франции и в целом европейский политикум готов идти на существенные уступки за счёт Украины и принуждать её к этому, лишь бы остановить агрессию РФ и заморозить военные действия. Не безгранично, но готов. В Кремле поняли: захватывать Мариуполь и рубить «коридор» в Крым нельзя, так как это будет верх наглости, но можно условно оставить себе ту часть Донецкой и Луганской областей, которые не могла вернуть украинская армия из-за явного превосходства армии РФ.

Третий вывод, сделанный в Кремле, – сильно наглеть и испытывать терпение Запада тоже не стоит и надо вовремя остановиться. НАТО не воспользовалось российским вторжением ни в Грузию, ни в Украину, чтобы повоевать с РФ, притом, что Москва сама «накатила мяч» ему.

Но это не означало, что терпение людей Запада безгранично, некоторые «красные линии» всё-таки лучше не переходить, а если переходить, то постепенно. Например, не признавать «ДНР» с «ЛНР».

В Кремле знали, что НАТО к войне не готово. В Кремле также знали, что и РФ не готова не только к войне с НАТО, но и к войне с Украиной, у которой не было армии, был статус нейтральной и внеблоковой страны, и моральная сила в виде привлекательности Революции Достоинства, произошедшей через год после «стояния» на Болотной и через два года после начала Арабской весны. Тесные личные связи украинцев и русских ещё больше напрягали совокупный Кремль, мантрой которого стало «Мы Майдана на россии не допустим, лучше пусть будет война».

Но у Кремля не было уверенности в русских. Поэтому, когда стало понятно, что воевать только диверсантами, спецназом и идейными имперцами уже нельзя, то брать Дебальцево он отправил бурят и русских из Зауралья и разных глубинок, но не из приграничных с Украиной областей. Те никогда украинцев не видели и им был безразлично кого и за что убивать. Эта неуверенность Кремля в приграничных и центральных русских отчасти сохранялась даже до вторжения 24 февраля. Она одна из причин, по которой до осени в оккупационной армии РФ был непропорционально высокий процент военных и мобилизованных с Дальнего Востока и Зауралья. Покорять Украину пригнали даже морскую пехоту с Тихого океана.

В Кремле зря боялись в начале 2022 г. антивоенных протестов и массовых отказов воевать в ситуации, когда вторжение уже не прикрывали как в 2014 г. ложью «Войск РФ в Украине нет». Там явно недооценивали глубину моральной деградации населения РФ за восемь лет. Возмущение войной и вызванные им протесты были менее продолжительными и массовыми, чем в 2014 г., несмотря на всю очевидность агрессии. Около 80 % населения РФ её одобрили и поддержали. В русских проснулся во весь рост кровожадный зверь, о котором ничего нет у хрестоматийных Пушкина, Толстого и Достоевского, ковырявшихся в «загадочной русской душе».

Деградировали даже антипутински настроенные русские, давно живущие вне РФ. Они стали подменять слова «русский» и «рашист» словами «орки» и «кафиры». Эквивалентом кафирам, взятым из языка ислама, в языке марксистов является слово ревизионисты. Видимо, по мнению таких стыдливых русских, идёт война двух ветвей ислам из-за того, что в Москве некие ревизионисты исказили учение Мухаммеда.

Протесты, вызванные сентябрьской мобилизацией, сводятся не к отказу убивать людей, которых на россии долго и нудно называли «братьями», а к возмущению тем, что плохо учат их убивать и плохо обеспечивают тёплой одеждой и остальным, необходимым для этого.

Те западные аналитики, которые убеждают Украину не стрелять ответно по территории РФ, чтобы не вызвать там душевный подъём и «народную войну», явно мыслят внеземными категориями. Народная империалистическая война в РФ идёт десятый месяц полным ходом. Русские послушно и массово идут на неё и делают всё, что прикажут, а энтузиазм на войне, где убивают с больших расстояний, не нужен. Это не в штыковые атаки ходить.

Так что, теперь Кремль в своих холопах уверен, и ситуация похожа на зиму 2014-2015 гг., но есть кардинальные отличия.

Кремль готовит зимнее наступление для расширения «коридора» в Крым до Запорожья, хочет остановиться на этом и начать переговоры о перемирии, как в Минске в феврале 2015 г., когда Порошенко и путин выходили с телефонами, чтобы узнать ситуацию в Дебальцево. Но он готов отказаться от наступления, если с ним подпишут перемирие по образцу Минска-2 и прямо сейчас. За это Кремль готов вывести свои войска с Запорожской АЭС и с севера Луганской области. Однако, подписывать с ним такое соглашение никто не собирается, и 5 декабря ведомство лаврова обиженно заявило, что оно никаких переговоры с Украиной о создании зоны безопасности вокруг Энергодара не ведёт. То есть, переговоры в Абу-Даби об аммиаке и обмене пленными идут, но Кремль не хочет, чтобы холопы об этом знали.

Если Украина и мировое сообщество официально подарят РФ захваченный ею Крым, а «коридору» в него присвоят статус спорной территории, то в Кремле с облегчением вздохнут и заявят, что все цели «специальной военной операции» достигнуты. На радостях согласятся даже на выплату какой-то репарации, но назовут это жестом братской помощи братскому народу, пострадавшему от кафиров. Даже показательно накажут пару вояк за изнасилования, как когда-то сделали с одним офицером, «усмирявшим» Чечню. В извращении смыслов слов русские большие мастера.

Болтовня лаврова и прочих кремлёвцев о «гарантиях безопасности для РФ» в переводе с их языка на человеческий – это требование, чтобы Украина отказалась от мысли вернуть Крым и другие территории, захваченные РФ, а США и ЕС дали письменные гарантии, что никогда не будут помогать ей в этом. Гарантии безопасности по-русски – это требование, чтобы у РФ не отбирали награбленное и не судили. Лавров и прочие кремлёвцы пытаются выторговать у Байдена такую же амнистию за все свои преступления, которую Сталин в Ялте выторговал у Рузвельта, заставившего подписаться под ней и Черчилля. По ней Сталин получил новые территории и не сел на скамью подсудимых в Нюрнберге.

Однако, кремлёвцы сами всё меньше верят в то, что смогут получить амнистию и новые территории. Поэтому начинают сползать с хамского тона ультиматумов 17 декабря 2021 г. на подобие дипломатического языка. Тому три основных причины.

В Кремле не особо верят, что зимнее наступление армии РФ будет таким же удачным для неё, как зимой 2014-2015 гг. Вторая, в Кремле понимают, что РФ проиграет войну НАТО и особенно этой зимой, если то её, наконец, начнёт. Поэтому и появился нарратив, что Украина втягивает НАТО в войну. РПЦ вообще должна причислить Байдена к лику своих святых за то, что он замял инцидент с падением российской ракеты в Польше.

Третья причина, в Кремле не уверены, что смогут долго выдержать экономическую войну на истощение, которая 5 декабря с введением эмбарго на нефть из РФ вступила в опасную для неё фазу. Болтовня российских экспертов всех политических окрасок о том, что США и другие страны сделали уйму ошибок и эмбарго работать не будет, а РФ и так продаёт нефть ниже 60 долларов, прямой показатель, насколько выстрел попал в цель. Осознание, что газовая война тоже проиграна, всё больше проникает в головы кремлёвцев, и они панически стали требовать гарантий от Украины, что она не прервёт те тонкие струйки нефти и газа, которые ещё текут из РФ в ЕС. После «проектов века» с газом и нефтью в обход Украины, бравурно звучавшими из Москвы ещё в 2021 г., её цепляние за эти струйки выглядит нелепо и смешно.

Как-то у Кремля всё складывается не так замечательно, как зимой 2014/15 гг. Притом, что сходства много, и притом, что в Чёрном море что-то давно не тонули российские корабли.

Всё это достаточно очевидные вещи. Но в Кремле решили ещё раз сделать страшные глаза и блефонуть, авось из этого что-то получится, и амнистию с территориями дадут. Для этого Пригожин послал в Европарламент кувалду в чехле для музыкальных инструментов, а агенты ФСБ прислали 17 кровавых и взрывных писем в посольства Украины в странах ЕС. После угроз утопить Великобританию и сделать из Вашингтона радиоактивный пепел это выглядит как примитив захолустной банды.

Байден, Макрон и Шольц 1 и 2 декабря отреагировали на потуги Кремля несколько иначе, чем Обама, Олланд и Меркель зимой 2014-2015 гг. Все трое прекрасно понимают, что теперь перемирие гораздо больше нужно РФ, чем им и Украине, как было восемь лет назад. Все трое заявили, что готовы к переговорам и обсуждению амнистии для РФ, но та должна сначала вернуть Украине все отнятые территории. Иначе переговоров об амнистии не будет, и пусть Москва скажет: «Спасибо», что США пока официально не требуют вернуть им или Канаде остров Врангеля, захваченный ею в 1924 г.

Тему возврата острова Врангеля, на котором ни один Врангель никогда не бывал, в начале ноября поднял «Уолл-стрит журнал». Этот большой, но безлюдный арктический остров по факту не нужен ни США, ни Канаде, ни Москве. После роспуска СССР с Врангеля сбежали не только русские, но и заселённые ими туда чукчи. Остался лишь один шаман, который там и умер от старости и скуки.

Русские военные вернулись на него только в августе 2014 г. и уже в 2015 г. прославились на весь мир, скормив приручённой медведице петарду из-за чего та умерла в мучениях. После этого белые медведи и тюлени на референдуме обратились к Обаме с просьбой вернуть их и остров под юрисдикцию США. Но он был человек нерешительный и теперь эту тему поднял «Уолл-стрит журнал». Реакция Белого дома пока нулевая, но в Кремле сразу отреагировали – сняли с украинского фронта несколько тяжёлых бомбардировщиков и перебросили ближе к Аляске. В Пентагоне не без чувства удовлетворения отметили, что число вторжений военных самолётов РФ в воздушное пространство США в ноябре заметно возросло. Японцы со своей стороны констатировали, что русские в ноябре завели и установили на острове Парамушир из Курильской гряды ракетные комплексы «Бастион». Год назад они затащили «Бастионы» также на острова Матуа, Итуруп и Кунашир.

Ситуация явно складывается для Москвы не совсем так, как зимой 2014-2015 гг., и в неё ещё вклинился Эрдоган, которого с 1 декабря Москва и Вашингтон уговаривают не начинать антитеррористическую операцию в Сирии. Москва даже обещает устроить ему встречу с Асадом в Сочи, лишь бы он ничего не начинал. Но Эрдоган непреклонен, и пользуясь его непреклонностью глава МИД Азербайджана Джейхун Байрамов 5 декабря посетил Москву с простым вопросом: когда российские солдаты покинут территорию его страны. Накануне в Азербайджане прошли совместные учения его и турецкой армии в присутствии министров обороны обоих стран. Всё очень серьёзно и интересно, и скоро на стол переговоров с РФ выложат свои козыря Франция и Молдова.

Намечается большой и суровый разговор с Москвой, и миссия ОБСЕ в нём тоже будет участвовать, но не как в 2014 и 2015 гг. Собственно, ОБСЕ в него уже полновесно вступило, направив 3 декабря требование к РФ вывести свои войска из Украины иначе переговоров об амнистии ей не будет. Под ним стоят подписи всех стран НАТО, а также приглашённых в альянс Финляндии и Швеции. Лавров может считать это послание ещё одним письменным ответом НАТО на два свои прошлогодние декабрьские ультиматумы НАТО и США. Год назад русские кошмарили весь мир, теперь весь мир начинает кошмарить их.

 

(Оновлено 16:00)

«Planeta.Press»

Обещания для «ушастых». Как в России заманивают на войну?

За 20 лет правления Путина едва ли можно выделить хоть какие-то прогрессы и достижения в отношении улучшения качества жизни россиян. Иногда бывает, что при наличии желания обустроить страну или улучшить благополучие народа – не хватает ресурсов. В России никогда не было проблем с ресурсами, что нельзя сказать об искренности и желании властей.

Вместо развития технологий, науки, здравоохранения, отечественного производства товаров и услуг россияне получили миллионы откормленных путинских силовиков, готовых встать на защиту чего угодно кроме собственного народа, а также коррумпированные суды и средства массовой информации, работающие для отбеливания властей и создания образа внешнего врага.

Пропаганда в России действительно превзошла все ожидания и, в отличие от многих проектов Кремля, куда заносились миллиарды долларов принесла Путину необходимый результат. Большинство любителей лапши, как результат, вменяют западным странам вину за все повседневные трудности в их жизни, и слепо верят в то, что именно США и ЕС помешали Путину облагородить государство.

Посредством ключевых икон российской пропаганды, таких как Попов, Скабеева, Симонян, Соловьев, Киселев – годами создавался государственный спрос на шовинизм, и ненависть к братской Украине.

За 9 месяцев СВО методички путинских сливных бочков менялись чуть ли не каждый месяц. От лозунгов и заявлений про непобедимую армию, передовые технологии, не имеющие аналогов в мире, до критики военного руководства и призывов – «Вставай Страна Великая».

В Кремле отчетливо понимают, что война проиграна, если миллионы российский мужей не согласятся в добровольном или принудительном порядке покинуть своих жен, детей, и отправиться с оружием в руках убивать украинцев.

Еще до начала проведения мобилизации в сентябре было ясно как белый день, что 300 тысяч человек недостаточно, а проводить вторую волну вслед за первой ни сам аппарат формирования вооруженных сил, ни семьи мобилизованных выдержать, скорее всего, не смогут.

Следовательно, всем сотрудникам СМИ и прочим блогеров социальных сетей раздали новые методички, главный посыл которых — надо завлечь как можно больше россиян подписать контракт с МО и вступить в ряды палачей.

Идея заключается в том, что для людей с финансовыми проблемами, а таких сейчас более 30 миллионов, необходимо создать образ спасательного круга в виде добровольного служения в рядах вооруженных сил, добавив пакет обещаний про социальные льготы, достойные выплаты, и поддержку таких смертников, в случае их возвращения на родину инвалидами.

Например, не так давно в России запустили циничную социальную рекламу, в которой говорится, что за согласие ехать на фронт и ставить свою жизнь под угрозу, россияне получат возможность «оплатить коммуналку и купить сыну велосипед».

Или, к примеру, в короткометражном мультфильме россиян, у которых есть финансовые проблемы, призвали «не идти рискованными путями и не ждать, что все однажды измениться», а «записаться в добровольцы» – то есть поехать воевать на Украину.

Пропаганду такого рода форсируют через все имеющиеся каналы связи с общественностью. Начиная от РПЦ, где церковные фсбшники уверяют наивных прихожан, что война против Украины – «священная», заканчивая педагогами учебных заведений, которые отнюдь не стесняются привлекать детей к разным мероприятиям в поддержку кровавой войны, проводя с ними многочасовые беседы, оправдывающие не только агрессию своего государства, но и самих организаторов.

Разумеется, чувство долга перед отчизной за просто так возникнет лишь у горстки людей, а потому власти апеллируют к пустому желудку, безработице, и желанию погасить ипотеки своих избирателей.

В сущности, и без какого-либо пафоса ситуация выглядит следующим образом.

Путин и его соратники из 90-х грабили два десятилетия Россию. Теперь же, когда у людей попросту нет возможности найти себе работу и прокормить семью, им предлагают одну вакансию для решения всех насущных проблем – стать палачом и защитить от Гаагского суда всю эту банду коррупционеров и убийц.

В обмен тебе обещают то, что обещали военнослужащим во время первой и второй Чеченских войн, а именно, что до конца жизни на тебя будут смотреть с уважением в обществе, и ты впредь не будешь нуждаться в материальной помощи. Годы показали: это все был обман, а наивных ветеранов войны без конечностей можно найти в каждом подземном переходе этой «Великой» державы.

Лозунг – «Вставай Страна Великая» имеет место быть. Но «Вставать» надо не против вымышленного врага извне, а против людей, что годами пудрили тебе мозги, воровали из федерального бюджета, и строили для себя яхты, дворцы за твои же налоги, а сейчас просят тебя погибнуть, чтобы они смогли сохранить нажитое.

Напоследок, стоит сказать, что кто не учит историю, тот обречен ее повторить. А история гласит следующее – «когда власть несменяемая, она рано или поздно становится невменяемой».

 

(Оновлено 15:00)

РБК-Украина

Милан Лелич

Бартош Цихоцкий: Через недели или месяц в Польшу может прийти новая волна беженцев из Украины

Об украинских беженцах, поставках оружия, санкциях против РФ, победе над оккупантами, вступлении в ЕС и НАТО и о Бандере – интервью РБК-Украина с послом Польши в Украине Бартошем Цихоцким.

Времена многолетней давности, когда Киев и Варшава регулярно обменивались острыми заявлениями в адрес друг друга из-за разных взглядов на события прошлого, сейчас выглядят просто абсурдными.

С началом полномасштабного российского вторжения Польша доказала, что является одним из главных партнеров, друзей и лоббистов Украины в Европе. Де-факто западный сосед превратился для Украины в ворота в мир, расположенный неподалеку от границы Жешув (Ряшев) – главный авиационный хаб для всех, кто едет в Украину или из Украины. Кроме того, именно через Польшу идет львиная часть украинского импорта, от продуктов питания до оружия.

В политическом смысле Польша вместе со своими соседями из стран Балтии занимает крайне жесткую позицию в отношении России и россиян во время всех внутриевропейских дискуссий, которая, как правило, полностью соответствует позиции Киева.

Но разговор с послом Польши Бартошем Цихоцким, который работает в Украине уже четвертый год, мы начали с другого – недавней трагедии в Пшеводуве, когда в результате падения ракеты неподалеку от границы погибли двое польских граждан.

– По вашей оценке, повлияла ли как-то трагедия в Пшеводуве на украинско-польские отношения? Или это просто трагедия, которую почтили и, собственно, живем и идем дальше?

– Честно говоря, я не понимаю, почему эта трагедия должна повлиять на польско-украинские отношения. Сразу и президент, и премьер-министр Польши заявили, что убийство двух польских граждан было следствием агрессии России, а именно массированной ракетной атаки РФ по Украине. И ответственность за эти убийства несет Российская Федерация. Никто не задает вопросов или тем более каких-либо предостережений Украине.

Я видел некоторые комментарии отдельных экспертов и публицистов в соцсетях по поводу их ожиданий на счет реакции НАТО на эту трагедию. Мне кажется, что это не совсем профессиональные комментарии. Я уверен, что ответ НАТО на агрессию России против Украины беспрецедентный. Оказывается помощь Украине, не члену Альянса, в огромном масштабе. Сотрудничество по обмену разведанными вообще уникально.

Страны НАТО, большинство из которых входят в ЕС, также четко относятся к вопросу санкций против России, репараций и т.д. И потому, если кто-то разочарован ответом на этот инцидент, мне кажется, это не совсем корректно. Но это индивидуальные комментарии в социальных сетях. Разумеется, не все люди профессионально знакомы со структурой, юридическими основаниями или политическими условиями в НАТО.

Мне кажется, что некоторые из нас сделали правильные выводы из этой трагедии. Быстро отреагировали наши союзники, заявившие о солидарности. Есть также предложение, которое обсуждается со стороны Германии по дислокации систем ПВО. Мне кажется, эта трагедия еще больше заставила осознать, что речь идет не о каком-то локальном конфликте, а что агрессия России несет угрозу всей Европе.

– Еще вернемся к вопросам поставки вооружения и санкций. До этого два момента, которые касаются непосредственно Украины и Польши. Украинские беженцы в Польше. На данный момент вы видите тренд – эти люди возвращаются сюда или они остаются и пытаются инкорпорироваться в польское общество? Как польские власти смотрят на этот вопрос – предпочитают, чтобы они остались и работали на польскую экономику или скорее вернулись в Украину?

– Сейчас тенденция такова, что больше возвращаются в Украину. Или курсируют между Польшей и Украиной – кто-то за медицинской помощью, кто-то навестить детей, кто-то привозит из Польши или через Польшу помощь ВСУ или больницам. Но большинство из тех, кто вынужден был приехать и остается, они трудоустроены. У меня нет каких-то глубоких исследований, но слышал такие оценки, что налоги, которые платят прежде всего переехавшие в Польшу украинки, уже превысили расходы на помощь и поддержку беженцев из Украины.

Но мы понимаем, что через недели или месяц к нам может прийти новая волна беженцев. Когда премьер-министр Матеуш Моравецкий был с визитом в Киеве на саммите Grain from Ukraine, он проинформировал, что правительство Польши готовится к этому. Уже было принято решение. Мы подразумеваем, что такое может быть в связи с атаками России на гражданскую инфраструктуру и вызовами для граждан из-за возможного отсутствия электричества, водо- и теплоснабжения.

– То есть Польша заранее готовится к такому сценарию?

– Да. Уже были приняты соответствующие решения и предоставлены инструкции в польские воеводства, самоуправление также готовится. Но мы не только ждем, но оказываем помощь Министерству энергетики, «Укрэнерго» и другим структурам, ответственным за работу энергетической инфраструктуры. Привозим запчасти и другое оборудование, помогаем отдельным городам и государству в целом, чтобы очередная волна беженцев не случилась. Это не значит, что мы не готовы, но это было бы очередным вызовом украинской экономике. Мы понимаем, что эти люди здесь работают, оставляют деньги, они нужны Украине.

– Связанный с этим вопрос совместного пограничного контроля. Если случится так, что скоро многие украинцы будут вынуждены ехать в Польшу или через Польшу. На каком этапе сейчас этот проект?

– Польша, Словакия и Венгрия находятся в Шенгенской зоне. Она не позволяет совместный контроль в таком смысле, что будет единственное таможенное окно, единственное паспортное окно с Украиной. Но мы делаем все, чтобы упростить эту процедуру, чтобы сократить время, когда грузы или люди вынуждены находиться на КПП. Где-то, возможно, нужно модернизировать инфраструктуру, чтобы, например, в одном здании работали наши пограничные службы. Где-то это невозможно сделать, например, из-за географических особенностей и т.д.

Но уже было принято с нашей стороны много смелых решений, чтобы разъединить КПП, обслуживающее исключительно фуры и людей. Было ускорено строительство некоторых КПП, открытие которых предполагалось через несколько лет для какого-то локального движения. Теперь мы видим это по-другому.

Важно, что осенью Украина стала частью международного транзитно-таможенного договора, что также упрощает ряд процедур. Можно добавить в систему заявление о своем грузе, эта система диджитализована. В конце концов это уменьшает время пребывания машины на КПП.

Но пока этого недостаточно. Следует понимать, что из-за российской агрессии ваши способности экспорта через черноморские порты ограничены, а граница с Беларусью закрыта. К сожалению или просто объективно, эти польско-украинские КПП не строились для такого масштаба грузов и людей. И потому нужно делать выводы.

Премьер-министр Моравецкий 26 ноября делал по этому поводу заявление. Мы настроены модернизировать, увеличивать возможности этих КПП. Но важны здесь решения и с украинской стороны – как вы это видите, это временная ситуация или нет, нужно принимать решения относительно миллиардов гривен или миллионов евро. С нашей стороны есть мнение, что лучше нужно быть диверсифицированным и не зависеть от одного направления экспорта или импорта.

В этом отношении идет очень интенсивная динамическая работа с обеих сторон, есть хорошая коммуникация. Но масштаб этого вызова является таким, что не стоит разочаровывается, если за сегодня и завтра этот вопрос не будет решен.

– Перейдем к оружию. Вы, собственно, сами упомянули историю о комплексах Patriot. Со стороны представителей НАТО и немецких властей обсуждается вопрос, что Германия передаст эти ЗРК не Польше, а Украине. Как сейчас вы оцениваете вероятность того, что на территории Украины эти комплексы появятся? И правильно ли я понимаю, что это вопрос не технический, а политический, нуждающийся в политической воле?

– Я бы не хотел публично комментировать. Мы работаем и с нашими немецкими коллегами, и с командой генсека НАТО Йенса Столтенберга. Давайте подождем. Вы справедливо говорите, что есть и технические вопросы, и политические. Работаем над этим. (Во вторник стало известно, что Польша и Германия приняли решение не передавать ЗРК Patriot Украине, — ред.).

Понятно для всех, чем больше мы поставим вам систем ПВО, чем лучше мы сможем обеспечить защиту ТЭЦ и трансформаторов энергосистемы, тем больше это будет оказывать огромное влияние на стабильность в нашем регионе.

Речь идет не только о гражданах Украины и гуманитарной ситуации здесь. Если мы – поляки, литовцы, словаки, немцы хотим избежать ухудшения ситуации у себя дома, то должны консолидировать и интенсифицировать помощь Украине. И это делается. Здесь огромную работу ведет команда «Укрэнерго» с господином Кудрицким. Они очень четко указывают, что нужно, они очень хорошо понимают, где и какие вещи есть. Ведь речь идет о поставках из Японии, Кореи, со всего мира. Европейская комиссия очень активно относится к этому вопросу.

Мы поддерживаем вас, потому что так нужно и это моральная обязанность в ответ на преступление и неуважение к базовым институтам международных отношений. Но также здесь очень прагматичное мнение о своих странах. Европе уже сложно, цены на газ выросли. Особенно в странах, которые не думали о диверсификации и наращивали зависимость от России. К тому же наложились проблемы, вызванные климатической политикой ЕС. Есть разные социальные явления. Поэтому мы должны понимать, что помогая вам, мы помогаем сами себе.

– Возвращаясь к оружию. Тема суперчувствительна и о многом действительно не нужно говорить публично. Но в общем, запасы советского оружия, привычного украинскому войску, еще не иссякли? Вам есть что еще передавать из тех образцов?

– Мы общаемся с представителями Минобороны, ВСУ. Они немного шутят, а, возможно, это и не совсем шутка, что крупнейшим поставщиком оружия является Россия, что крупнейший «ленд-лиз» Украина получила в результате контрнаступления и захвата российского вооружения.

Но я радуюсь, что в последние дни было заявление о возобновлении и интенсификации производства артиллерийской амуниции еще постсоветских стандартов в Украине компаниями «Укроборонпрома». В Польше мы по таким образцам уже не производим и не поставляем такие образцы. Мы уже снабжаем и будем продолжать поставлять натовские образцы.

Были решения в последнее время на встрече министров иностранных дел стран НАТО в Бухаресте по реформе оборонной индустрии в Европе, нужно изменить наше отношение.

Практически все союзники в 90-х, 2000-х решили, что не может быть такого полномасштабного конвенционного конфликта. Темпы и масштаб производства рухнули. Кто-то вообще отказался от тяжелой техники, БТРов, танков и т.д. Мы не увидим результаты этих решений завтра, но они будут, когда эта система переориентируется, тогда мы это потерянное время наверстаем. Делаем все, чтобы не произошло так, что Украина будет вынуждена садиться за стол переговоров в невыгодных для себя условиях, чтобы не допустить зимой каких-либо преимуществ России на поле боя. Надеюсь, что мы успеем.

Идет мощный обстрел с российской стороны по всей линии фронта. Украине нужно иметь чем отвечать. Надо иметь артиллерийские системы и противовоздушные системы. Мы в Польше уверены, что столицы наших союзников должны понять: здесь идет речь не об эскалации конфликта, а о блокировании сценария гуманитарного коллапса.

– Вы как раз подняли очень интересную тему в отношении союзников. Польша вместе со странами Балтии всегда занимает максимально радикальную проукраинскую позицию и, соответственно, антироссийскую во время любых обсуждений, где речь идет либо о потолке цен на нефть, либо о санкциях, либо о помощи Украине. В то время как страны Западной Европы далеко не всегда вас поддерживают. То есть удается ли Польше задавать тон во внутриевропейской дискуссии о помощи Украине и ограничениях для России? Действительно ли есть разногласия между странами Западной Европы и Центрально-Восточной Европы насчет российско-украинской войны? И насколько эти разногласия глубоки?

– Названные вами страны, еще также Скандинавские страны, иногда даже случаются неожиданные союзники в этом лагере – это не всегда зависит от географии. Я бы не назвал их отношение проукраинским или антироссийским. Я бы назвал его проевропейским. Именно этот кризис подтвердил, что страны нашего региона от Швеции до Польши правильно понимали форму угрозы со стороны России и давали правильные рекомендации.

Наше отношение прежде всего пропольское, но также проевропейское. Мы не провоцируем конфликт, конфронтацию. Это очень хорошо можно было увидеть в сфере энергетической безопасности. Мы с половины 2000-х начали строить терминалы LNG, строить и покупать хранилища газа в Норвегии, строить газопровод Baltic Pipe. Мы понимали, что нужно диверсифицироваться. Потому что газ или нефть для России – это не товар, это отдельный вид вооруженных сил.

Европейский Союз или НАТО – это не 27 или 30 Польш. Понятно, что это семья, в которой есть разные члены. Как в каждой семье, там бывают разные видения разных вещей. Но надо сосредоточиться на том, что мы являемся семьей и эта связь укрепляется в ответ на российскую агрессию. Не всегда и не сразу находим понимание, но если бы кто-нибудь 300 дней назад сказал мне, что будет 7-8 пакетов санкций против России – я бы не поверил. Что будут Украине поставлять самое современное оружие – я бы не поверил. То есть эта семья двигается вперед.

– Не так быстро, как бы вам хотелось?

– Не так быстро, как этого прежде требует ситуация, этот кризис. Но двигается в правильном направлении. Нас слышат. Например, по идее конфискации имущества российских олигархов и создания на базе этого имущества фонда поддержки восстановления Украины. Первым лидером среди государств ЕС, кто это подчеркивал, был премьер Моравецкий. Другой пример – идея о предоставлении Украине статуса кандидата в ЕС. Спустя три дня после начала полномасштабной агрессии об этом говорил президент Анджей Дуда. Многие элементы санкций – это также были наши мнения, литовские или других стран нашего региона.

То есть нас слышат, и я уверен, что репутация наших стран выросла. И на нас сейчас смотрят не как на каких-то генетических русофобов, а как на правительства и общества, понимающие масштаб проблемы. Но работы будет много.

– Насколько Польша удовлетворена тем прайскепом на российскую нефть, к которому пришли в ЕС? Украинский президент, как вы знаете, очень жестко подверг критике эту договоренность, назвав ее несерьезной. Польша также требовала 30 долларов за баррель, а не 60.

– Премьер-министр Моравецкий сделал такое заявление на подходе к прессе 26 ноября. Да, мы недовольны планкой, но мы удовлетворены тем, что решение о санкциях было принято. Если посмотреть немного в прошлое, некоторые санкции начинались с таких формальных мер, но затем они достраивались.

Есть аргументы наших союзников, которые настаивали на планке в 60 долларов и решили, что лучше иметь такой консенсус, чем никакой. Работаем дальше, мощно работает наша дипломатическая команда в Брюсселе, и перед нами есть еще много задач.

– Есть ли еще какие-то опции для санкций, действительно болезненных для России, которые еще не исчерпаны и еще можно применить?

– Прежде всего, это вопрос не к Европейскому союзу или G7. Россия является соседом стран, которые не присоединились к этим санкциям. Санкции могут работать, когда они реально общие. Поэтому надо думать прежде всего о географии санкций, а также об имплементации того, что уже сделано.

И здесь, к сожалению, мы видим, что стоимость товарооборота между Россией и многими странами ЕС растет, а не падает. Постоянно слышим, что какой-нибудь российский банк работает в SWIFT. Что какие-то корабли с российским грузом, но уже под другим флагом, курсируют. Но санкции при всей справедливой критике также должны быть гибким инструментом дипломатии. Иначе не было бы понимания относительно зернового коридора, обмена пленными и т.д. Сейчас идет очень интересная динамика вокруг Запорожской атомной станции, хотя я не являюсь участником этих разговоров. То есть важно пользоваться оружием, санкциями, но и дипломатическими путями тоже.

– Что касается перспектив вступления Украины в ЕС и НАТО. Как я понимаю, Польша поддерживает это концептуально и давно. Но видите ли вы какие-то временные рамки и по одному, и по другому направлению?

– Что касается ЕС – очень понятный календарь. Совместно с предоставлением статуса кандидата Украине указали семь сфер, где мы ожидаем прогресса. Правительство Украины, вице-премьер Ольга Стефанишина очень хорошо понимают, что необходимо сделать. Есть постоянный прогресс в этих задачах.

Насколько я понимаю, украинская команда уверена, что в декабре будут переданы результаты этой работы ЕС. Далее Европейская комиссия должна дать оценку этому прогрессу во второй половине следующего года. И в зависимости от этой оценки могут стартовать разговоры о принятии Украины в состав ЕС.

Здесь нет какого-то четкого графика. Есть страны, которые более 30 лет ведут эти акцессионные переговоры. Есть такие, которые ведут 10 лет, и там немного прогресса. То есть это будет зависеть от ваших реформ, но также и от ситуации. Никто наивно вам не говорит, что это чисто техническая процедура.

– Кое-кто, кстати, говорит, что это техническая процедура. Но все понимают, что это вопрос политической воли.

– Я не имею в виду именно политическую волю, а политические обстоятельства и явления внутри ЕС, которые не связаны с Украиной. В последнее время канцлер Германии Олаф Шольц много подчеркивает реформу системы принятия решений в Европейском союзе. Для меня понятно, что вступление такого большого государства как Украина в ЕС, сделает сегодняшнюю систему более неэффективной. Где-то в Брюсселе, в столицах стран-членов идет анализ, как подстроить все эти системы принятия решений, бюджет к потенциальному вступлению Украины.

Но для нас, для Польши, важно, что не может быть никаких формальных возражений, что это открытый процесс. Мы сегодня не можем сказать, когда это будет и будет ли это. Это может быть, это зависит прежде всего от вас и от развития ситуации в Европе. Но Европейский союз должен оставаться открытым для принятия новых членов. Ведь речь не идет только об Украине. Есть еще балканские страны, Молдова, Грузия, Турция.

– По поводу НАТО – там нет столь формализованных процедур. Пока и если война будет продолжаться в такой горячей фазе, как сейчас, или в более прохладной фазе, которую мы видели с 2015 по 2022 год, открыты ли в принципе двери в НАТО для Украины? Или мы должны завершить войну и тогда уже идти в НАТО?

– Многие – не только в России – обеспокоены тем, что идет экспансия НАТО, что Альянс якобы захватывает «канонические территории» России. К сожалению, такое убеждение есть не только там. На практике идет беспрецедентная поддержка Украины. Но политически мы очень аккуратны, чтобы не дать неевропейским государствам основания говорить, что это война НАТО с Россией. Поэтому мы просим не создавать напряжения вокруг этой темы.

Польша, с одной стороны, максимально заинтересована – не из-за нашей проукраинской позиции, а потому, что, по нашему убеждению, это было бы очень хорошо для безопасности всей Евроатлантики – чтобы Украина была полноценным членом НАТО. Но для нас это не какая-то политическая, философская тема. Для нас очень важно качество этого членства – чтобы вы были качественным членом НАТО.

– Что вы вкладываете в значение слова «качественный»?

– Я говорю об этих критериях членства. Мы об этом много лет беседуем с нашими украинскими друзьями. Есть темы, которые мы уже как мантру повторяем – это демократический контроль над Вооруженными силами, реформа СБУ и т.д. Об этом мы говорили до агрессии и очень четко объясняли, что нужно сделать. К примеру, система закупки оружия.

У вас вообще не было системы закупок оружия, кто-то покупал где как хотел. НАТО – это не только о том, хорошо ли мы воюем, это также прозрачность, это ответственность перед налогоплательщиками, это демократический контроль. И здесь, парадоксально, нам говорят с украинской стороны, что идет война, это не время, чтобы заниматься иерархией между министром и генералом, реформировать СБУ и т.п. – нам это понятно.

Тем не менее: нет такого в Вашингтонском договоре, что нельзя во время войны об этом (вступлении в НАТО, – ред.) говорить.

Но на практике мне кажется, что именно потому, что не пора сейчас строить систему закупок и тому подобное, мы начнем об этом говорить после окончания боевых действий. Но дверь НАТО должна быть открыта, нет никакого юридического повода, чтобы Украина не могла стать членом НАТО.

У нас в начале 90-х, когда некоторые не верили в будущее членство в НАТО, были предложения создавать региональные союзы. Мы бы очень не хотели, чтобы у вас было какое-то разочарование – мы говорим с коллегами из правительства и из Офиса президента, и мы знаем, что у вас нет разочарования, но – чтобы не было когда-то такого мнения, что интеграция в НАТО идет слишком медленно, так что давайте что-нибудь другое сделаем. С точки зрения безопасности Польши это было бы не полезно.

– Как Польша видит завершение этой войны, что в понимании Варшавы будет победой? Достаточно ли, чтобы Россия вывела свои войска за пределы 1991 года, или этого будет мало, чтобы иметь стабильный мир на континенте и в мире?

– Прежде всего, оговорка: мне не кажется корректным, чтобы поляки объясняли украинцам, как должна выглядеть победа. Но есть юридические понятия, в международном праве, как вы сказали, это территориальная целостность, Украина должна быть в тех границах, в которых она международно признана, она должна иметь свободу решений на международной площадке и должна быть суверенной. Независимо от поляков, белорусов, россиян, молдован решать, как желает развиваться экономически, общественно, а также в сфере безопасности. Если будут условия, когда ваша свобода решений каким-то образом ограничена, то сложно было бы говорить о победе.

Есть и другие дела, такие как репарации, наказание преступников. Мы понимаем победу как восстановление мира и отношений на основе международных договоров. Поэтому дело идет не только о территориальной целостности и суверенитете Украины, речь идет и о том, чтобы Россия вернулась в рамки законодательных, дипломатических, правовых правил, чтобы она убедилась, что лучше и с ее точки зрения решать свои вопросы с другими государствами в рамках договоров ООН, ОБСЕ и так далее. Без репараций, без наказания ответственных за эти массовые преступления мне кажется, это невозможно. То есть мы говорим о каком-то многолетнем будущем.

– Насколько в Польше ощущают реальную угрозу агрессии со стороны России?

– Я не знаком с последними опросами, но если вы следите за последними решениями правительства, Министерства обороны, мы подписываем контракты на миллиарды евро на закупку или производство сотен танков, бронированных машин, самолетов, самых современных систем, растет производство польской оборонной индустрии. Мне не кажется, что такие вещи делаются для пиара или имиджа. Есть осознание, и это не началось 24 февраля, что должны построить такую силу, как неоднократно говорил министр обороны Мариуш Блащак, чтобы потенциальный противник даже не подумал нас атаковать. Мы не готовимся к войне, мы хотим ее предотвратить.

– И вы понимаете, что для этого не нужно только полагаться на статью 5 Вашингтонского договора, о коллективной обороне стран-членов НАТО, но и развивать свои собственные вооруженные силы.

– Это фундамент. Мнение, что статья 5 автоматически работает так, что союзники придут нас защищать, наивна. Статья 5 не является анестезией. Мы должны быть готовы защищать себя и наших союзников, а также есть особая ответственность на Польше, за другие государства региона, которые не имеют возможности, например, построить воздушные силы.

Мы многое сделали, чтобы статья 5 не оставалась какой-то теоретической формой, чтобы нам объяснили, какие подразделения куда будут перемещаться по такому сценарию, по другому сценарию и т.д. Многое делалось, чтобы НАТО также почувствовало свою ответственность в сфере энергетической безопасности, гибридных сценариев, для усиления сотрудничества разведок государств НАТО.

НАТО очень сильно изменилось еще с агрессии России против Грузии и здесь также услышали нас, государства нашего региона. Но понятно, что наша безопасность – это, прежде всего, наша ответственность.

– Вы видите риск реального конфликта между Россией и НАТО?

– Я не хотел бы делать спекуляций, но понятно, что чем дольше продолжается эта война, чем брутальнее она становится, риск распространения этой войны больше. Мы говорим на второй день после визита министра Шойгу в Минск, и мы видим втягивание Беларуси в конфликт и других стран, Ирана… Мы обязаны это предотвратить.

– Террористический статус для России может быть вскоре проголосован польским парламентом?

– Политически или морально никто не сомневается в террористическом характере этой агрессии. Даже на войне есть некий кодекс, к которому Россия относится без уважения, атакует гражданские объекты, издевается над гражданскими. Дело в том, какие могут быть юридические последствия решения о статусе государства-террориста. В Польше нужно было бы сначала принять закон о том, что означает статус государства-террориста, плюс мы являемся частью ЕС и НАТО, и надо понимать, что одно решение одного отдельного государства не решает проблему. Хорошо, чтобы такой статус или санкции принимали все.

– Российско-украинская война очень сильно повлияла на отношения между нашими странами и между нашими народами, доказала, что мы на практике являемся друг другу партнерами и друзьями. Корректно ли сказать, что Украина и Польша уже перевернули страницу с отдельными проблемными вопросами нашей общей истории? Или мы просто отложили это и потом вернемся к этим вопросам?

– Мы этого не откладывали. Я присутствовал на всех разговорах, встречах представителей Польши и Украины – там всегда в приоритете есть помощь: что вам, украинцам, нужно, что есть у нас и чем мы вам можем помочь. Но и всегда подчеркивался вопрос важности таких тем, которые всем понятны. Условный польский Ковальский может не понимать, зачем вам поставлять «Перуны», потому что он не специалист в этой сфере. А об установлении памятника или уничтожении могилы – каждый Ковальский будет это понимать.

Мы очень благодарны за положительный ответ на запрос одной из польских неправительственных организаций по поиску и эксгумации погибших. Есть символическое решение о львах во Львове (открытие скульптур львов на польском военном мемориале – ред.).

Но главное, что мы уверены, что нас сейчас лучше понимает украинское общество, потому что Украина – демократия, и власть будет реагировать на вещи, которые важны или понятны для общества. Многие из вас живут или какое-то время жили в Польше, и на каком-то бытовом уровне были разговоры о том, что для нас больно, что для вас больно.

Всегда будут какие-то сложные моменты между соседями, и, видите, у нас идет очень сложный разговор с нашими немецкими соседями, с которыми мы очень мощно связаны экономически, в вопросах безопасности, в каждой сфере, но есть темы, которые нужно решить, чтобы построить полноценные, хорошие отношения.

В демократических государствах есть, и об этом когда-то очень интересно говорил глава нашего МИД Рау с вашим премьер-министром Шмыгалем в Киеве, что вопрос этих явлений в сфере идентичности – он не зависит только от президента или премьера. Вот какой-то город или село ставит какой-то памятник, это и в Украине, и в Польше происходит. Вы иногда возмущены тем, что таблички с какими-то фамилиями…

– А вы где-то реагируете на появление какой-то улицы, например…

– И министр говорит: «Да, надо это сделать», но в каком-то польском селе или городке местное самоуправление говорит: «Нет, для нас это болезненная тема, потому что мы имели от людей с этими фамилиями какой-то вред, почему мы должны…». Для меня, я здесь работаю уже 4-й год, сложнее всего было то, что в Киеве вообще не понимали важности этих дел. Здесь другая температура эмоций по отношению к УПА, Армии Крайовой, Пилсудскому, Петлюре и т.п. А чем ближе граница, тем иначе.

Я уверен, что сейчас, к сожалению, в результате трагедий и катастроф, связанных с агрессией, мы будем с большим уважением относиться к нашим эмоциям. И нам нужно некоторые вещи понять, но самое важное, принципиальное – чтобы не было административного запрета, какой-либо цензуры с точки зрения другой стороны, в учебниках, в каких-либо публичных заявлениях, в прессе, в СМИ.

Когда я видел, например, дискуссию на украинском телевидении по Волынской резне (в украинской историографии – Волынская трагедия 1943-44 годов, – ред.), и говорил: «Окей, у вас есть такое видение, но пригласите, пожалуйста, историка из Польши». И не интересовались нашей точкой зрения. В Польше вообще давно уже началась очень интенсивная дискуссия по этому поводу.

– И там украинское видение событий на Волыни тоже представлено?

– Да. У нас даже в Институте национальной памяти есть представители, у некоторых украинские корни, у некоторых нет, но там разное видение. Не только в отношении польско-украинских отношений, но и в отношении польско-еврейских, польско-беларуских.

Обязанность государства – создать равные условия для каждого, не запрещать, не увольнять из университетов ученых, которые что-то говорят и обоснованно могут доказать свою оценку. К сожалению, иногда такие вещи происходят, и к сожалению, иногда в столице Украины.

Иногда подписывается какая-то резолюция Верховной Рады или Сейма, кто-то даже не подумает об украинцах или о поляках. Но резонанс огромен. Кто-то сфотографируется из официальных представителей на фоне портрета Бандеры, без каких-либо антипольских мыслей, но в Польше…

– Вы думаете, когда со временем эти вопросы потеряют свою актуальность, или это всегда будет все равно провоцировать эмоции? Какая-то фотография, фамилии, переименования, табличка – и через 50, и через 100 лет это будет вызывать у людей такую реакцию?

– Я бы разделил вопросы между государственными отношениями и общественными эмоциями. Я уверен, что мы можем быстро, и это уже делается, снимать какие-то административно-официальные, законодательные ограничения на дискуссии между учеными, на публикации книг, фильмов. Нам же не разрешили здесь в Украине показ фильма «Волынь». Он не антиукраинский, он антивоенный, там есть и плохие украинцы, и плохие поляки, и справедливые украинцы, и справедливые поляки. Но это можно решить быстро. А вот эмоции… Вот скажите, пожалуйста, сколько будет продолжаться дискуссия между украинцами из Изюма, где я три дня тому назад был, и Тернополя по Бандере, Шухевичу?

– Ситуация уже очень меняется. Если когда-то региональные отличия в отношении этих фигур действительно были значительными, сейчас разница значительно меньше, чем лет 10-12 назад.

– Поэтому я оптимистично отношусь и к польско-украинским отношениям. То, что я вижу сейчас, это опять же, принудительная временная релокация. В театрах, оркестрах, в культурной сфере, в образовательной сфере. Переносятся университеты, директора, преподаватели, студентки, в первую очередь.

И может как-то больше будет в ваших театрах, кино, филармониях польских актеров. 100% будет больше украинских – в наших.

Мне кажется, это было самой большой нашей проблемой. Польша с движением в ЕС и НАТО повернулась немного на Запад. Общение на русском, я уже не говорю на украинском языке, упало. Если не говоришь на языке соседа, как можешь понимать, что там происходит. С вашей стороны большинство ездило через Польшу на запад, а сейчас, мне кажется, многие для себя поняли, что полезно ехать в Польшу.

Сейчас происходят очень интересные явления, совершенно новое качество торговых действий. Тысячи ваших союзов, компаний были вынуждены переехать в Польшу. И за этим будут следовать бизнес-связи. У вас есть невероятный инновационный потенциал, вы говорите на языках, у вас остается образование математическое, политехническое самое лучшее, инженеры самые лучшие. Но вам не будет достаточно денег, чтобы развернуть производство.

Возможно, будут такие партнерства, когда кредит, страхование из Польши, когда вы будете гидами каких-то польских бизнесов, а эти украинские фирмы, переехавшие в Польшу, будут гидами для других украинцев. Я уверен, что мы начали совершенно новую главу наших отношений.

 

(Оновлено 14:00)

Деловая столица

Владислав Гирман, обозреватель отдела международной политики

Российский террор не сработает. Что общего между глазами в конверте и блекаутом в Северной Каролине

Практики террора, к которым прибегает Кремль, перестали пугать Запад. Скорее, наоборот: они провоцируют увеличение объемов помощи Украине.

Одним из заметных событий, наряду с ракетным террором России, на прошлой и на этой неделе стал и террор конвертный. Начался он 24 ноября из Испании. Там в посольство Украины поступил конверт со взрывчаткой. Взрывчатка сработала в руках коменданта, который, к счастью, получил только легкие ранения.

Также аналогичные письма получили испанская Instalaza, специализирующаяся на производстве пехотного оружия. В частности, компания поставляет гранатометы для украинских сил обороны.

Кроме того, целями стали авиабаза в Торрехон-де-Ардосе, офис премьер-министра Педро Санчеса, посольство США в Мадриде, генконсульство Украины в Барселоне и консульство в Малаге.

Не все адресаты получали взрывчатку. Некоторым поступали письма в духе «Крестного отца» — конверты с глазами животных. Это уже чисто психологическое давление на украинских дипломатов и другой персонал.

В целом, по словам пресс-секретаря МИД Олега Николенко, уже зафиксирован 21 случай угроз украинским дипмиссиям из-за почты в 12 странах, среди которых также Италия, Нидерланды, Польша, Венгрия, Хорватия, Чехия.

Личности отправителей, а также их гражданство пока не установлены. По крайней мере, испанская полиция публично об этом не сообщала, определив, по данным Reuters, лишь место отправки шести писем – это город Вальядолид на севере Испании.

Хотя Россию никто прямо не обвинял, большинство европейцев и украинцев уверены, что за этой почтовой «спецоперацией» стоит именно она. Тем более что ее спецслужбы в стиле руководства России объединили профессиональную деятельность с откровенным бандитизмом и терроризмом.

Можно даже констатировать, что на фоне провальной «специальной военной операции» Москва проводит «специальную террористическую операцию».

Ведь параллельно с ракетными ударами по энергетической и гражданской инфраструктуре Украины с целью «заморозить» украинцев, наоборот, стимулирующих партнеров Киева увеличить помощь; а также с рассылкой конвертов, мы наблюдаем и другие инциденты с сомнительным бэкграундом.

Так, вечером в субботу, 3 декабря, в Соединенных Штатах, а именно в округе Мур штата Северная Каролина неизвестные расстреляли распределительные станции, из-за чего там в 40 тыс. домохозяйств уже третьи сутки не было электроэнергии.

Логического обоснования или мотивов этого нападения на энергоинфраструктуру США кем-либо из граждан Штатов нет. Это не может быть каким-то манифестом из-за радикальных действий. Но, как и в Украине, это произошло с наступлением морозов. И этот инцидент полностью отвечает методам России, которые она использует в Украине в попытке дестабилизировать общество, чтобы повлиять одновременно и на политические процессы.

Соединенные Штаты являются крупнейшим союзником Украины по объемам военной и финансовой помощи в противостоянии с Россией, и одновременно де-факто врагом режима Владимира Путина. В мировосприятии текущей криминально-чекистской российской верхушки рационально прибегать к подобным актам запугивания и принуждения. Это и не заставит администрацию Джо Байдена вдруг пойти на переговоры с Москвой за спиной Украины.

Но действовать иначе российские спецслужбы уже просто не в состоянии. В чем мы убедились еще несколько лет назад, когда они пытались убить сначала болгарского бизнесмена-оружейника Эмельяна Гебрева, чьи предприятия снабжали выстрелами Украины; а затем Скрипачей в Солсбери.

Убийства – еще одна фишка спецслужб страны-агрессора в арсенале гоп-инструментов запугивания противника. Да и не только спецслужб. Особую любовь к этому методу имеет тик-ток-пехотинец Путина – глава Чечни Рамзан Кадыров. И использует его против лиц, считаемых собственными врагами. В основном речь идет о чеченских активистах, блоггерах, оппозиционерах, бойцах, которые вынуждены скрываться в странах Европы. Так в центре Берлина в 2019 г. был убит ветеран Второй Чеченской войны Залимхан Хангошвили. А на днях, 2 декабря, в Швеции, по сообщениям прессы, якобы погиб (но официального подтверждения пока нет) еще один известный «враг» Кадырова — блогер Тумсо Абдурахманов, из-за личного конфликта с ним покинувший Чечню в 2015 г.

Эта совокупность последних действий откровенно террористического характера с российским шлейфом свидетельствует о том, что Москва уже прямо признает, глядя на Европу глазами убитых животных, что это ее новый формат «диалога» с цивилизованным миром.

Что стало совершенно очевидным, когда в России значительно усилил свои позиции бывший зек (осужден за развращение несовершеннолетних) и основатель ППК «Вагнер» Евгений Пригожин. Усилил настолько, что стал не просто влиять на российскую внешнюю политику, но даже ее формировать. Яркое доказательство – окровавленная кувалда, доставленная его адвокатом в Европарламент после того, как ЕП признал Россию государством-спонсором терроризма. Если кто-то не знает, кувалда – один из символов «Вагнера»: этим орудием они казнят и гражданских (в Сирии), и своих бойцов. Как Евгения Нужина — заключенного, завербованного на войну в Украине, где он попал в плен, а затем был освобожден из него во время очередного обмена.

Послать кувалду в ЕП – это прямая угроза жизни всех представителей законодательного органа. И угроза, выраженная в полном соответствии с мировоззрением не только Пригожина или Путина, но и большинства россиян. И Пригожин, и Путин являются олицетворением этих масс, которые окончательно вернулись ко временам и правилам жизни Средневековья.

В этом искаженном мировоззрении такие откровенно террористические поступки – это демонстрация силы, которая должна поразить «слабую» Европу. Но Европа, хотя еще не достигла уровня закаленной Украины, уже не является той Европой, которая была до 24 февраля. На каждый последующий акт российской агрессии западные партнеры Киева отвечают все более решительно и публично подтверждают стремление содействовать победе Украины. Так что на самом деле этот инструментарий России никак не влияет ни на борьбу Украины, ни на европейскую политику поддержки Украины. Напротив, каждый такой инцидент служит подтверждением правильности решения Европарламента и отдельных стран ЕС признать Россию государством-спонсором терроризма.

 

(Оновлено 13:00)

Главред

Владимир Горбач, политический аналитик Института евроатлантического сотрудничества

Они нас уже боятся и будут бояться еще больше

Только паритет сил, включая возможности ВСУ поражать военные объекты в глубоком тылу РФ, демотивирует их продолжать войну.

Удар по аэродромам дальней или стратегической авиации РФ с поражением самолетов-бомбардировщиков, способных нести ядерное оружие, может серьезно изменить (к лучшему) восприятие Западом этой войны.

Вам уже наверняка встречались комментарии по свежему следу о том, что российская ядерная доктрина предполагает применение ядерного оружия в ответ на вывод из строя объектов ее ядерных сил. Нормативно предусматривает, но, как видим, не обязывает и не гарантирует.

РФия сама стала жертвой своей концепции гибридной войны, которую уже давно ведет против Украины и целого мира. Одной из ее характерных особенностей является намеренное размывание статусов, создание ситуации неопределенности и распространение ее на все сферы противоборства.

В ситуации неопределенности (война или «специальная военная операция»?) странно было бы отвечать на атаку неизвестного (!) беспилотника на инфраструктуру ядерных сил ядерным оружием. Не только потому, что это было бы несоизмеримо угрозам, но и потому что это разрушало бы их пропагандистский нарратив изнутри. Саморазрушение через самоопровержение.

Поэтому РФии значительно проще, легче и безопаснее делать вид, что ничего не произошло, акцентируя внимание своего населения на ударах по украинской энергетической инфраструктуре и на «покатушках» их диктатора на Мерседесе по сакральному для пропаганды мосту.

Это наглядное доказательство и свежий пример того, что на самом деле руководство РФии тоже боится настоящей, ядерной эскалации, которой они пугают и нас, и коллективный Запад.

Они нас уже боятся и будут бояться еще больше. Особенно, когда Запад, а прежде всего, Соединенные Штаты перестанут говорить о необходимости не допустить дальнейшую эскалацию этой войны. Только демонстрируя то что мы (и Запад) не боимся эскалации, включая ядерную, мы сможем демотивировать Кремль продолжать его преступления.

Только паритет сил, включая возможности ВСУ поражать военные объекты в глубоком тылу РФ, демотивирует их продолжать войну.

И если наши западные партнеры еще опасаются предоставлять нам свое оружие для ударов по территории РФ, то пусть хоть помогут нам создать собственное.

 

(Оновлено 12:00)

Украинская правда

«Я постійно бився з Росією, тому що Росія хоче регламентувати ведення війни, маючи на увазі, очевидно, що війна – нормальне явище, яке існуватиме вічно.

Ми ж хочемо обмежити неминучі страхи війни – цього лютого лиха, яке майбутні покоління розглядатимуть як безумство».

Ці слова засновник Червоного Хреста Анрі Дюнан написав наприкінці 19-го століття. Він, швейцарський підприємець, у 1859 році побував на полі битви під Сольферіно – кровопролитного епізоду Австро-італо-французької війни.

Дюнан був настільки вражений трагедіями людей, які покинутими гинули без медичної допомоги й навіть води, що взявся допомагати сам. Зібрав кількох звичайних жінок і разом із ними витягав поранених.

Він написав книгу зі спогадами, де вперше висловив ідею створення нейтральної організації для допомоги пораненим. Домігся її заснування, а згодом був серед ініціаторів конференцій, що призвели до підписання першої Женевської конвенції.

Сьогодні таких конвенцій уже чотири. А Червоний Хрест покликаний допомагати усім, кого захищають ці документи від «неминучих страхів війни»: цивільним, пораненим і полоненим.

З початком повномасштабної війни Міжнародний комітет Червоного Хреста в Україні (скорочено МКЧХ) неодноразово підпадав під критику. Не лише соцмереж, правозахисників чи журналістів. А й влади.

Володимир Зеленський звинувачував МКЧХ у забороні використовувати свою емблему на евакуаційних колонах. Керівник Офісу президента Андрій Єрмак дорікав організації за мовчання і ставив «безальтернативну вимогу» направити місію до колонії в окупованій Оленівці.

Про розчарування Червоним Хрестом говорили в «Азові», який героїчно тримав оборону Маріуполя в облозі.

«Українська правда» запропонувала представникам МКЧХ показати свій типовий день і паралельно відповісти на основні претензії.

Важливий дисклеймер: Міжнародний комітет з головним офісом у Женеві має свою делегацію в Україні. Але її не потрібно плутати з Товариством Червоного Хреста в Україні. Останній – національна організація, яка працює окремо від міжнародної. Так само незалежними є й товариства в інших країнах.

Претензії зазвичай спрямовані саме на адресу Міжнародного комітету. Оскільки саме він має унікальне право працювати в зоні бойових дій.

Ми доєднались до робочого виїзду міжнародного Червоного Хреста на Київщині.

Чим займається Червоний Хрест в Україні. Від нейтральності в словах до секретних візитів до полонених

 

(Оновлено 11:00)

Сергей Высоцкий, народный депутат Украины

Россия столкнулась с неизвестной угрозой: патриоты сорвали планы врага

Теперь давайте разберем последнюю атаку России и стратегический гений нашего Генштаба и разведок.

Данные о подготовке сверхмощного ракетного удара по нашей стране соответствующие службы получили больше недели назад. Для нанесения этого удара Россия проводила концентрацию ракетоносителей дальной авиации на нескольких аэродромах, в том числе Энгельс и Дягилево, под Рязанью. Суммарный залп ракет, в случае применения всех носителей + Черное море, даже консервативно оценивался в 100-120 единиц.

Зная это, «неизвестные патриоты» ночью провели ответные меры против этих аэропортов. «Неустановленные лица неустановленным способом», как говорится.

Очевидно, больших материальных потерь противник в результате этих мер не понес. Но эти деяния, совершенные с полным пониманием стратегии рефлексивного управления, поставили неприятеля в ситуацию оперативной неопределенности. Враг столкнулся с неизвестной до сих пор угрозой в критический для него временной промежуток концентрации самолетов, без обеспечения соответствующих средств ПВО и внеземной защиты дефицитных ракетоносителей!

Таким образом, «неизвестные патриоты» направили врага к преждевременному действию, которое было обусловлено срочной необходимостью рассредоточения самолетов.

Итак, ракетный удар был нанесен «с колес» теми силами и средствами, которые были готовы к этому. И, уже можно об этом говорить, не достиг цели. 60+ из 70+ ракет были сбиты силами нашей ПВО, а поражения энергетической инфраструктуры, хотя и произошли, но не приобрели критический и непоправимый характер!

Более того, в дальнейшем в планировании собственных ракетных атак Россия будет вынуждена обращать внимание на фактор неопределенности — ведь было продемонстрировано, что тыловые аэропорты стратегической авиации могут поражаться уже имеющимися средствами. А может, и теми, о которых пока никто не знает.

Не знаю, как и кто из «неизвестных патриотов» планировал этот гениальный ход. Но 100% их нужно тайно установить и наградить соответствующими орденами!

И пусть масштабную ракетную атаку на Украину нельзя назвать победой. Но с точки зрения военной стратегии – да, победа. Взорвать веру врага в собственное могущество, заставить суетиться и совершать ошибки — это и есть верх военного искусства!

 

(Оновлено 10:00)

Цензор. НЕТ

Юрій Бутусов

Історичний успіх: удар безпілотниками по стратегічних ракетоносцях РФ врятував Україну від ракетного залпу трьох літаків

З повідомлень у соцмережах та медіа можна зробити висновки щодо ударів по аівіабазах стратегічних ракетоносців ЗС РФ на авіабазах «Енгельс-1» та «Дягілево» і наскільки ефективною та продуманою була операція Збройних сил України.

  1. Значення: Вперше у війні однією атакою безпілотників частково зірвана стратегічна операція ЗС РФ;

Вперше в історії літаки стратегічної авіації ядерної держави уражені прямо на базі;

Вперше після Другої світової війни бойові літальні апарати непоміченими проникли у центральну Росію та завдали точного удару по російській армії.

  1. Результати: Судячи з фотографії ракетоносця Ту-22М3 в «Дягілево», саме цей літак мав виконувати удар по Україні — на фото чітко видно підвішену крилату ракету Х-22. Очевидно, не одна така ракета мала запускатись із цього літака, але ЗСУ вдарили на випередження. Міноборони РФ підтвердило ураження ще двох ракетоносців, очевидно, типу Ту-95МС на аівабазі «Енгельс-1». Даних про ушкодження та втрати нема, але усі ці літаки не змогли взяти участь у ракетній атаці на Україну, таким чином, у критичний момент залп росіян було зменшено як мінімум на 6-12 крилатих ракет. Через програмування політного завдання швидко перевішати ракети з одного літака на інший неможливо. Тобто удар безпілотників став успішним- менша кількість ракет у залпі суттєво підвищила ефективність роботи нашої ППО. В розвиток цього удару невідомий безпілотник вранці 6 грудня завдав удару по складу пального на авіабазі «Курск», російська ППО знову не спрацювала, і пожежу не можуть загасити багато годин.
  1. Втрати ЗС РФ: Ту-22М3 зазнав серйозного ушкодження, став непридатним для вильотів та потребує капітального ремонту і заміни хвостової частини. Знищена машина — це аеродромний пусковий агрегат АПА-80, мобільна станція живлення.

У результаті удару у «Дягілево» Міноборони РФ було змушено визнати втрати авіаційного персоналу, який готував ракетоносець до вильоту — визнано як мінімум 3 загиблих та 4 поранених, їхні імена та прізвища оприлюднені та підтверджуються повідомленнями у соцмережах.

  1. Технологічний успіх: База «Дягілево» розташована за 500 км від України, база «Енгельс-1» — приблизно за 700 км. Це не перший випадок атаки безпілотниками: 7 жовтня невідомий безпілотник атакував стратегічні ракетоносці Ту-22М3 на авіабазі «Шайковка» за 200 км від кордонів з Україною. Була інформація про пошкодження двох Ту-22М3, але космічні знімки це не підтвердили. Проте росіяни перемістили свої Ту-22М3 подалі від кордонів з Україною — в «Дягілево». За повідомленням росян, для удару застосовані переобладнані реактивні безпілотні розвідники Ту-141 або Ту-143 виробництва СРСР, які розроблені у 70-х роках та випускались до 1989-го. Свідчень цьому росіяни поки що не оприлюднили. Очевидно, що невідомі безпілотники стали саморобною зброєю, виготовленою в Україні, що є серйзоним технологічним успіхом.
  1. Провал російської ППО: Невідомі безпілотники не були помічені та перехоплені російською системою протиповітряної оборони. Судячи з ураження авіаційного персоналу біля літака, на базі «Дягілево» не було попредження про атаку, військові не змогли врятуватись. Це говорить про те, що переважна кількість російських зенітно-ракетних комплексів та радарів ППО зосереджені на фронті та мають там значні втрати, тому у росіян не вистачає сил і вони не спроможні побудувати щільну оборону навіть своїх стратегічних об’єктів. Особливо вражає, що на базі стратегічної авіації РФ навіть не побудовано огорожі, а для захисту ракетоносця не побудовано ні ангарів, ні капонірів, і літаки захищає барикада з шин, як у нас на Майдані (це диво добре помітно на фотографії під крилом).
  1. Розвідка та застосування: Очевидно, що розвідка України та НАТО заздалегідь отримала інформацію про підготовку до атаки ракетоносців, про час та місце старту, точні координати розташування літаків, на які були підвішені крилаті ракети. ЗСУ вдарили зранку на випередження масованої ракетної атаки, яка відбулась увечері. Планування маршруту заходу на ціль та обрання часу в цій операції виявилось абсолютно точним і дозволило досягнути раптовості і виконати завдання. Цей позитивний досвід планувальників треба відзначити.
  1. Чи призначать у РФ когось винним? Очевидно, ні. Після того, як 18-річний пілот Матіас Руст непоміченим пролетів крізь усю ППО СРСР у 1987 році та приземлився на Красній площі, було звільнено та засуджено близько 200 генералів та офіцерів ЗС СРСР. Подав у відставку міністр оборони Соколов, командувач військ ППО, командувач армії, корпусу, дивізї та бригади ППО. Але Росія — це не СРСР. Кланово-мафіозні стосунки тут набагато глибші, міністр оборони Шойгу — особистий друг господаря РФ Путіна, а командувач Повітряно-космічними силами, до складу яких включені війська ППО, генерал Суровікін одночасно командує війною проти України і має підтримку путінських мафіозних ватажків Кадирова та Пригожина. Тому ніяких покарань не буде, хоча цей удар безпілотника був не першим.
  1. Політичний та інформаційний вплив: Україна показала усьому світу, що незважаючи на перевагу Росії у кілька порядків у кількості людей та бойової техніки, ЗСУ здатні знаходити імпровізовані та неочікувані методи знищення російських окупантів. Удар по стратегічних ракетоносцях показує наскільки вразливі російські ядерні сили і наскільки послабшала оборона РФ, яка змушена кинути усі сили для захоплення України. Це велика моральна перемога та урок для подальших дій.

Слава ЗСУ!

 

(Оновлено 9:00)

Обозреватель

Александр Кирш

Американские 600 – это украинская 1000, а хитрая тварь – это тоже тварь

Дам пару комментариев по двум живо обсуждаемым темам. Так сказать, вношу ясность.

В связи с участившимися случаями неудачного курения в центре европейской части оркостана стали говорить, ссылаясь на наших партнёров из Главной страны мира, что это, дескать, работает новое украинское лета[те]льное оружие, способное достигать цели на расстоянии то ли до 600, то ли до 1000 километров.

Прошу просто внимательнее относиться к единицам измерения. 1000 в данном контексте это действительно километров, а вот 600 это уже миль. При этом одна американская сухопутная миля чуть превышает 1,6 км, то есть, когда миль 600, это примерно 1000 км и есть. Ни рязань, ни энгельс тут, конечно, ни при чём, но всё сходится: курение→хлопОк→хлОпок→бавовна.

Чисто теоретически: в зоне досягаемости — и москва, и сама рублёвка (и даже немножко дальше).

Кстати — о москве. Было у неё очень в узких кругах знаменитое так называвшееся эхо, которое на самом деле отрыжка (причём отрыжка фсб). А ещё есть до сих пор так называемый дождь. Идущий той жидкостью, которой им в глаза, а они — «роса». Оба, типа, очень европейские, хоть и мордорские, оба — и эхо, и эта жидкость — жутко либеральные. И то, что для дождя и российская армия, и даже Крым — «наши», то есть оркостанские, нисколько такой вот хитровыхитренной либеральности не мешало и не мешает.

Потому что в действительности и дождь, и эхо москвы это совершенно тот же соловьиный помёт, но — с приправой для интеллигенции. С которой говно под мочой диабетика (много либерального сахара) всё равно остаётся, интеллигентно говоря, кАкой. И какОй кАкой не важно, а важно, что кАкой.

В мордоре очень давно нет либералов. Как нет и интеллигентной интеллигенции. Даже в москве. Скажу больше — уже даже и в новосибирске, не говоря о петинграде. Может, когда-то и была, но то ли померла, то ли — чуть-чуть — в тюрьмах, то ли — уже побольше — разъехалась, то ли самоуничтожилась.

Былые остатки былого либерализма иногда изредка по одному встречаются в Европе. Крохотные такие остатулечки, не способные ни на что реально повлиять, хотя порой и героические — насколько можно быть героями очень вдали от опасности. «Огонь уже потух немного, хотя дым ещё идёт иногда.»

Лучшие из них — в телевизоре, в смысле — на ютубе. Смотрю, уважаю, люблю, но они уже не россия. Да, ИЗ россии, но не россия. «Хоть похоже на россию, только всё же — не россия.» Да уже и не похоже. Точнее — россия не похожа на них. Ибо нет её, россии, а есть оркостанский мордор, угроза Цивилизации, 140-миллионная орда, где орущая, где (чаще) молчаливая.

Так что дальности даже 1000, пожалуй, для спасения человечества недостаточно. И ежели человечество будет продолжать жлобиться, придётся подбираться поближе.

 

(Оновлено 8:00)

«Сито Сократа» (Телеграм-канал)

Стратегическое потрясение

На авиабазах ВКС РФ произошел сразу ряд значительных инцидентов, которые бросают тень на всю военно-политическую верхушку страны.

5 декабря на крупных военных аэродромах, находящихся в глубоком тылу российской территории, были практически синхронно зафиксированы взрывы. На авиабазе стратегической авиации ВКС в городе Энгельс Саратовской области (700 км от линии фронта) были повреждены два самолета. Точные причины ЧП неизвестны. Версии сильно разнятся: от удара беспилотником неизвестного типа и неизвестной принадлежности до диверсии на летном поле авиабазы.

В сетях гуляет видео со странной вспышкой и хлопком. Однако изначально губернатор Роман Бусаргин в своем телеграм-канале заверил, что никаких ЧП в Энгельсе не зафиксировано. Правда позже, уже по линии Минобороны, опровергли его оптимистическое заявление и признали повреждение самолётов стратегической авиации.

В то же время на другой авиабазе «Дягилево», что в Рязанской области (500 км от линии фронта), произошло возгорание бензовоза из-за взрыва, и в результате трое погибших и шестеро пострадавших.

Оба пострадавших объекта не являются особо секретными, и в мире широко известно о базировании на их территории ракетоносцев Ту-95МС, Ту-22М3 и Ту-160, способных нести ядерное оружие. Однако сейчас путинский режим использует устаревшие и обветшалые компоненты советской ядерной триады для нанесения ракетных ударов по территории Украины.

В частности, только вчера ВКС ударила по невоенным объектам 70 ракетами. Правда, эффективность подобных террористических атак сомнительна. Украинская ПВО сбивает почти 90% ракет, запас которых истощается. Высока и денежная цена ударов, не дающих военной отдачи. А новые ракеты из-за санкций производить можно очень лимитированно. Постепенно сдувается генерал «Армагеддон», так же как и вера в улучшение ситуации в запасной армии. Отзывы Гиркина с «фронта» засвидетельствовали кризис стратегического целеполагания армейского руководства и дезориентацию мобилизованных.

Аэродромные инциденты продолжились и 6 декабря. В Курске на аэродроме загорелся нефтенакопитель. Ключевая версия – очередной удар беспилотником. В целом все три ЧП на аэродромах в рядах Министерства обороны связывают с БПЛА. В Кремле указывают: комментировать дыры в ПВО РФ «не уровень президента». Хотя Путин все же вынуждено провел по видеосвязи экстренное совещание с членами Совбеза РФ, на котором обсуждалось «обеспечение внутренней безопасности страны». Значит, проблема архиважная и больно аукнется людям с большими звёздами.

Нарушена идиллия кажущихся недосягаемыми авиабаз Кремля. Под вопросом самое главное преимущество России – стратегическая глубина ее территории.

Из рук Путина выпадает едва ли не основной козырь в пользу войны против Украины: отодвинуть от границ РФ военные угрозы. Но, как оказывается, даже захватив всю Украину, внутренние районы страны и даже Москва не получат гарантированной защиты воздушного пространства. Произошел слом всей смысловой задумки вторжения.

«СВО» вскрыла, что катастрофическая дезинтеграция царит не только в рядах сухопутных сил и флота, но и в ПВО. Если в небе России решают боевые задачи иностранные БПЛА, то никакой надёжной системы безопасности не существует.

Особенно жутко от версии МО про применение ВСУ многоразовых тактических БПЛА Ту-141 «Стриж». Данные летательные аппараты являются наследием СССР и самой РФ не эксплуатируются с 1991 года. Функционально неуправляемые «Стрижи» нужны больше для разведывательных целей и малопригодны для нанесения прицельных ударов. Невообразимо: ПВО не способно даже с таким хламом справиться в глубине российской территории!

Напрашивается печальный вывод. Путинские генералы бросали все ресурсы на наступательное оружие и совсем не готовились к обороне. Похоже, что ПВО страны в ещё худшем состоянии, чем было в 1987 году, когда летчик-хулиган М.Руст посадил свой самолёт возле Кремля. Но виноватых наверху, как всегда, нет.

 

Анатолий Несмиян

Цена нефти Brent опустилась ниже $80 за баррель впервые с 6 января. Рынок как-то без малейшего энтузиазма отнесся к введенному эмбарго и иным ограничениям для одной из крупнейших нефтяных стран мира. Никто даже не попытался поднять волну и погнать цену вверх.

Причина на поверхности: всё делалось системно, с огромными запасами по срокам, всем было дано время оценить ситуацию и подготовиться к ней. А потому 5 декабря стало просто датой в календаре и только.

Кстати, эта история не уникальна: точно так же Европа вводила эмбарго на торговлю иранской нефтью. Несколько месяцев дебатов, выработка согласованного решения, затем полугодовой период для адаптации и подготовки, для смены поставщиков и приведения техпроцессов к новым сортам нефти. И вот только после всего этого запрет.

Умные люди умеют в кризис. Конечно, будь они совсем умными, то не доводили бы до него, но по крайней мере что-то они все-таки умеют. Плохо, когда ты не в состоянии ни предотвратить кризис, ни справиться с ним. Тогда — да, беда.

 

Анатолий Несмиян

Медведев заявил, что сам пишет свои посты в Телеграм и другие соцсети и мессенджеры. Любому другому за такие тексты совершенно точно сказали бы (далее цитата Медведева): «Ты что, сбрендил?» А Медведеву не говорят, никакого сомнения в авторстве — он по жизни такой. Так что правообладатель тут только один.

Напомню кладезь, вышедший из сумрака сознания зиц-президента:

  • Кучка безумных нацистов-наркоманов;
  • Стая лающих собак из западной псарни;
  • Разномастная свора хрюкающих подсвинков;
  • Недалекие обыватели со стекающей по подбородку от вырождения слюной;
  • Случайные попутчики;
  • Прилипалы;
  • Прихлебатели;
  • Трусливые предатели;
  • Алчные перебежчики;
  • Изнасилованные повелителями тьмы, рабовладельцами и угнетателями;
  • Надменные жрецы;
  • Кровожадные адепты;
  • Глумливые прислужники;
  • Бессловесные манкурты
  • Киевские христопродавцы

Главное при использовании — не забывать копирайт ©

 

(Оновлено 7:00)

Мурлокотан Паштетофф-сосискин

  1. Командування військ противника продовжує застосовувати заходи, спрямовані на уповільнення просування ЗСУ в північній частині Луганської області України. Зокрема, в район Тавільжанка — Великий Виселок — Токарівка — Вільшана зосереджуються тактичні резерви з метою посилення угрупування противника, яке діє на Дворіченському напрямую…

А саме — протягом, минулих 3-х діб тут були зосереджені — 3-й мотострілецький батальон 138-ї мсбр (без однієї роти) та, принаймні 2 батальйону 1486-го мсп територіальних військ рф (ТрВ). Цій групі придані, по крайній міри — 1 гадн (трьохбатарейного складу) та танкова рота (до 8-и танків), призначені для дій безпосередньо разом з цією групою.

  1. В рамках виконання цього ж завдання, ударна тактична група противника південніше (а саме на захід від Кремінної) знову спробувала перейти у контр-наступ з району Діброви по напрямку на с. Торське та с. Ямполівка… однак, в черговий раз — безуспішно для себе…

Очевидно, що ці атаки узгоджені із спробами противника відтіснити передові підрозділи ЗСУ у районі Білогорівки, бо йому дуже муляє той факт, що українські війська в цьому місці фактично знаходяться в 7 км від північно-західної окраїни Лисичанська.

Сенс наступальних дій противника в районі Діброви, за всіма ознаками свідчить про намагання противника вирішити цю проблему шляхом «заходу у тил» українським підрозділам, що діють під Білогорівкою…

При цьому, скоріш за все, тактичне  командування противника не бере до уваги той факт, що лівий фланг цієї групи українських військ прикритий Сіверським Донцем… воно діє так, нібито зможе з ходу й безперешкодного переправитися через цю річку, як «туди, так й звідти»…

Для нарощування зусиль на цих двох напрямках, як я вже писав… противник підтягнув 1 «посилений» батальйон «мобілізаційного резерву» 1-го АК та ряд підрозділів 2-ї ЗВА та 41-ї ЗВА загальною чисельністю — до батальйону…

  1. В районі Вугледару противник продовжує перегрупування своїх сил та засобів на тактичному рівні, намагаючись відновити рівень боєздатності своїх ударних тактичних груп…раніше пробувавших прорватися на Вугледар з півдня через Павлівку.

В район селищ Микильске та Володимирівка противник підтягує резерви зі складу 58-ї ЗВА (ймовірно на північній окраїни Благодатного БТГр зі складу 136-ї мсбр була поповнена живої силою та ОВТ)  за певними ознаками в той же район перекидаются ряд підрозділів пдв рф (ймовірно зі складу 76-ї пдд). Скоріш за все, противник у найближчий час спробує відновити наступальні дії, як безпосередньо в районі Вугледару, так й східніше нього.

Це так само очевидно, як й загальне прагнення командування противника прорватися північніше умовної лінії Велика Новосілка — Вугледар в рамках оперативно-тактичної операції по «выходу на границы Донецкой области»…

Думаю на виконанні саме цього завдання у найближчий час буде сконцентрована увага командування 58-ї та 8-ї ЗВА ПівдВО російської армії… Окрім того, звісно, щоб забезпечити «надійно оборону» на Мелітопольскому та Бердянському напрямках…

  1. Протягом вчора й сьогодні противник безперервно атакує передові позиції підрозділів ЗСУ на всій ділянці фронту від Курдюмовки до Берестового, маючи за центр докладання своїх головних зусиль власне район Бахмуту…

Північніше Бахмуту противник підтягує два стрілецьких батальйону «мобілізаційного резерву» 1-го АК , явно з метою у найближчі 2-3 дні ввести їх у бій у якості нарощування «живої сили» для впертих атак на Бахмутське та Соледар…

Ще один такий «недо-батальйон» так званого «мобілізаційного резерву», але цього разу 2-го АК, противник підтягує південіше Бахмуту, з явним наміром кинути його в атаку, або на Кліщіївку, або по дирекції Опитне — Бахмут.

Зараз, на південно-східній околиці Бахмуту майже безперервно тривають запеклі ближні бої у приватному секторі між передовими підрозділами ЗСУ та штурмовими загонами пвк вагнер, противник прагне за будь-яку ціну прорватися ЗА вулицю Федора Максименка та увірватися у місто західніше міського сміттезвалища… з боку Опитного та Іванграду…

Також, очевидно, що поступове нарощування ним зусиль південніше Бахмуту в районі Кліщіївки, де також задіяні штурмові загони пвк вагнер та декілька підрозділів пдв зс рф, має за мету загальний прорив до Іванівського… В такому разі, загальне положення Бахмутського району оборони  різко погіршиться…

 

Виктор Небоженко

Путин рискует

Активное использование двойников вместо живого Путина, конечно, облегчает жизнь больному и запуганному силовиками президенту России, но может вызвать у его окружения, уставшего от подозрительности, дури и политических провалов настоящего, живого Путина, сильный соблазн избавиться от него, заменив удачной копией. Ведь население России уже привыкло, что уже несколько лет бравый Путин находится в бункере и выползает из него в крайних случаях. Имитация встреч с людьми, в школьном классе, на производстве или на Крымском мосту, и совещаний с чиновниками — это уже работа пропаганды и пиар-службы Путина.

Фальсифицировать существование и правление Путина или от его имени можно до тех пор, пока окружение  Путина не выберет себе нового хозяина или аватара Путина.

А так как судьба живого Путина тесно связано с судьбой хозяина Белоруси Лукашенко, то с ним церемонится не будут. С Лукашенко все проще, он с самого начала не верил в спасительную роль двойников и прекрасно понимал опасность замены его фигуры похожим человеком. Поэтому в Беларуси, не смотря на убийство  Макея, смена власти будет примерна как в Казахстане- вечного диктатора заменят на любого другого политика или чиновника среднего уровня, который выступит на стороне народа.

Если, конечно, заговорщики не решат, что лучше повторить «румынский вариант» белорусской революции — это будет жестоко и справедливо, что позволит белоруской бюрократии и силовикам разделить власть с новой элитой, как это случилось в Румынии.

 

Игорь Эйдман

Поражение как благо

Даже если бы я был российским патриотом (чур меня), все равно выступал бы за скорейшее поражение России в войне против Украины.

Если бы Германия проиграла польскую кампанию в 1939 году, Вторая мировая война кончилась, не начавшись. Не только жертвы агрессии, но и сама Германия избежала бы миллионов жертв и тотального разрушения. Гитлеровский режим в результате поражения в первой же крупной войне неизбежно пал бы. И Германия, по всей видимости, вернулась бы на путь демократии. Но немцы, к великому для них несчастью, легко выиграли польскую войну.

Россиянам пока везёт больше. Они войну против Украины проигрывают. Если бы, не дай бог, выиграли — кремлёвские авантюристы пошли бы дальше, пока не нарвались на войну с НАТО. Тогда от России не осталось бы камня на камне. Её поражение от превосходящих даже не в разы, а на порядки экономик и вооруженных сил было бы кроваво и сокрушительно. Москва позавидовала бы тогда развалинам послевоенного Берлина.

Даже урапатриоты, типа Стрелкова-Гиркина, уже понимают, что Россия проигрывает войну против Украины. Им осталось понять, что скорейшее поражение (включая уход с оккупированных территорий и выплату репараций) для неё — великое благо. Путин втянул Россию в такую ситуацию, что все остальные варианты для неё (к сожалению, и для мира тоже) будут хуже и разрушительнее. Поймут?

 

(Оновлено 6:00)

Юрий Касьянов

Прилёты украинских беспилотников по российским аэродромам развеяли миф о всемогуществе ПВО и РЭБ. Миф, которым заражены буквально все — от обывателей до больших начальников, у них, и у нас.

Любой разговор про беспилотники всегда натыкается на стандартные возражения «а как же рэб?..», «а пво?..» Идея использовать дроны-камикадзе витала в воздухе давно (и частично была реализована давно), но постоянно подвергалась насмешливой критике со стороны всезнаек.

В четырнадцатом, пятнадцатом, шестнадцатом, семнадцатом… двадцать втором году (совсем недавно, весной) я слышал эти «возражения» со стороны людей, поставленных принимать решения в области дронозакупок и дроностроения. «Идея хорошая, — говорили они, — но байрактар лучше. А давайте мы поедем на полигон, и пусть ваш дрон над рэбами полетает?..»

В сотый, тысячный раз приходилось за эти годы доказывать умным людям, облечённым властью, что низколетящий полностью автоматический дрон, особенно если он летит ночью, практически невозможно сбить с курса рэбами и сбить физически ракетами ПВО.

Потому что такой дрон, пролетая над антенной РЭБ, очень короткое время будет в зоне воздействия излучения, а закон распространения радиоволн никто не отменял — за горизонтом излучения уже нет, и оттуда, где оно есть, дрон легко выберется с помощью инерциальной системы управления (стандартная функция любого копеечного автопилота).

Потому что обнаружить низколетящий дрон — очень сложная задача даже для суперсовременных РЛС. Ведь у дрона очень маленькая ЭПР (отражающая способность), он в этом плане похож на самолеты «стелс»; и, опять же, закон распространения радиоволн не позволяют радиолокатору заглянуть за горизонт, он может увидеть дрон только вблизи, а ещё надо навести ракету…

С ракетами ещё сложнее. У каждой ракеты — с активной головкой самонаведения или с той, что наводится наземной станцией управления — тоже есть свои ограничения на ЭПР цели, то есть малоразмерные цели она «не видит», и на малых высотах работать не может, потому что во время эволюций в воздухе врежется в землю.

Днём больше шансов сбить беспилотник — он виден визуально, а не только радиолокатором (а если малоразмерый — то ничем не виден), его можно сбить вручную (стрелковым оружием) или наведением по оптическому каналу (ракетой). Но ночью вообще труба…

Да, есть ещё всякие там ручные и самоходные ПЗРК типа «Стингера» или «Иглы» с ракетами, оснащёнными инфракрасными головками наведения (ИК). Потенциально, они могут сбить. Но если только беспилотник будет иметь очень большой и тёплый двигатель, на который и наводится ракета, и достаточно долгое время будет пролетать над расчётом ПВО, чтобы он успел увидеть/услышать бееспилотник, определить место его нахождения в небе, направить в это место шайтан-трубу, подождать пару секунд, чтобы головка самонаведения захватила цель, и нажать на курок…

А если беспилотник проносится над вами со скоростью 100-1000 км/ч (неважно какая) на высоте 100 метров?.. Вы даже моргнуть глазом не успеете.

Вот такая история. Должно было пройти восемь-девять лет войны, и полгода большой войны, чтобы наконец все умники убедились — можно таки примотать к палке скотчем моторчик, соорудить крыло, поставить простенький (или не очень) автопилот, и эта хрень из говна и палок легко преодолеет любую систему РЭБ и ПВО. Лучше поздно, чем никогда. Но всё же безумно жалко, что поздно.

Цена глупых дилетантских мифов очень высока.

 

(Размещено 5:00)

Кох Альфред

Подошел к концу двести восемьдесят шестой день войны. Сегодня линия фронта никак не изменилась. Продолжались тяжелые бои в Донбассе. На остальных участках — периодические артиллерийские дуэли. ВСУ продолжали обстрел ближних тылов противника из HIMARSов.

Сегодня получила развитие вчерашняя история с взрывами на российских аэродромах. Теперь в Курске “отчего-то” сгорело нефтехранилище в районе военного аэродрома, на котором базируются фронтовые бомбардировщики. Россияне, разумеется, обвинили в этом Украину. Та дежурно отнекивается и издевательски рассуждает о нарушении россиянами правил пожарной безопасности.

Путин вчера будто бы проехал на каком-то лохматом мерсе по Крымскому мосту. Не знаю как в России (я уже давно перестал чувствовать российские тренды), но здесь это не произвело на публику никакого впечатления. Все так привыкли к путинским постановкам, что уже не хотят даже задумываться правда это или очередной спектакль ФСО.

После вчерашних обстрелов аэродромов стратегической авиации в Рязани и Энгельсе Путин провел совещание Совбеза. Оно было посвящено вопросам “внутренней безопасности”. Многие СМИ сразу же предположили, что на этом совещании Путин устроил разнос силовикам за то, что они проворонили эту атаку.

Но я думаю, что Путин уже никому никакого разноса устроить не может. Да и какой смысл в таком разносе? Что, от этого у военных появятся дополнительные ЗРК? Нет, все что есть уже давно на боевом дежурстве. Их катастрофически не хватает, а новых взять неоткуда…

Уж для чего для чего, а для современных систем ПВО с их радарами, ракетами, компьютерами, фазированными решетками и прочей амуницией, нужна такая уйма всяческих микросхем и высокотехнологичной элементной базы, что без импортных деталей их точно не произвести. А находясь под санкциями нечего и мечтать воспроизвести те же ЗРК С-400, в том виде, в котором они были задуманы их конструкторами.

Таким образом, сколько не совещайся, а факт остается фактом: российские объекты стратегического назначения никак не защищены. И защитить их нечем: все более-менее эффективные системы ПВО уже на фронте или защищает путинскую задницу вокруг его бесчисленных резиденций. Как говориться, “деньги есть только на водку”…

Завтра Илье Яшину вынесут приговор. Прокурор запросил девять лет. Сколько бы не дали — это зверство и расправа. И завтра, после приговора, я еще об этом напишу. Но сегодня я хочу сказать о том, что яшинская история (как и кейс Навального начиная с отравления и кончая медленной пыткой ШИЗО) — это ответ тем, кто в ситуации с “Дождем” вопрошают, обращаясь к Западу: чем вы отличаетесь от Путина?

А вот этим и отличаются. Тем, что не сажают и не убивают. Как, например, Борю Немцова. И судьба журналистов “Дождя” в любом случае завиднее, чем судьбы Анны Политковской. Так что советую все-таки об этом не забывать.

А грустная история с “Дождем” мне лишний раз напомнила простую истину, что россияне нигде не чувствуют себя в гостях, и, только войдя в чужую гостинную, сразу начинают советовать хозяевам куда им следует переставить шкаф.

Я, обычно, отношусь к такому их поведению с юмором. Но, видимо, у латышей это работает как-то иначе, и поэтому они не понимают того упорства, с которым русские гости, едва освоившись, начинают настаивать на том, чтобы хозяева называли оккупантов освободителями.

Впрочем, я искренне желаю “Дождю” решить все свои проблемы и отнюдь не хочу прекращения этого по-своему замечательного и имеющего свою аудиторию проекта. И я не вижу большой  трагедии в отзыве лицензии: для вещания в YouTube лицензия не нужна. А если их заблокируют в Латвии — тем хуже для Латвии: их русскоязычная публика вместо вполне либерального канала опять начнет жрать кремлевское пойло. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

Сам я, правда, “Дождь” не смотрю и поэтому не могу объективно оценить масштаб катастрофы для мирового медиапространства, которая произошла в связи с отзывом у “Дождя” латышской лицензии. По этой же причине я не могу оценить и степень его оппозиционности. Но я вполне доверяю тем, кто говорит, что она удовлетворительная. Из всех нынешних журналистов “Дождя” я знаю только Михаила Фишмана и он меня вполне устраивает и как журналист и как человек. Так что в черно-белой постановке вопроса я за “Дождь” и закончим об этом.

Вчера, после некоторого перерыва, Путин возобновил ракетные обстрелы украинских городов. Было выпущено 70 ракет, из которых 60 было сбито украинскими силами ПВО. Таким образом эффективность украинской системы ПВО составила 86%, что, на мой взгляд, блестящий результат.

С учетом того, что эта система продолжает совершенствоваться и  Запад поставляет все новые и новые установки для защиты от путинских ракет и дронов, то можно надеяться, что в ближайшее время эффективность украинской ПВО достигнет искомых 95% и путинские ракетные атаки станут совершенно бессмысленными.

Да и нечем скоро ему будет атаковать. Во всяком случае начальник ГУРа Буданов уже сообщил, что по его сведениям ракет у Путина осталось еще на несколько (сколько?) обстрелов. А потом — фсе…

Вообще, военные эксперты в оценке перспектив этой зимы разделились во мнениях. Одни считают, что боевые действия утихнут до весны, а другие считают, что они будут продолжены как только ударят морозы и закончился осенняя распутица. Но в любом случае, они все считают, что наступать будут ВСУ. Я не видел ни одного прогноза, в соответствии с которым у путинского войска есть какие-то шансы куда-то серьезно продвинуться.

И вообще: дело наше правое, враг будет разбит и победа будет за нами.

Слава Украине! 🇺🇦

4 оценки, среднее: 5,00 из 54 оценки, среднее: 5,00 из 54 оценки, среднее: 5,00 из 54 оценки, среднее: 5,00 из 54 оценки, среднее: 5,00 из 5 (4 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...

Комментарии читателей статьи "BloggoDay 7 December: Russian Invasion of Ukraine"

  • Оставьте первый комментарий - автор старался

Добавить комментарий