BloggoDay 8 November: Russian Invasion of Ukraine

Дайджест 8 листопада 2022 р.

 

(Оновлено 17:00)

Главред

Путин сильно промахнулся: эксперты назвали 7 главных ошибок диктатора РФ в войне

Из-за ряда ошибок Кремля блицкриг армии РФ стал невозможным, а война может перерасти в затяжную.

Российский диктатор Владимир Путин допустил ряд ошибок в войне против Украины. Его стратегические промахи способствовали провалу «блицкрига», а теперь могут повлечь затягивание войны.

Одной из ошибок является неправильное восприятие украинской армии. Путин был уверен, что армия Украины намного слабее. В то же время российские войска оказались гораздо менее компетентными. Об этом пишет норвежская газета Dagbladet со ссылкой на экспертов.

Аналитики отмечают, что Путин допустил ряд ошибок еще в начале вторжения. И все они подталкивают войну к тому, чтобы она стала затяжной.

По мнению экспертов из Норвегии, российский диктатор совершил следующие стратегические ошибки в войне против Украины:

  1. Президент РФ рассчитывал на быструю капитуляцию украинцев и думал, что граждане Украины будут массово поддерживать российское вторжение.
  2. Путин считал, что Запад раскололся, и поэтому понадобится очень много времени для объединения и оказания поддержки Украине и введения санкций против России.
  3. Российский диктатор не рассчитывал на такое сильное сопротивление со стороны защитников Украины. Он думал, что украинская армия намного слабее. В то же время российская армия продемонстрировала меньшую компетентность, чем ожидалось.
  4. Из-за войны России против Украины НАТО «получило новую жизнь», при том что РФ как раз очень не хотела укрепления и расширения Североатлантического альянса.
  5. Полномасштабное вторжение РФ в Украину «подхлестнуло» к США такие важные буферные государства, как Швеция и Финляндия.
  6. За развязанную против Украины войну российские войска были затянуты в «трясину» во второй по величине стране Европы.
  7. Международное сообщество не приемлет незаконную оккупацию Россией регионов Украины. В то же время Вооруженные силы Украины освобождают от российской оккупации значительные территории, которые захватчикам удалось захватить ранее.

 

(Оновлено 16:00)

Сито Сократа

Скотская «забота»

В российском обществе военно-мобилизационного периода наметился не только гигантский разлом по линии олигархата и нищебродов, чьи жены и матери меняют их бессмысленные жизни на белые «Лады». Не менее страшен контраст между тем, как легко диктаторский режим директивно гонит сотни тысяч мобиков на убой, и тем трепетом, которым окружена персона вождя и окружающих его клевретов.

Вся система идеологии самопожертвования во имя преступлений путинской вертикали разбивается о твердыню личного эгоизма верхов. Получается странная картина, когда есть вечные/неприкасаемые и одноразовые/маленькие людишки.

Удивительно и просто не укладывается в голове, как может вождь великой российской неоимперии вести себя, как тварь дрожащая. На восьмом десятке Путин похоже не заботится ни о чем, кроме, как о своем здоровье и персональной безопасности. Речь сейчас не о неестественных физиологических повадках  диктатора, а о его болезненном ментальном состоянии. Путин настолько запуган страхом перед заговорами, что стал рабом своей охранки.

Фантастические суммы уходят на обеспечение бункерного существования посланника из преисподней. Выезды в мир сопровождаются работой сотен охранников тела номер один. Вокруг Путина, также как когда-то возле Сталина, никогда не бывает случайных лиц. Работает исключительно сценарий, как в театральном представлении. Актеры из ФСО стали для Путина суррогатом «глубинного народа».

Страх подрыва, обстрела, отравления либо иных форм утилизации так велик, что Путин тщательно скрывает свои перемещения, использует двойников и боится даже остановиться где-то с ночёвкой. От этого его восприятие действительности вообще становится утрированным и неадекватным.

Пока Песков, шевеля усами, делает интригу из того поедет ли Путин на саммит G20 в Индонезию или будет занят чем-то более значимым, на самом деле все уже решено. Животный страх заставляет «всесильного властелина» судорожно биться в истериках от мысли, а вдруг его, как террориста или военного преступника арестуют вдалеке от его подземелий. Тогда все – крышка и петля, как у Саддама. Своего рода это синдром Януковича, который ещё легко отделался.

Не меньше Путин опасается факелоносцев войны, таких как Пригожин или Кадыров. Эти птенцы путинского гнезда так оперились, того и смотри самого верховного сожрут. Если ранее альтернативой Путину рассматривали Шойгу, то вчера в день десятилетия пребывания во главе МО РФ, к токсичному министру очереди лизоблюдов с подарками замечено не было. Шойгу сожрали вагнеровцы и кадыровцы.

Вместо подарка от Путина верхушка минобороны получила отменную затрещину. Оказалось в Кремль просочились сведения, дискредитирующие армию. Сначала ходили слухи о гибели бойцов из Приморья. Потом на луганском участке фронта намедни украинские черноземы засорили трупы около 500 воронежских мобиков. Указанные одноразовые бойцы без обучения, без офицеров, без нормального вооружения стали просто мишенями в огневом мешке ВСУ. Судить что-либо о данном событии трудно, но стихийный сход жителей Воронежа с требованиями спасти выживших вызвал у путинцев припадок.

Дело запахло крупным шухером, потому сам вождь выехал на встречу с родственниками заложников бессмысленной войны. Дело-то не шуточное – в одном бою покрошили столько биомассы. Тем более мобилизации продолжается, 80 тыс. мобиков в зоне боевых действий могут взбунтоваться от такого паскудного отношения и обратить штыки на подлинного врага, т.е. дрожащую по любому поводу кремлёвскую тварь.

В Твери, обычно пофигистичный к проблемам «глубинного народа», Путин призвал власти на всех уровнях проявлять внимание ко всем мобилизованным, где бы они ни находились — на полигонах или в зоне боевых действий. Пусть хоть перед упаковкой в пластиковые мешки ощутят на себе последнее радение родины. Параллельно правда появилась инициатива всех, бегущих от могилизации россиян метить в паспорте позорным штампом. Какая-то скотская забота, как ни поверни.

(Оновлено 15:00)

«Деловая столица»

Юрий Вишневский, политический обозреватель

После освобождения Херсона. Заставят ли Зеленского договориться с Путиным о перемирии

У Путина — цейтнот. Ему нужно переломить ход событий срочно, прямо сейчас. И его шансы добиться этого невелики

На дипломатическом фронте у нас проблемы. Об этом свидетельствуют публикации как в американских, так и в европейских медиа. Однако все познается в сравнении. У Кремля проблемы на порядок серьезнее, чем у нас.

Зачем приезжал Салливан

Газета The Wall Street Journal рассказала некоторые подробности, зачем 4 ноября приезжал в Киев советник президента США Джо Байдена по вопросам национальной безопасности Джейк Салливан. Сразу подчеркнем, что с Салливаном регулярно контактирует руководитель офиса президента Украины Андрей Ермак. Банковая очень дорожит этой связью, а сейчас — особенно. Именно поэтому Владимир Зеленский во время визита Салливана вручил ему орден князя Ярослава Мудрого ІІ степени.

The Wall Street Journal отмечает, что Салливан прибыл в Киев, чтобы поговорить с Зеленским и министром обороны Алексеем Резниковым — хотя такие встречи традиционно проводятся государственным секретарем или министром обороны США. «Салливан обратился к руководству Украины, призвав его публично заявить о своей готовности урегулировать конфликт», — пояснила газета цель визита, ссылаясь на анонимного представителя Белого дома. По словам этого чиновника, США не подталкивают Украину к переговорам, а просто хотят показать союзникам, что Киев ищет решение конфликта, который повлиял на мировые цены на нефть и продукты питания.

Днем раньше о такой позиции Белого дома сообщила газета The Washington Post. Ссылаясь на «людей, знакомых с дискуссиями», она рассказала, что «администрация Байдена в частном порядке призывает лидеров Украины сигнализировать об открытости к переговорам с Россией и отказаться от публичного отказа участвовать в мирных переговорах, если президент Владимир Путин не будет отстранен от власти». Под «публичным отказом» имеется в виду указ Зеленского от 30 сентября, где констатируется «невозможность проведения переговоров с президентом Российской Федерации В.Путиным».

По словам источников газеты, просьба американских официальных лиц не направлена на то, чтобы подтолкнуть Украину к столу переговоров, скорее это попытка обеспечить поддержку киевского правительства другими странами. «Хотя официальные лица США разделяют мнение своих украинских коллег о том, что Путин пока несерьезно относится к переговорам, они признают, что запрет Зеленского на переговоры с Путиным вызвал обеспокоенность в некоторых странах Европы, Африки и Латинской Америки, где война ведет к разрушительным последствиям. Наиболее остро ощущается воздействие на наличие и стоимость продуктов питания и топлива», — предполагает газета.

Она отмечает и другой фактор — внутриполитическую ситуацию в США. Опросы показывают, что республиканцы все меньше поддерживают продолжение финансирования украинских вооруженных сил на нынешнем уровне, и Белый дом может столкнуться с сопротивлением после промежуточных выборов 8 ноября, пишет The Washington Post.

Главное сказано в конце статьи. Газета продвигает идею, что Украина должна пойти на уступки Путину. «Несмотря на отказ украинских лидеров разговаривать с Путиным и их клятву бороться за возвращение всей Украины, официальные лица США говорят, что они считают, что Зеленский, вероятно, поддержит переговоры и в конечном итоге пойдет на уступки, как он предполагал в начале войны. Они считают, что Киев пытается зафиксировать как можно больше военных успехов до наступления зимы, когда может появиться окно для дипломатии». Кроме того, по мнению газеты, некоторые страны Большой семерки «видят потенциальный поворотный момент, если украинские силы приблизятся к Крыму». Похоже, под уступкой Путину понимается как минимум Крым.

Европейские фантазии

Подобные темы звучат и в европейских медиа. Так, в журнале Der Spiegel вышла статья «Все больше немцев верят российской пропаганде», где представлено исследование берлинского института CeMAS, посвященное «пророссийским конспирологическим нарративам» и распространению дезинформации в немецком обществе. Доля тех, кто согласен или отчасти согласен с мнением, что «НАТО так долго провоцировал Россию, что ей пришлось вступить в войну», по сравнению с апрелем выросла с 29 до 40%. А доля тех, кто считает или частично считает Путина борцом с тайным всемирным правительством, выросла с 32 до 44%. Эти идеи пропагандируются на пророссийских митингах, которые проходят под лозунгом Wutwinter («Злая зима») и эксплуатируют тему подорожания энергии и возможных проблем в теплоснабжении.

А о подталкивании Киева к уступкам рассказала итальянская газета La Repubblica в статье «Взятие Херсона, а потом переговоры». По ее сведениям, в свежих аналитических материалах, циркулирующих в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, столкновение в районе Херсона приобретает стратегическое значение не только с военной точки зрения, но и с политической и дипломатической. Победа над российской армией в Херсоне «может означать реальную возможность начать первые настоящие переговоры с Москвой». «Именно по этой причине из США — через Брюссель — приходит сообщение, которое также представляет собой приглашение украинскому правительству: если и когда Херсон будет возвращен, тогда можно начинать переговоры. С позиции силы, а не слабости», — рассказывает газета.

И дальше она сообщает, что у Вашингтона появился новый мотив затормозить войну. «Те решения, которые предполагались несколько месяцев назад в отношении возможной «смены режима» в Кремле, сейчас устарели. На данный момент для Соединенных Штатов полное поражение Путина будет иметь худшие последствия: передача контроля над Россией Китаю. Поэтому лучше иметь враждебного лидера, но побитого и независимого от Пекина», — предполагает La Repubblica. И в конце статьи фантазирует: «Война переходит в другую фазу благодаря своего рода «параллельному сближению» интересов Кремля и Белого дома. Переговоры точно не приведут сразу к миру, но, возможно, к прекращению огня на Донбассе. А также к продлению зернового соглашения».

Наши проблемы и проблемы Кремля

Конечно, все это говорит о том, что у нас есть проблемы. Одна из них четко проявилась еще два месяца назад: отсутствие взаимопонимания между Белым домом и Банковой на самом глубинном уровне, на уровне парадигм, по вопросу о переговорах с врагом. Парадигма Белого дома — не идти на переговоры, пока твои позиции слишком слабы, а соглашаться на переговоры только тогда, когда твои позиции достаточно сильны, чтобы ты мог диктовать условия врагу. Парадигма Банковой противоположна: если твои позиции слабы — значит, нужны переговоры, а если сильны — то переговоры не нужны. Указ о невозможности переговоров с Путиным — как раз из этой серии.

Фактически мы попросту отказались от войны на этом участке дипломатического фронта и отдали Путину этот козырь, вместо того чтобы самим уличать его в нежелании искать дипломатические решения. И это, наверное, ухудшило возможности администрации Байдена вести дипломатическую игру в нашу пользу.

Но все же не стоит преувеличивать значение этой проблемы. Она не будет играть определяющую роль в ближайшем развитии событий. То же можно сказать и о проблеме усталости американцев и европейцев от Украины. Да, эта проблема есть, и она, наверное, будет усугубляться. Однако в ближайшие месяцы она не будет иметь решающего значения.

А у Путина — цейтнот. Ему нужно переломить ход событий срочно, прямо сейчас. И его шансы добиться этого невелики.

Главную роль тут играют ВСУ (конечно, с помощью западных поставок вооружений). Усталость от Украины и вообще желание подтолкнуть Киев к уступкам Москве усиливаются тогда, когда Россия имеет успехи на фронте. Ну или когда Кремль титанически надувает щеки — как он сделал это полтора месяца назад, объявив мобилизацию. Однако сотни тысяч чмобиков (частично мобилизованных), как и десятки тысяч зэков, рекрутированных Пригожиным, не принесли Путину перелома ни на одном участке боевых действий. И когда российские войска потерпят фиаско на правобережье Херсонщины, можно будет ожидать нового подъема проукраинских настроений в США и Европе. А это точно не лучший фон для чьих-либо попыток заставить Киев согласиться на прекращение огня.

Кроме того, в Белом доме прекрасно знают, что Зеленский не может пойти на уступки Путину, потому что украинское общество категорически против любых уступок (и об этом говорят все соцопросы). Поэтому надежды Путина и его западных лоббистов, что Вашингтон принудит Киев, иллюзорны. К тому же администрации Байдена это совершенно не выгодно из внутриполитических соображений. Тот факт, что Украина с помощью американского оружия уже девятый месяц дает отпор российской агрессии и наносит врагу поражения, — это фактически единственный крупный успешный кейс Байдена во внешней политике, и демократам нет смысла разменивать его на какие-то договорняки с Путиным.

Наконец, против Путина играет его реноме. Он не только военный преступник. Он еще и недоговороспособен. Он лично и многократно солгал лидерам практически всех стран Большой семерки, когда заверял их, что у него нет планов нападать на Украину. Он продолжает выдумывать все новые сказочные объяснения развязанной им войне. И его постоянная ложь уже никого не пугает и даже не смешит.

Поэтому крайне сомнительно, чтобы Байден и другие западные лидеры захотели поверить Путину «в последний раз». Хотя, конечно, в Кремле могут надеяться опять всех обмануть.

(Оновлено 14:00)

Радио Свобода

Николай Берг

Стал островом. Жизнь Крыма после взрыва на мосту и введения особого режима

Подрыв моста через Керченский пролив и введение особого режима готовности на аннексированном полуострове оказали влияние на повседневную жизнь крымчан. Товаров из России теперь приходится ждать неделями, на дорогах участились досмотры автомобилей, а поезда и пассажирские катера отныне запрещено фотографировать. При этом назначенные Кремлем руководители Крыма и Севастополя заявляют, что никаких особых мер не принимается.

В начале октября на мосту через Керченский пролив прогремел взрыв. После этого Владимир Путин своим указом ввел режим «среднего уровня реагирования» в аннексированном Россией Крыму и ряде регионов страны. Этот документ дает главам нескольких российских областей дополнительные полномочия для защиты общественной безопасности. Что касается Крыма, назначенные Москвой власти теперь могут вводить особый режим въезда и выезда с полуострова, ограничивать перемещения людей по его территории, временно отселять жителей в безопасные районы, досматривать автомобили и так далее.

Главы российских администраций Крыма и Севастополя Сергей Аксенов и Михаил Развожаев сразу же заявили, что пока не собираются менять привычный уклад жизни. «Введение комендантского часа и ограничений на въезд и выезд на данный момент не планируется», – написал Аксенов в своем телеграм-канале. По его словам, в регионе и так уже действует высокий уровень террористической опасности, поэтому дополнительно усиливать безопасность ключевых объектов не нужно.

О том же сказал и Развожаев: «Никаких особых дополнительных мер, которые сейчас необходимо вводить для обеспечения безопасности, в Севастополе не требуется. У нас сейчас на въезде работают стационарные круглосуточные посты. Силами ГИБДД и Росгвардии проводится контроль въезжающего транспорта, особенно грузового, и выборочно – частных машин. Тотальных ограничений никаких мы пока вводить не планируем».

Тем не менее меры безопасности на полуострове после путинского указа явно были усилены. На автомобильных дорогах при въезде в Севастополь впервые с начала войны появились двойные кордоны. Так, со стороны Ялты первый пост ГИБДД установили в районе поселка Форос, второй – в селе Гончарном. При этом если еще в сентябре в Гончарном просто дежурили несколько машин ДПС, то теперь у обочины дороги поставили бытовку, чтобы полицейские несли вахту непрерывно.

Особенно внимательно машины проверяют на подъездах к мосту через Керченский пролив. После взрыва 8 октября, разрушившего два дорожных пролета, этим маршрутом могут пользоваться только легковые автомобили и рейсовые автобусы (последним разрешили проезд по мосту с 17 октября). Все автомобили тщательно досматривают, а некоторые – просвечивают при помощи рентгеновской установки (летом на мосту ограничивались визуальным осмотром автотранспорта, да и то лишь выборочно). От этого с обеих сторон переезда почти постоянно возникают заторы. По словам автолюбителей, пробки в сторону Крыма регулярно растягиваются на 3–4 километра.

В Севастополе после введения особого режима чиновники озаботились состоянием подвалов многоквартирных жилых домов, чтобы в случае опасности их можно было использовать в качестве бомбоубежищ. В последние недели по всему городу появились информационные таблички, извещающие, где находятся укрытия. Навигацию начали развешивать еще летом, но сейчас работа активизировалась. Севастопольцам рекомендуют заранее найти путь к ближайшему убежищу, если в их доме нет подвала или подземной парковки. При этом дать месторасположение укрытий списком власти отказываются «из соображений безопасности».

Российский мэр города поручил расчистить подвалы домов от мусора, вывести крыс, принести скамейки или старые стулья и обеспечить каждое подземное помещение запасом воды, чтобы люди при необходимости могли там прятаться несколько часов. А поскольку денег и работников на приведение подвалов в божеский вид у города нет, Михаил Развожаев предложил севастопольцам выйти на субботники и самостоятельно заняться оборудованием укрытий.

Забота об общественной безопасности порой приобретает неожиданные для жителей полуострова формы. Так, с недавнего времени пассажирам запретили делать фото- и видеосъемку на паромах и пассажирских катерах, курсирующих через Севастопольскую бухту. На причалах появились соответствующие уведомления, при этом в них нет ссылок на какие-либо указы и постановления местной администрации. Нарушителей запрета грозятся передавать в руки правоохранительных органов. По словам очевидцев, охрана строго следит за выполнением предписания и заставляет людей удалять фото из телефона, если ловит их за съемками.

После введения режима «среднего уровня реагирования» запрет на съемки также был введен на железной дороге. «Действует запрет на проведение съемок специальных и литерных составов, инженерных сооружений (мостов, тоннелей), объектов систем связи, навигации и управления движением транспортных средств, в том числе с привязкой к геолокации», – сообщили в пресс-службе предприятия «Крымская железная дорога». При этом гражданам позволено делать снимки «для личного пользования» внутри поездов, вокзалов и на перронах, а также фотографировать вокзалы и подвижной состав общим планом, «без детализации их конструктивных особенностей».

Определенные бытовые неудобства, с которыми крымчане столкнулись в последнее время, никак не связаны с введением особого режима. После того как мост через Керченский пролив перестал работать в обычном режиме, доставка грузов в Крым осложнилась. Грузовикам и фургонам приходится, как в прежние времена, пересекать пролив на паромах. Сейчас их на линии работает всего четыре. Они не справляются с транспортным потоком, из-за чего на переправе образуются очереди, которые растягиваются на десятки километров. По словам водителей, время ожидания переправы для малогабаритных автомобилей в последние дни снизилось до 13 часов, фурам приходится стоять до четырех суток. По данным Оперативного штаба Краснодарского края, по состоянию на 28 октября в очереди на паромную переправу ожидают около 800 грузовых автомобилей. При досмотре в порту машину иногда заставляют полностью опорожнять, после чего груз обследуют со служебной собакой.

Российские власти предлагают водителям следовать на полуостров по альтернативному маршруту через временно оккупированную территорию Украины. Некоторые следуют этому совету. «Я сам из Краснодара в Крым езжу каждую неделю. После ЧП на мосту – только вокруг. Если у тебя есть желание выспаться и ничего не делать суток пять, езжай на паром», – говорит дальнобойщик по имени Виталий.

Однако многие воздерживаются от проезда по территории, где совсем недавно велись активные боевые действия: небезопасно, да и дороги «убитые». «Лучше сутки простоять в очереди на паром, чем те же сутки трястись по кочкам», – делится своим опытом Сергей Ким, который возит грузы на небольшом фургоне.

Чтобы справиться с многокилометровой очередью на паром со стороны Кубани и заставить сомневающихся доставлять грузы через оккупированные Донецкую, Запорожскую и Херсонскую области, власти Краснодарского края с 27 октября закрыли большегрузам дорогу к переправе. Исключение сделали для машин, которые везут военные и специальные грузы, лекарства, строительную технику, скоропортящуюся продукцию, а также отдельные виды продовольственных и непродовольственных товаров первой необходимости.

Трудности с логистикой привели к тому, что в Крыму стали происходить перебои с поставками товаров. В первую очередь это коснулось молочной продукции, которая долго ждать своей очереди не может. В популярной крымской розничной сети «Магазинчик» сообщили, что «молочка на базе имеется в наличии, но ввозится в ограниченном количестве».

Увеличились и сроки доставки покупок на полуостров через популярные российские сервисы. Товары, заказанные через Ozon и Wildberries, обычно доезжают до Крыма за три-пять суток. Теперь же это время выросло как минимум вдвое. В службе поддержки Wildberries не стали увязывать увеличение срока доставки с инцидентом на мосту через Керченский пролив, сославшись на технические проблемы сервиса. «На данный момент наблюдается задержка по отображению оплаченных заказов в разделе «Доставки». В ближайшее время информация будет обновлена», – пояснили в компании.

Жительница Ялты Елена Савельева рассказала РС, что небольшая посылка, которую она отправила службой доставки СДЭК, шла до Керчи почти две недели. В представительстве компании задержку объяснили тем, что система доставки грузов организована таким образом, что посылки из Крыма сначала отправляются на сортировочный пункт в Краснодаре, а только потом едут обратно в Крым. В итоге отправленный груз дважды пересекал Керченский пролив.

С подобными неудобствами жителям полуострова предстоит мириться еще некоторое время. По последним данным, движение грузового транспорта по Крымскому мосту возобновится не ранее 1 декабря 2022 года. В целом же ремонт поврежденных пролетов продлится по меньшей мере до 1 июля 2023 года – именно до этой даты был заключен контракт с подрядной организацией, которая займется восстановлением магистрали.

Еще одним последствием взрыва на мосту стали экологические проблемы. Экоактивисты, которые координируют сбор и передачу закупщикам вторсырья, сообщили, что в октябре компании из России отказались ехать в Крым за отсортированными отходами. «В этом месяце мы не будем принимать ПЭТ никакой. [Пластиковые] бутылки в этот раз тоже нельзя. Это, будем верить, разовое неудобство из-за диверсии на мосту. Заготовители не хотят (и их можно понять) по девять часов стоять там в очереди, поэтому временно ограничили перечень принимаемых фракций», – сообщили в севастопольской общественной организации «Экопрайд».

Взрыв на мосту и введение особого режима «удачно» совпали с окончанием туристического сезона. Представители турфирм говорят, что в последние недели поток отдыхающих упал практически до нуля. «Октябрь – это последний месяц, когда люди еще более-менее активно едут в Крым, но все равно сезон уже постепенно идет на спад. Многое от погодных условий в это время зависит, они меняются год от года. В этом году спад гораздо более ярко выраженный, учитывая даже то, что в целом в этом году людей приехало меньше, чем обычно, из-за проведения специальной военной операции (так в российских СМИ, а вслед за ними многие россияне, называют развязанную войну России против Украины. – Прим. РС) и ограничений полетов», – сообщила в беседе с корреспондентом РС сотрудница одной из крымских туркомпаний.

Как долго в Крыму продлится действие режима «среднего уровня реагирования», неизвестно. Тем не менее представители российской администрации полуострова предупредили, что при повышении опасности могут быть приняты серьезные ограничительные меры. «Все будет зависеть от обстановки, в том числе в части изменения правил въезда и выезда в республику. Если это будет необходимо для сохранения жизни людей или проведения каких-то мероприятий, решения будут приняты в кратчайший срок», – сказал назначенный Кремлем глава Крыма Сергей Аксенов.

 

Главком

Молдовське видання Rise.md, спільно з Центром «Досьє», встановило імена кураторів ФСБ, що займалися дестабілізацією ситуації у республіці.  У розслідуванні «Куратори Молдови з ФСБ» аналізуються документи, телефонні дзвінки, доповідні записки експертів генштабу РФ тощо. Журналісти називають відповідальним за регіон генерала ФСБ Дмитра Мілютіна, який є заступником керівника департаменту 5-го управління ФСБ Георгія Грішаєва. Молдовським питанням у п’ятому управлінні ФСБ займається Валерій Солоха, а окремо придністровським регіоном – Іван Король. Ще одним з підопічних цих двох у Молдові називають Володимира Антюфєєва, генерал-лейтенанта так званого Придністровського КДБ, який керував спецслужбою невизнаного регіону у 1992-2012 роках, а у 2014 році засвітився у «ДНР», на посаді «віцепрем’єра» з питань силового блоку.

У журналістському розслідуванні йдеться також і про те, на які сценарії розхитування ситуації розраховували в управлінні.

Головний редактор Rise.md Володимир Тхорік у розмові з «Главкомом» зазначає: Молдова перебуває лише на початку кризи, є всі підстави вважати, що через підбурювання внутрішньополітичних протиріч Росія спробує організувати у республіці державний переворот

Агенти Кремля у Молдові. Інтерв’ю з автором скандального розслідування

 

(Оновлено 13:00)

Настоящее время

Тимофей Рожанский

«Привезли и оставили в поле». Родственники раненных под Макеевкой солдат подтвердили Настоящему Времени большие потери среди мобилизованных

О крупных потерях, которые понесли мобилизованные из Воронежской области с первого по третье ноября под Макеевкой в Луганской области, сообщило издание «Верстка»: выжившие рассказали журналистам, что командование оставило солдат, и оценили число погибших в 500 человек.

По информации «Верстки», военным сказали, что они вступят в ряды «территориальной обороны» в Сватове, но их привезли на передовую и приказали рыть окопы: лопат не было, были только штык-ножи, а из оружия – только автоматы. По словам источников издания, не было ни бронетехники, ни поддержки артиллерии, а ВСУ, по их рассказам, вели обстрел ракетами, артиллерией и минометами.

Эти данные требуют подтверждения, которое невозможно оперативно получить во время боевых действий. Но Анастасия Волкова, жена Андрея Волкова, одного из мобилизованных, подтвердила Настоящему Времени, что ее муж во время обстрела под Макеевкой получил тяжелое осколочное ранение.

Подробностей Анастасия не знает:

– Супруг не рассказывал. Он не в состоянии рассказывать. Он после тяжелой операции.

– Он ранен?

– Он ранен.

Сестра еще одного мобилизованного из Воронежа, который тоже попал под массированный обстрел, передала нам слова своего брата: он позвонил домой уже после боя.

«Он контужен. Он сказал, что руки-ноги целы, что просто их привезли и оставили в поле, они там начали окапываться. Потом на них произошло нападение, их обстреляли. Сказал, что у них не было там никакого командования, что они были одни – просто мобилизованные, кого привезли из Воронежа. Что их осталось в живых не так много человек. Очень много раненых в госпиталях. Сколько погибших, неизвестно. Он сказал, что их осталось там около ста человек», – рассказала Алина (имя изменено), сестра мобилизованного из Воронежа.

Жена еще одного мобилизованного (она не захотела называть свое имя) подтвердила слова других участников боя под Макеевкой: из роты ее мужа в живых остались четыре человека, они по-прежнему выполняют боевое задание. Двое раненых – в госпитале, остальные погибли.

Губернатор Воронежской области пообещал вывести мобилизованных с передовой в тыл, но пока, как сообщили Настоящему Времени родственники солдат, ни о каких изменениях им не известно.

 

(Оновлено 12:00)

РБК-Украина

Ульяна Безпалько

Готова ли Россия оставить Херсон и что происходит на фронтах Донбасса

Армия РФ увеличила атаки на разных участках фронта. Где наступают оккупанты и почему у них растут потери – в материале РБК-Украина.

Десятки тысяч российских мобилизованных уже находятся в Украине. Их бросают сразу на поле боя, чтобы в авральном порядке восстанавливать небоеспособные подразделения.

После пополнение своих рядов оккупанты нарастили атаки одновременно на нескольких участках фронта, имеющих для них принципиальное значение. То есть с помощью притока новобранцев противник пытается не просто организовать оборону уже захваченных территорий, но и проводить наступательные действия.

В бой бросают совсем неподготовленных и необученных солдат. Отсюда – рост числа погибших оккупантов, которые мы видим в ежедневной сводке Генштаба. Если еще две недели назад количество российских потерь было в пределах 200-500 человек, то в последнее время оно достигает тысячи.

«Мы слышали заявление главнокомандующего Валерия Залужного о том, что, по крайней мере, втрое увеличилась интенсивность российских атак – до 80 атак в сутки. Соответственно, атакующая сторона несет безумные потери. Они в три-пять, а иногда и в 10 раз больше, чем потери украинских военных, которые держат оборону», – объяснил экс-начальник пресс-службы Генштаба, полковник Владислав Селезнев.

Несмотря на плохое качество мобилизованных, их количество, как бы то ни было, усложняет положение и продвижение украинских войск. Сейчас линия фронта почти не двигается, потому что, во-первых, чем больше россиян – тем больше их нужно уничтожить. Во-вторых, на некоторых участках они идут в контратаки, которые нужно отбивать, и ВСУ отбивают.

В-третьих, украинской армии необходимо закрепиться на освобожденных рубежах и подтянуть туда резервы для дальнейшего движения. В-четвертых, нынешние погодные условия, когда в земле вязнет колесная техника, тормозят наступательные действия. И с этой проблемой, кстати говоря, сталкивается как украинские войска, так и оккупанты.

Восточная зона: Сватово, Кременная, Бахмут и Авдеевка

Вооруженные силы находятся на ближних подступах к Сватово и Кременной – двум важнейшим пунктам обороны противника на северо-западе Луганской области. Основные усилия наших войск сейчас в этой зоне направлены на то, чтобы пересечь трассу Р-66, которая соединяет два города.

По ней идет обеспечение оккупационной группировки в районе Сватово и Кременной. Украинская армия сейчас удерживает эту дорогу под огневым контролем. Вдоль рокады, по сути, проходит одна из линий обороны противника. Чтобы обезопасить свои позиции, агрессор проводит лобовые контратаки на этом участке фронте.

Если говорить о перспективах, то после прорыва в районе Сватово – Кременная для украинских войск открывается оперативный простор – вплоть до Старобельска — Новоайдара и реки Айдар. Это значит, что на этом участке нет российских боевых позиций и войск. По Айдару, вероятно, и будет проходить следующая линия обороны врага в Луганской области. Также нужно отметить, что от Новоайдара идет прямая дорога к Счастью. То есть совершив прорыв на этом участке фронта Вооруженные силы могут двигаться как к Северодонецку, так и к Луганску.

Украинская армия на самом деле уже заняла позиции в северодонецкой агломерации, наступая с другого направления. Речь идет о Белогоровке, которую ВСУ освободили в сентябре. Накопив войска, оккупанты оживили попытки вернуть ее под свой контроль. Важность этого поселка для противника состоит в том, что из него открывается прямой и достаточно удобный путь для наступление на Лисичанск и всю северодонецкую агломерацию.

«Под Белогоровкой оккупанты сейчас совершают ту же ошибку, которую совершали в районе Балаклеи, когда пытались проводить штурмовые действия в направлении Гусаровки. Из Лисичанска они пытаются наступать, потому что Белогоровка – это выгодный трамплин для нашего контрнаступления к северодонецкой агломерации и перерезанию Кременной и Рубежного», – отметил военно-политический обозреватель группы «Информационное сопротивление» Александр Коваленко.

Пока все попытки атак и контратак противника не приносят никакого успеха, разве что огромные потери среди оккупантов. И судя по тому, как агрессор обустраивает свою оборону, распределяет войска и наносит удары, удержание района Кременной для него гораздо важнее чем Сватово.

Еще одна локация, где россияне несут огромные потери – это подступы к Авдеевке Донецкой области. Оккупанты давят на нашу оборону в этом районе уже более чем полгода, пытаясь подойти то с севера, то с юга, то попросту его обойти. Похожая ситуация происходит вокруг Бахмута, который противник фактически равняет с землей. Вражеские группировки, включая наемников из ЧВК «Вагнер», пытаются зайти в город и с востока, и с севера, и с юга, но пока все безрезультатно.

РБК-Украина уже ранее более подробно описывало, почему агрессор так усердно пытается захватить Бахмут. Оккупанты хотят прорваться к водозабору в Часовом Яру, чтобы возобновить водоснабжение Донецка. Плюс, можно предположить, что после потери Изюма и Лимана агрессор собирается развить наступление к району Краматорска – Славянска именно из бахмутского плацдарма.

Приазовье: Угледар

Россияне с конца октября активизировались на еще одном участке фронта – это юг Донецкой области, неподалеку от Волновахи. Оккупанты собрали в этом районе около 5 БТГр, чтобы прорваться к району Угледара. Одна группировка противника двигается к этому городу через Павловку с юго-запада. А вторая действует с рубежа Славное — Сладкое, чтобы подойти c востока. Особых продвижений у агрессора нет, ни на первом направлении – там он остановлен у Павловки, ни на втором.

Можно выстроить несколько версий, почему оккупанты выбрали именно это направление для активизации атак. По одной из них противник хочет обезопасить железнодорожную логистику на юге, идущую через Волноваху. Дело в том, что россияне так и не смогли восстановить полноценное обеспечение своей южной группировки через Крымский мост. Сейчас там используются всего две полосы для движения легковых автомобилей и одна полоса для движения железнодорожного транспорта, отметил Селезнев.

«Для россиян становится актуальным вопрос обеспечения войск на юге. Они начали выводить эту логистику через Волноваху и дальше в сторону Мелитополя, чтобы возить грузы по железнодорожному транспорту. Такая опция у них есть, они ее используют. Но украинские HIMARS могут долетать до этой логистической сети», – объяснил эксперт.

То есть россияне пытаются оттеснить украинские войска на расстояние, с которого они бы не могли обстреливать Волноваху. Еще два месяца назад российские военные блогеры писали о том, что украинская армия якобы готовит наступление именно на этом участке фронта, стянув туда много сил и средств. Если взглянуть на карту, то район Угледара словно вклинивается в позиции оккупантов. Из этого «выступа» можно было бы и вправду удачно развить атаку на Волноваху или даже на Докучаевск, который в оккупации еще с 2014 года. Так что, по другой версий, агрессор сработал на опережение.

«В районе Павловки и Угледара они пытаются выйти на развязку. Они прекрасно понимают, что если в ближайшее время не взять эту развязку, то там может быть наступление украинских войск к Волновахе. Через Волноваху идет единственная железная дорога, которая обеспечивает мелитопольскую группировку», – отметил военный эксперт, полковник Роман Свитан.

Кроме того, из района Павловки и Угледара идут прямые дороги к Большой Новоселке, а также к Марьинке и Курахово. То есть взяв эту локацию, противник получает выгодные позиции для расширения оккупации Донецкой области.

Правобережье Херсонской области

Ситуация на правом берегу Херсонской области выглядит менее понятно с точки зрения замысла противника. C одной стороны, мы видим множество информации и сигналов о том, что оккупанты готовятся отступать за Днепр. Российское командование прогнозирует «непростые решения», а гауляйтеры объявляют эвакуацию.

Передвижение противника на этом участке напоминает броуновское движение. Но при этом линия соприкосновения за последние недели почти не двигается. Так что нельзя исключать, что данные о каких-либо отходах могут распространяться агрессором преднамеренно в каких-то своих целях.

На правобережье по-прежнему остается около 22 БТГр оккупантов. Их количество не сокращается – скорее всего, у них происходит ротация. А чтобы ВСУ не наносили удары по передвижению оккупационных войск, агрессор по традиции решил прикрыться эвакуацией гражданских.

«Часть так называемых тяжелых войск – с техникой, с САУ, которые быстро убежать не смогут – сейчас выводят. На их место с левого берега заводят примерно такое же количество стрелковых соединений, мобилизованных – это военнослужащие с автоматом и несколькими рожками к этому автомату», – говорит Свитан.

У них будет две задачи. Первая – держаться сколько возможно. А если невозможно – быстро убегать, что под силу стрелковым подразделениям, отметил собеседник. Там также остаются воздушно-десантные войска, у которых по штату есть плавающие бронетранспортеры. С помощью этой техники они могут форсировать Днепр за 10-15 минут, говорит Свитан. Что также важно – противник вывозит всех российских медиков, оборудование и медикаменты – причем как свое, так и наворованное.

«Во время контрнаступления или мощной обороны будут сотни или даже тысячи раненых российских оккупантов. Как их будут лечить в таких условиях? Транспортировать их на левый берег будет проблематично. Либо они не ценят жизнь раненых, либо они не планируют держать оборону настолько долго, чтобы раненых было так много», – обратил внимание Коваленко.

Кроме того, оккупанты перемещают на левый берег свою артиллерию. А без нее российская армии не сможет вести ни наступательные действия, ни оборону, уточнил эксперт. Получается, что подразделения на правобережье остаются без главной поддержки.

«Ведь с левого берега невозможно оказывать глубокую поддержку артиллерией. В Херсоне они имитируют некую подготовку к уличным боям. Хотя россияне в городских боях не профессионалы. Поэтому если они артиллерией не ровняют город с землей, у них нет успеха – это в наступлении. А в Херсоне у них будет оборона. И поддержки артиллерии у них, очевидно, не будет», – отметил Коваленко.

Если сложить все события и факторы вместе, похоже, что агрессор, действительно, не собирается изо всех сил держаться за правобережье. Но он настроен сдерживать наше продвижение. Усложненная логистика и постоянные огневые удары пока еще не стали теми аргументами, которые бы заставили оккупантов уже сейчас бежать и сдавать Херсон. Но его освобождение – всего лишь вопрос недолгого времени. Российская пропаганда уже готовит внутреннюю аудиторию к тому, что им в какой-то момент придется покидать правобережье.

Даже приток мобилизованных не помогает РФ добиться хоть каких-то подвижек на фронте. Время не играет на их поле боя. У них, действительно, неограниченный человеческий ресурс – миллионы, которые можно отправить погибать в Украину. Но это не решает их проблему с техникой и вооружением, из-за которой россияне уже опустошают беларуские запасы и выводят на фронт почти что музейные советские образцы.

Перспектив, что агрессор сможет расширить оккупированные земли, пока не проглядывается. А удержать уже захваченные им едва ли позволят ВСУ. В этих условиях у Кремля, похоже, единственный расчет – удары по энергетической инфраструктуре. А дальше – «либо сидите без света, воды и тепла, либо садитесь за стол переговоров».

Чтобы избежать такого развития событий, нужна выдержка и поддержка наших западных партнеров. Воздушные силы достаточно метко сбивают вражеские ракеты и дроны советскими установками C-300. С помощью современных комплексов ПВО, которые нам только начали поставлять союзники, эффективность ликвидации воздушных целей будет еще выше.

 

(Оновлено 11:00)

Юрий Романенко

«Мрії» и реальность украинского оборонпрома

КБ «Антонов» заявило, что достроит за 500 млн евро вторую «Мрию». Причем в каком-то секретном месте. Эти идиоты намекают, что это место еще и в Украине. Учитывая, что на Антонове долгие годы сливали секретную инфу русским, то ФСБ там наверное ржало как кони, когда читало об этих секретах. Лучше бы вы в секретное место накануне войны переместили «Мрию», когда целому «гиганту» мирового автопрома, что за последние 6 лет не произвел ни одного самолета, не хватило мозгов топ-менеджмента, чтобы вывезти в ту же Германию «гордость Украины».

Теперь о реалиях, а не «мриях».  Я бы советовал «Антонову» перестать маяться бурной имитацией  деятельности и наконец построить хотя бы один боевой дрон. Ну хотя бы ту же самую «Горлицу», которая уже сколько там лет пылится где-то в цехах.

Тем более, если «Антонов» где-то нашел 500 млн евро, то пусть на эти деньги построит десяток тысяч дронов типа «Шахидов». Один примитивный «шахид» стоит 30 тыс долларов. Если Украина будет пускать каждый день 50 шахидов одновременно на один блок трансформаторов на какой-нибудь электростанции в России, то в сутки будет уходить 1,5 млн долларов на один залп. Это означает, что к концу зимы вся европейская часть России была бы без света, ну и или ее значительная часть. А еще без нефтеперерабатывающих заводов и много чего еще. Даже если один шахид из залпа в 50 штук будет долелать до цели, то к концу зимы были бы поражены десятки стратегических целей.

Причем Украине (или мифическим донорам «Антонова»)  в месяц бы это обходилось в 45 млн долларов! То есть,  500 млн мифических антоновских долларов, которые идиоты-распильщики хотят потратить на никакому ненужный пепелац хватит на год активного закошмаривания России.

Антоновцы, начните наконец ставить перед собой реалистичные цели. Если бы вы не были импотентами и реально были бы способны это делать, то у вас не было проблем с тем, что делать в условиях войны. Но вы ведете себя так, как будто ничего не изменилось. Как и большая часть нашего безумного вороватого и насквозь прогнившего ВПК. Потому вызываете хохот и рыдания. Во что превратилось КБ, которое когда-то создавало чудесные машины…

Анатолий Несмиян

Ни Минобороны, ни администрация президента не поддержали идею депутатов и сенаторов вновь увеличить срок службы в армии по призыву до двух лет, сообщили источники «Ведомостей».

Как пояснил один из собеседников, власти посчитали необходимым сделать упор «не на количественной, а на качественной» подготовке военных.

Скорее всего, здесь нужду выдают за добродетель. Сломать просто, отремонтировать или тем более восстановить — гораздо сложнее.

Концепция «призывная армия — это курс молодого бойца для будущих контрактников» нуждается в коротком сроке службы по призыву. За год вполне можно дать первичные навыки военной службы, а для большего эта концепция неприменима.

У подобной схемы есть свои ограничения. В том числе они касаются и срока службы. Нет ни малейшего резона держать в рядах людей, которые в будущем не хотят связывать себя с контрактной армией. Если человек не будет служить после срочной, то он что через год, что через два решение вряд ли поменяет. А через годичную армию можно пропустить больше людей, значит, обеспечить больший ресурс для наемной контрактной армии.

Ни для чего другого призывная армия сегодня не служит. Никто всерьез не собирается «качественно» обучать призывников — призывная армия для другого.

Увеличение срока службы — это смена концепции. А это, ко всему прочему, серьезные инфраструктурные вложения и восстановление того, что было «оптимизировано» при Сердюкове.

«Оптимизацию» же проводили не просто так: система исчерпала свободный ресурс, а потому начала прожирать ресурс развития. Майские указы Путина — они как раз про изъятие ресурса развития. Возвращаться обратно просто по указу или закону невозможно: разрушено и уничтожено очень много, потребуется гигантская работа и очень серьезные ресурсы. Которых нет.

Единственное, что сейчас власти доступно — экстраординарные решения несистемного порядка. Мобилизация, к примеру. Уже понятно, что инфраструктурная недостаточность армии колоссальная: минимум треть мобилизованных просто негде размещать. Поэтому, кстати, примерно треть сразу отправили в войска затыкать дыры потерь безо всякой подготовки — негде готовить. Относительно нормально разместили еще примерно треть, причем на базе тех частей, которые убыли на фронт. Оставшаяся треть за полтора месяца как-то и куда-то размещена, но по сути, готовить ее негде.

Между прочим, это один из аргументов против панических разговоров о том, что под мобилизацию подпадет одномоментно полмиллиона или даже миллион человек — на них у армии, скорее всего, даже палаток нет. Всё «оптимизировано» дочиста.

Без мощных инфраструктурных вливаний мобилизация может проходить только как замена выбывшим: сколько выбыло — столько и забрали с гражданки. Соображения гуманизма здесь ни при чем: некуда их размещать.

Поэтому 80 тысяч сразу бросили на фронт — вчерашняя информация от Путина (80 тысяч в зону СВО, 50 из них — непосредственно в боевые порядки) как раз и подчеркивает, что мобилизация — она не для усиления, а для замены убыли личного состава. Кого-то заменили обычным порядком — контракты ведь все равно заключают, а вот «кассовый разрыв» и заткнули мобилизованными. В каком-то смысле это возможность косвенного подсчета реальных потерь, а не той туфты, которую нам несут из телевизора.

В общем, даже если бы очень хотелось ввести два года (а два года хороши тем, что можно снять ограничения на участие призывников в боевых действиях), но объективных предпосылок для этого нет.

Власть сейчас вынуждена действовать по принципу: если хоть как-то работает, то лучше не трогай, а то точно сломается.

Поэтому, кстати, и перманентная мобилизация — сентябрьско-октябрьская мобилизация была вынужденным мероприятием, так как «кассовый разрыв» был уже слишком велик. Теперь будут забирать по мере числа потерь — не оптовыми партиями, а в мелкую розницу.

 

Sergey Naumovich

Ой. Пишут, что в порту Астрахани ночью сгорел корабль с новой партией иранских дронов-камикадзе (или с составными частями к ним). Они прибыли в разобранном виде и оказывается, что орки их обычно собирали на территории РФ.

Простая же техника безопасности: просто не курить возле опасных грузов и объектов. Ну ок, курите, если очень хочется! Штош…

Доброго ранку, товариство!

 

(Оновлено 10:00)

Украинская правда

1 березня – найбільш трагічний день російської агресії для Херсона. Після оточення міста росіяни почали заходити в обласний центр з кількох напрямків. Один із їхніх маршрутів – зі сторони міжнародного аеропорту та чорнобаївського аеродрому через вулицю Нафтовиків.

По цій дорозі в Бузковому парку окупантів зустріли бійці Сил територіальної оборони. Подальші події можна описати як героїчні та трагічні одночасно. Чотири десятки херсонців вступили в бій з росіянами, чиї сили значно переважали. Українці були з автоматами та «коктейлями Молотова», окупанти – на броньованій техніці.

2 березня з’явилося відео з того місця, яке шокувало херсонців. Серед скошених вогнем з крупнокаліберної зброї дерев лежали тіла загиблих українців. У багатьох з них були відсутні кінцівки чи голови.

Росіяни намагалися приховати цей епізод окупації міста, стерти його з історії війни. Але це їм не вдалося. У травні в Бузковому парку херсонці облаштували Меморіал бійцям Херсонської тероборони, які звитяжно загинули 1 березня.

Тривалий час про той бій нічого не було відомо. Саме відео видалили з Youtube чи то через шокуючий контент, чи то через дії окупантів щодо приховування слідів кривавої окупації Херсона. Також мовчали учасники бою, яким вдалося вижити.

Автори проєкту «Великі битви» розшукали одного з бійців, який брав участь у тому бою. Станіслав Вазанов продовжує служити в херсонській теробороні. Нині він старший бойовий медик роти у 192-му херсонському батальйоні Сил ТрО, має позивний «Медик».

Станіслав – перший, хто розповідає про бій у Бузковому парку. Він вважає, що херсонці та й усі українці мають знати про цей героїчний та водночас трагічний епізод війни. Далі – його історія від першої особи.

Подвиг у Бузковому парку. Невідома історія окупації Херсона

 

 

(Оновлено 9:00)

Уніан

Ирина Погорелая

ISW рассказал, от кого зависят действия Путина в Украине

Аналитики указали, что в то время, как Пригожин и Кадыров остаются независимыми, действия Путина в Украине от этих двоих зависят все больше.

Действия президента России Владимира Путина в Украине зависимы от сил финансиста частной военной компании (ЧВК) «Вагнер» Евгения Пригожина и чеченского лидера Рамзана Кадырова.

Как говорится в свежем докладе Института изучения войны (ISW), группа российских провоенных силовиков увеличивает свое влияние частично для продвижения личных интересов в РФ и на оккупированных частях Украины, а не исключительно для победы РФ в войне.

Финансист ЧВК «Вагнер» Евгений Пригожин подтвердил 6 ноября, что «Вагнер» открывает в Курской и Белгородской областях учебные и управленческие центры для народных ополченцев, которые будут функционировать вне Вооруженных сил России.

Другой член партии «силовиков», чеченский лидер Рамзан Кадыров, как сообщается, также пытается обеспечить себе бизнес-возможности на фоне российского вторжения в Украину.

Украинский центр сопротивления отмечает, что Кадыров и его полевые командиры расширяют бизнес-сети на оккупированных территориях.

Как отмечают аналитики, и Пригожин, и Кадыров остаются независимыми фигурами в России из-за зависимости Путина от их сил в Украине.

В ISW указали на то, что российские журналисты часто спрашивают Пригожина о его амбициях в отношении Кремля, которые, несмотря на его неоднократные возражения, свидетельствуют о том, что он создал в обществе представление о его возможном приходе к власти. Такие дискуссии расходятся с десятилетними позиционированиями Путина как единственного лидера для России.

Также институт обратил внимание на то, что российские войска значительно истощили свой арсенал высокоточных систем вооружений и понесли значительные потери в авиации и, вероятно, будут стараться поддерживать нынешний темп ударов по украинской критической инфраструктуре.

Кроме того, по данным экспертов, российские оккупационные власти, вероятно, начинают новый этап так называемой «эвакуации» из Херсонской области.

Помимо этого, как подчеркнули аналитики, информация о широкомасштабных провалах российского военного руководства приобретает социальную динамику. Российские блогеры заявили, что женщины, предположительно, родственницы военных РФ и мобилизованных, привлекают внимание к провальному состоянию войны. В ISW предположили, что неспособность Минобороны РФ решить эти системные проблемы и их первопричины, вероятно, будет усиливать социальное напряжение на протяжении всей войны.

Пригожин заявил о вмешательстве в выборы в США

Российский олигарх заявил что он «вмешивался, вмешивается и будет вмешиваться» в американские выборы.

Представитель Госдепартамента Нед Прайс назвал это «наглым признанием» и проявлением безнаказанности как самого олигарха, так и высшего руководства России.

В США убеждены, что Пригожин не стал бы такое говорить без согласия Кремля.

Как известно, ранее Пригожин лично агитировал «зэков» и завербовал более тысячи заключенных на войну в Украине.

 

Лінія оборони

Anti-colorados

День сплошных разоблачений

Сегодня случилось несколько событий, которые либо внесли ясность в то, что присходит вокруг, либо дали ответы на некоторые вопросы, так или иначе, касающиеся всех. Правда, кого-то они касаются прямо и непосредственно, а кого-то так, что до определенной поры от этого можно отмахиваться без особых последствий. Тем не менее, давно известно о том, что откладывание проблемы, которая не разрешится сама собой, не самая лучшая тактика. Это все равно, что регулярно заметать мусор под ковер. Рано или поздно, его прийдется выметать и оттуда, но уже в куда большем объеме.

Так например, из Австралии нам пишут о том, что в понедельник там поставили окончательную точку в тяжбе вокруг решения правительства о том, что в стране не будет никаких религиозных анклавов и что там либо живут по действующим законам, либо едут из страны насовсем. По крайней мере, внутри страны по своим собственным законам не будет жить никто. Суть эпопеи заключается в том, что группа мигрантов, переехавших в Австралию, стали предъявлять местным властям требования о том, чтобы те корректировали жизнь в месте их нахождения под требования шариата, которого они придерживаются.

Толерантные австралийцы сначала подвисли, а потом пояснили деятелям, что их религиозные взгляды остаются их личным делом, пока они не пытаются навязывать их окружающим и пока они не входят в противоречие с местным законодательством. Оппоненты возмутились и стали рассказывать о том, что власти ущемляют их религиозные чувства и далее – по списку. Мы бы и не обратили внимания на эту эпопею, но уж больно она напоминает то, что происходит у нас с «мышыбратьями». Они тут пытались качать свои правила, а когда этот номер не прошел, стали орать «прутин введи».

И вот австралийцы показали то, как должно поступать здравомыслящее правительство любой страны. Любителям шариата пояснили, что эти взгляды из них никто не собирается выбивать. Если они считают, что это – правильно и соответствует цивилизации 21 века, то в таком случае, они имеют право жить именно таким образом в странах, где шариат является  действующей правовой системой. То есть, ты едешь к шариату, а не шариат тащишь в Австралию. Тоже самое надо ввести и у нас. Всем любителям «русского мира» следует ехать туда, где его как го*на и жить там в счастье, а не пытаться втащить это го*но в Украину. На самом деле – все просто и Австралия показывает, что это – правильно и действовать надо именно таким образом.

И раз уже речь зашла о религиозных вопросах, то прямо сейчас в Сети распространяется очередное видео религиозного характера, которое показывает эпизод из духовной жизни паствы кремлевского патриарахата. Напомним, первое такое видео появилось где-то месяц назад и мы специально писали по тому поводу небольшой очерк. На том видео можно было наблюдать, как двое военных гундяевского патриархата занимаются их исконным богослужением, а именно – один военнослужащий целовал у другого икону. Потом прошло видео о том, как в военной палатке один военнослужащий того же патриархата подталкивал на путь истинный второго. Сзади. И вот новое видео снова показывает примерно такого ракурса богослужение с подталкиванием.

Как пишут, эти богослужения там происходят повсеместно и те двое, что были запечатлены на видео, не принадлежат к петушиным батальонам Пригожина, которые он формирует из опущенных на зонах. Можно только представить, какие групповые богослужения происходят именно в пригожинских подразделениях. Наверное, полное и качественное видео не пропустила бы даже немецкая цензура, поскольку для нее это был бы явный перебор.

Ну и чтобы подвести итог этому дню именно в таком ключе, есть еще одно разоблачение или скорее – признание, которое сделал лично товарищ Пригожин, которого в их сегменте Сети становится все больше. Дословно он сказал следующее:

«Господа, мы вмешивались, вмешиваемся и будем вмешиваться в выборы в США – ред.). Аккуратно, точно, хирургически и по-своему, как мы это умеем. Во время наших точечных операций будем удалять сразу обе почки и печень».

Он не уточнил, на чьей стороне они вмешивались и на какую партию или конкретного кандидата работали, но все и так хорошо знают, о ком он вел речь. Так что всем, кого еще не тошнит от Чубчика, не должно тошнить и от Пригожина, поскольку это – одного поля ягодки.

 

Грани.ру

Памяти Александра Мнацаканяна

В Москве умер правозащитник и журналист Александр Мнацаканян, человек абсолютного бесстрашия и честности. Он работал в Чечне и Грузии, на акциях протеста в Беларуси, на киевском Майдане и в Крыму в момент оккупации. Публикуем его обращение к украинцам от 14 апреля 2014 года.

Украинцы, друзья мои!

То, что я хочу вам сказать, будет выглядеть немного не по-людски. Но не сказать этого нельзя.

В какой-то момент меня очень порадовали дружелюбие и невоинственность вашей армии. Не только месяц назад в Крыму, но и раньше. Например, когда под Севастополем на Фиоленте рядовой обращается по рации к лейтенанту с просьбой прервать на 5 минут стрельбы и дать пройти гражданским вдоль берега моря.

Сейчас же это дружелюбие меня вовсе не радует. За 23 года независимости ваши солдаты не участвовали ни в одной войне. Ну, разве только УкрБат на Балканах порох нюхал немного. Ветераны Афганистана — те в подавляющем большинстве в отставке или на высоких должностях, не связанных с боевыми действиями напрямую. Со всей очевидностью, у украинских военных нет не привычки, ни желания убивать.

Россия же в это время вела постоянные войны. Только за последние годы — Чечня, Дагестан, Грузия (Осетия и Абхазия). Российские военные привыкли убивать. Они привыкли к тому, что противник должен быть уничтожен, привыкли к вывернутым кишкам и оторванным конечностям — своим и чужим. К тому, что выжившим дают ордена, звездочки и иногда даже деньги. Кроме того, у них нет никаких комплексов по отношению к гражданскому населению. Они привыкли к тому, что можно стрелять по мирным гражданам, устраивать облавы и зачистки, не неся за свои преступления никакой ответственности.

Из разговоров с украинскими коллегами я понял, что вам просто-напросто неизвестны наши реалии и способы ведения войны.

Перечислю их кратко.

Стрельба тактическими ракетами «Точка-У» по городам и селам с большим количеством мирных граждан (Комсомольское, Грозный — Чечня; Поти — Грузия). Ракетные обстрелы жилых кварталов из РСЗО, вертолетов и бомбардировки с самолетов. Карательные операции в Новых Алдах (60 мирных граждан в один день, включая стариков, женщин и младенцев + грабежи и поджоги домов) и Самашках (больше 100 мирных жителей за 2 дня) — это только два самых ярких и известных примера. Побои и унижения пленных солдат (российская пропаганда их называет бандитами, как и ваших побратимов) — посмотрите в сети кадры из села Комсомольское в Чечне. Дело Буданова (изнасилование и удушение чеченской девушки Эльзы Кунгаевой российским полковником), дело Ульмана (расстрел машины с учителями — по ошибке — и последующее убийство раненых — уже сознательно), дело Лапина (пытки и издевательства над задержанным с последующим убийством — за то, что Зелимхан Мурдалов «не так посмотрел»), дело Худякова и Аракчеева (немотивированное убийство на блокпосту водителей «КамАЗа») — это только то, что удалось довести до суда, но таких «персонализированных» случаев десятки, если не сотни. Рвы и ямы с десятками неопознанных трупов после смены дислокации российских подразделений. Фильтрационные лагеря, где пленных солдат противника и просто случайно попавших людей травили собаками, пытали током, обливали на холоде водой, держали в ямах с хлоркой, отрезали уши, калечили на дыбе.

Бесконечная череда грабежей и поджогов; изнасилования, избиения, сожжения заживо. Несколько тысяч пропавших без вести после незаконных задержаний дома в ходе «зачисток» (я почти в одиночку в 2003 году за месяц работы насобирал более 700 случаев).

Это не значит, что все эти методы будут применяться в Украине. И предыстория другая, и команды другие, и отношения тоже. И это не значит, конечно, что все российские военные таковы. Но такова система, господствующая в российской армии и идущих вслед за ней карательных подразделениях ОМОН («Беркут» по-вашему). И таков опыт российских подразделений в Чечне (в основном) и Грузии.

Я понимаю, что это страшно, что возможная первая реакция — сдаться во избежание всего этого кошмара. Я совершенно не хочу вас пугать, дорогие украинцы. Но я хочу, чтобы у вас не было иллюзий относительно того, с кем (а главное — с чем!) вы имеете дело. Я хочу вас предупредить заранее. Чтобы вы не удивлялись, не говорили «да как они могут» и прочую гуманитарную ерундистику. И чтобы вы понимали, что фраза «Хорошо отметили праздник» и последующее радостное «гы-гы» из недавнего перехвата переговоров по мобильнику — наверняка не фейк. Федералы так разговаривают, так думают и так дышат.

Есть вероятность, что в Украину войдут российские войска. Если кто-то выберет сдачу — это его дело, это тоже можно понять. Но тот, кто выберет путь сопротивления оккупантам — вне зависимости от того, будет это партизан или военнослужащий регулярной армии, — должен драться по-настоящему. Без сантиментов и комплексов.

Вам, дорогие мои, придется учиться убивать врага. И учиться надо срочно и только на «отлично». Времени на эксперименты и на пересдачу у вас не будет.

 

(Оновлено 8:00)

Цензор.Нет

Віолетта Кіртока

Підполковник Сергій Мазорчук: «Повномасштабний наступ, колони з території Білорусі — для нас це було шоком»

Деталі цієї операції вивчатимуть у вищих військових навчальних закладах, тому що це і приклад виконання наказу, і вміння стояти до останнього, і розумне планування дій.

Коли командира батальйону, який вже очевидно опинився в оточенні, я питала, чому він не виводить підрозділ, поки залишається така крихітна можливість, Сергій зважено відповідав: «Я не отримав такого наказу. Тому маю залишатися на своїх позиціях і тримати їх». Це мене захоплювало, але одночасно ставало страшно… Бо оточення було неминучим. Коли бригада отримала наказ виходити, коли підрозділи почали рухатися, гирло проходу було менше двох кілометрів. Здавалося, вже неможливо врятувати наших бійців. Але все вдалося. А завдяки розумним розрахункам Сергія Мазорчука цей підрозділ вийшов з оточення з мінімальними втратами. Про оборону Попасної, повномасштабну війну в районі Золотого та Гірського ми і поговорили з командиром підрозділу.

«25 ЛЮТОГО МИ ОПИНИЛИСЯ В КЛИНІ: З ДВОХ СТОРІН У НАС ВЖЕ БУВ ПРОТИВНИК»

— 24 лютого застало вас під Попасною, де ви на той час були на ротації…

— Бригада виконувала завдання на напрямку Золоте-Попасна. Я безпосередньо знаходився на лівому фланзі бригади – від населеного пункту Оріхове до Золотого-4. Сусідній батальйон стояв на КПВВ «Золоте».

У лютому ми вже були вісім місяців на ротації. В березні ми мали повернутися в ППД… Не сталося.

З початку лютого приходили радіоперехоплення про те, що щось намічається. Це всерйоз не було сприйняте, оскільки і раніше таку інформацію ми отримували. А ось з 16 лютого нас почали дуже інтенсивно обстрілювати артилерією, значно збільшилася кількість ворожої артилерії. Можна сказати, що фактично на нашому напрямку все почалося не 24 лютого, а 16-го. Прийшло перехоплення, що противник буде мати розпізнавальні знаки — на руці і нозі або червоний, або білий скоч. Тоді ми теж прийняли рішення, що нам краще себе якось позначити. Мій батальйон зробив для себе позначки – зелений скоч на правій і лівій руці, бо так завжди тренувались на полігонах.

До 16 лютого по наших позиціях працював максимум міномет, а з 16-го почав виїжджати танк – і бити прямою наводкою. 2С1 та 2С3 почали наш передній край рівняти з землею. На той момент у нас були тільки батальйоні сили й засоби. На активні дії противника деколи чули: «Не стріляйте у відповідь, щоб не спровокувати російську федерацію». Тобто, я так розумію, вище військове керівництво вже розуміло, що буде повномасштабна війна, і не хотіло, як то кажуть, прискорити події. Насправді, те, що сталося, було дуже несподіваним. Ми вважали, що в планах росіян — повністю взяти Луганську та Донецьку області та пробити сухопутний коридор до Криму. Про це говорили, що може бути таке. А повномасштабний розширений наступ, що колони підуть з території Білорусії… Це для нас було шоком.

Саме 24 лютого на нашому напрямку було більш-менш тихо. Вони на Золоте не пішли, почали пробивати оборону лівіше від нас, це напрямок Щастя-Кримське. І 25 числа у них вийшло: вони взяли Кримське, Щастя, вийшли до Муратового і почали просуватися в бік Сєверодонецька. Все, що було на північ від річки Сіверський Донець, фактично відійшло противнику.

25 лютого росіяни пішли на 29-й блокпост. Я говорив з командиром сусіднього батальйону. Він повідомив, що з Луганська в напрямку 29-го блокпоста йшли колони техніки, пушки були зачохлені, механіки їхали на танку похідно, з російськими прапорами, піхота сиділа зверху. Лише після того, як у танк прилетів перший ПТУР, вони зрозуміли, що щось не так, що їх, напевне, трохи обманули, що все не під їхнім контролем. Врешті, колона просто розвернулася і поїхала назад, в бік Луганська.

— Вона була великою?

— Сусід казав, що вони бачили шість чи сім танків, ззаду БМП. Далі не було видно через складки місцевості. Піднятий квадрокоптер оглушили, тому точніше сказати не могли. Ми таких колон не бачили, на нас вони не наступали. Максимум, що було: з трьох напрямків три танкові роти по десять танків і по дві механізовані роти на нас наступали. Ми готувалися до відсічі через те, що у нас практично закінчувалась територія, підконтрольна нам і моїм сусідам на напрямку в бік Луганська. 25 лютого ми опинилися в клині: у нас з двох сторін вже був противник.

Спочатку ми всі атаки відбивали. 6 березня у нас стався страшний бій. Під впливом артилерії і авіації — артпідготовку почали десь за чотири години до подій, не припиняючи роботу артилерії, танки противника пройшли передній край і заскочили на КСП роти. В той день загинув командир роти Іван Антонюк, позивний Антоніо, мій кум… Ми провели контратаку, відновили положення по передньому краю. Атакували нас таким чином десь тиждень. Після того ворог перестав іти на нас в лоб і почав щупати сусіда ліворуч. У мене на лівому фланзі стояла перша механізована рота, де якраз відбувся прорив. Підійшов наш резерв – третя танкова рота, чотири танчики. Ми з позицій висмикнули ще кілька відділень з другої і третьої рот і сформували такий… Ну, не знаю, ударним кулачком це не можна назвати. Але два танки і три БМП з піхотою проводили контратаку. Коли ми заходили на КСП роти, танки противника вже були без БК – все використали.

Як все відбулося? Три танки, одна чи дві БМП чи БМД з піхотою на броні, тобто, чоловіків до двадцяти прорвалися. Ворожа артилерія працювала по КСП роти – фактично вже по своїх. До того у нас були сплановані цілі по позиціях – на випадок їхньої втрати. Коли ми проводили контратаку, ворожої піхоти вже не було, залишалася тільки техніка, яка почала здійснювати відкат. В період, коли вони там стояли, намагалися підтягнути резерви на позицію, яку зайняли. Відстань між позиціями була десь 70 метрів. Піхота противника піднялася з окопів і почала висуватися в бік своєї техніки. Але оскільки артилерія вже не працювала по передньому краю, бо їхня піхота була відкрита, наші позиції відсікли піхоту від техніки. Коли наші танки вийшли, та техніка вже була без БК, вона просто намагалася відійти. Але у неї цього не вийшло, силами піхоти ми її там спалили. Ми підбивали танки так, щоб вибухав боєкомплект.

Чому у нас виникла така ситуація? Починаючи з 2015 року, позиції були сталі. Де-не-де ставалися якісь локальні штурмові дії з нашого боку чи з боку противника. Та сама славнозвісна позиція «Баня», яку два роки тому відбили сепари, була саме на цьому напрямку. Тому противник дуже добре знав наш передній край, весь час вивчав наше інженерне обладнання. Негативним фактором для нас було те, що наші позиції добре відомі і тому ми досить точно отримували вогневий вплив артилерії і авіації відповідно.

На нашому напрямку було не так багато авіації. Ми стояли на висоті. Коли авіація піднімалася з-за териконів, ми її добре бачили. Після того, як один чи два Ка-52 впали, авіація близько не підлітала. Виходила за шість-сім кілометрів з-за терикона, відпрацьовувала по нас, але ефективності великої від цього не було. Можна сказати, на той момент авіація для нас була не такою страшною, як танки, які працювали по нас прямою наводкою.

29-ий блокпост стоїть на розвилці. До нього є під’їзди по дорогах з напрямку Жолобка і від Донецька. Плюс росіяни перед тим, як заходити на 29-й, взяли залізничну станцію Сифонна. І вже 29-ий вони взяли з дуже великою перевагою. Мехбат 17-ої танкової поміняв 34-ий батальйон 57-ої бригади. Коли зайшла 57-ма, 29-ий блокпост вже був не наш. Тому наші сусіди зайняли оборону Новотроїцького. І от якраз великими колонами, з залученням артилерії і авіації Новотроїцьке було втрачене, наші сусіди були змушені відійти до населених пунктів Оріхове і Нижнє. І вже тоді перебудувалася лінія оборони. Оскільки в моїй позиції лівий фланг був висунутий вперед, коли ми втратили Новотошківське і частину залізничного шляху, ми були змушені робити перегрупування, і наш лівий фланг завертався в бік Оріхового. Десь в період до квітня місяця ми так стояли… На початку повномасштабного фронт батальйону був п’ять кілометрів, а у квітні – вже дев’ять з половиною. І противник був у нас зліва, спереду, і справа теж.

29-ий блокпост і Новотошківське для противника були важливі в тому плані, що вони отримували контроль над розв’язкою, тобто, переміщенням сил. Плюс в районі Світличного була наша переправа, ми її підірвали. Вони кинули понтони і переправляли свої сили з північного до південного берега річки Сіверський Донець. Противник там мав великі втрати, але у нас теж втрати були великі, і у наших сусідів також.

Після того оборона була нормально перегрупована. Ми втримували її десь два з половиною місяці.

«ЗА ДВА ТИЖНІ ДО ОТОЧЕННЯ Я ПОПЕРЕДЖАВ БІЙЦІВ, ЩО, МОЖЛИВО, ДОВЕДЕТЬСЯ ВИХОДИТИ В ПІШОМУ ПОРЯДКУ»

-19 червня противник прорвав населений пункт Тошківку, перерізав трасу Гірське-Лисичанськ, вийшов до невеличкого терикончика, а це була наша основна траса забезпечення, сполучення, — продовжує Сергій. — Тепер у нас залишилися тільки польові дороги. Оця подія вже стала початком того, що всі зрозуміли: потрібно виводити підрозділи з району Золотого-Гірського. До того ми вже втратили Попасну, яка трималася близько трьох місяців. Ну як втратили – її вже фактично не було. Наш ворог використовував таку тактику: вулички зрівнював із землею і так просувався. Не було вже ані укриття, ані прихистку. Не знаю, де у них взялося стільки сил і засобів, але противник мав дуже великі втрати в Попасній.

Проти нас стояли 6-ий козачий полк, на південь від нього стояла 7-ма бригада, на північ – 4-та бригада. При штурмі Попасної були задіяні всі ці бригади плюс вагнерівці і чеченці. Спочатку вони пробували взяти Попасну силами цього козачого полку. Втратили, напевне, два БТГР, після того почали нарощувати зусилля. А вже після втрати нами Попасної вони взяли Комишуваху, вийшли до Врубівки. Коли росіяни вийшли на трасу Гірське-Лисичанськ, до нашого терикону, то вже Врубівка була не під нашим контролем.

Нашими залишалося десь близько 12 кілометрів. Попереду був мій батальйон, поруч мотопіхотний, 2-ий, 3-ій і ще батальйони ТРО. Якщо не рахувати ще 34-ий батальйон 57-ої бригади.

Напередодні виходу з Гірського-Золотого нам була дана команда перегрупуватись. Ми залишили Золоте-4, так званий хутір Вільний та «Дом Павлова». Дві роти зайшли у Гірське, почали тримати оборону в напрямку Тошківки і в напрямку Оріхового. Тобто вже кругову оборону почали займати. Наш вихід фактично забезпечували два батальйони, які ставали на деблокаду, – це 2-ий і 3-ій механізовані батальйони нашої бригади. Вони нам коридор робили.

21 червня противник вже вийшов до населеного пункту Підлісне. До Лоскутівки, де вже був ворог, у нас залишалося два кілометри. Якщо взяти від Врубівки до Підлісного, це кілометрів шість-сім. Ото був такий коридорчик. В той день зранку ми намагалися вивезти поранених по польовій дорозі, яка була нам зазначена. Коли ми біля населеного пункту Новоіванівка виїхали на висоту, побачили, що противник артилерією вже знищив два мікроавтобуси, які теж намагалися вивезти поранених. Поки ми перевіряли, чи всі живі, надавали допомогу пораненим, нам повідомили, що сюди працювала артилерія противника, і що вони звідкись за нами спостерігають навіть без коптера. Просто очима бачать, як ми піднімаємося на висоту. Ми тільки сіли в машини, і противник почав вести артилерійський обстріл. Це була десь 10-11 година ранку. Тому виходили ми звідти в пішому порядку: якраз була балка, по якій ми спустилися вниз. Ми і планували по тому маршруту здійснювати вихід батальйону, але практика показала, що це неефективно. Після 15 години ми ще раз спробували туди заїхати, але тільки почали туди висуватися, артилерія знову саме цю дорогу обстріляла. Так і було прийняте рішення, що будемо виходити пішим порядком по іншому маршруту.

— Раніше ти міг вивести своїх людей?

— Ми без команди не виходили. Тобто, ми прекрасно розуміли, що може бути оточення. Я навіть почав спілкуватися з людьми, пояснювати, що може бути така ситуація. Казав: основне, що маєте взяти з собою – зрозуміло, бронежилет, каску, автомат, а ще рюкзак, який можете нести на собі. За два тижні до нашого виходу бійці вже були морально підготовані до того, що, можливо, буде такий варіант, що нам доведеться виходити з оточення, причому в пішому порядку.

-Тобто прийшлося залишити техніку…

— Не зовсім так. Не змогли переїхати залізничну колію лише декілька волонтерських машин. З важкої армійської техніки вийшло все… Коли виходила колона БМП, ми втратили дві одиниці. Чого не везли піхоту на БМП, чому люди ішли пішки… Коли йде колона, це перша ціль для артилерії. Якщо механік-навідник в броні від уламків трохи захищений, то піхота, якщо її посадити наверх на броню, може сильно постраждати. Через це було прийнято рішення, що піхотинці виходять в пішому порядку, хоча частина піхоти все-ж таки їхала на БМП, бо ми вже фізично не встигали вийти.

Виходили ми вночі, а о 3.20 ранку вже почало світати. І в 3.20 рушила наша колона бронетехніки, і десь 70 піхотинців були на броні.

— Сусіди виходили після вас?

— Сусідній батальйон, який перегрупувався, знаходився між Гірським і Лоскутівкою. Вони мали виходити після нас, але на вихід батальйону нам давали дві години, ми в цей часовий проміжок не вкладалися. Так що ми фактично виходили всі разом, але кожний підрозділ — по своєму маршруту.

Деякі підрозділи вирішили все-ж таки виходити на техніці, створювали змішані колони, в яких була і колісна техніка, і волонтерські автомобілі, і гусянка. Їх ворог виявив. Це призвело до того, що о сьомій ранку колона противника з Підлісного зайшла в Лоскутівку – просто зробила ривок і фактично повністю перекрила вихід. На той момент мій батальйон практично в усьому складі вже пройшов Лоскутівку, техніка о сьомій ранку була на машинобудівному заводі Лисичанська.

Іншим підрозділам повезло трохи менше, ніж нам. Ми зазнали незначних втрат під час виходу.

А підрозділи, які за нами виходили, трохи потріпали.

21 числа після того, як нам не вдалося вивезти поранених по тому нібито безпечному маршруту, у всіх вже був пригнічений настрій. Після того ми пробували ще в нічний час пройти від шахти «Новоіванівка» в сторону Лоскутівки по польовій дорозі. В сторону Лисичанська я вивозив на машині чотирьох бійців, одного пораненого. Виїхав нормально. Заїхав у Лисичанськ, бійців залишив. А коли ще з одним своїм військовослужбовцем повертались назад, виїхали з Лоскутівки в напрямку шахти «Новоіванівка», то танки противника почали по нас вести вогонь. Там перепад місцевості, ми на великій швидкості проскочили відрізок десь два кілометри, і після того зрозуміли, що цей маршрут невдалий. Технікою туди не потрібно йти.

— Після виходу ти не мав зв’язку з однією групою своїх бійців…

— У нас виходили підрозділи з Лоскутівки на Лисичанськ, до желатинового заводу. Одна група – десь 30 наших військовослужбовців і 40 з нашої бригади іншого батальйону пішли в напрямку Вовчеярівки по ярах. Коли вони зайшли в ті яри, радіозв’язок був втрачений. Тоді було таке відчуття – не знаємо, що сталося, та ще й відомо, що в Лоскутівку вже зайшов противник. Налаштовували себе на найгірше. Але, слава Богу, всі ці бійці вийшли, і коли вже підійшли ближче до Вовчеярівки, радіозв’язок відновився. Ми їх просто звідти забрали. Це була вже десь 16 година 22 червня.

«ОСТАННЄ, ЩО МЕНІ СКАЗАВ ВАЛЕРІЙ ФЕДОРОВИЧ ГУДЗЬ НАПЕРЕДОДНІ ЗАГИБЕЛІ: «ЦЕ НАША ЗЕМЛЯ, МАЄМО ТРИМАТИСЯ ДО ОСТАННЬОГО». ЩО МИ І НАМАГАЄМОСЯ РОБИТИ»

-Ти з родини військових?

— Зараз у мене і батько, і дядьки служать. Хто в теробороні, хто де. А до цього ніхто до армії не мав відношення.

— Чому ж ти пішов учитися у військовий ліцей, а потім в академію?

— Після дев’ятого класу я вступив до Острозького військового ліцею. Там я отримав досить потужну базу, яка дала можливість нормально здати ЗНО, і в 2011 році поступити в Академію сухопутних військ, місто Львів. Нас вчили, що росія – наш союзник. Мимоволі нас готували до того, що, якщо буде збройна агресія, то вона буде з напрямку Заходу. Але події, які сталися, все поміняли докорінно. Хоча в академії ми вже вивчали стандарти НАТО, тактику застосування дій, програми комп’ютерного моделювання. Але на підсвідомості ніхто ніколи не міг подумати, що нашим ворогом буде росія.

Війни не було в Україні, але вони постійно точилися по планеті. Якщо не помиляюсь, за дві тисячі років було лише сто днів без війни…

-Як до вас ставилися жителі Луганщини, які там були настрої на кінець 2021 року?

— В Золотому люди не були до нас привітно налаштовані. Були, звичайно, проукраїнські, але малий відсоток… Можливо, це зумовлено тим, що кістяк козачого полку, який стояв проти нас, складався якраз із жителів Луганської області, із Золотого. Частина родичів цих людей служили в так званій ЛНР. Різниця в підтримці населенням в різних регіонах країни колосальна. Після того ми заїхали в Миколаївську область, то це не можна навіть порівняти з Луганщиною. На Миколаївщині чекають нашої Перемоги.

Не можу зрозуміти, що рухає людьми, які все ще чекають «русского міра». Вони прекрасно розуміють, що відбувається, які методи у російської федерації, що вони все рівняють з землею… Для них немає різниці, цивільне населення чи ні. Але люди настільки зомбовані, що підтримують росію, незрозуміло чому, вірять їм. Можливо, це пов’язано з тим, що року, мабуть, до 2020, на Донбасі було лише російське телебачення. Українських каналів фактично не було. І це був уже не 14-15-й рік, а 20-21-й. Ми програли інформаційну війну на цих територіях.

-Однією з перших болючих втрат бригади стала загибель полковника Валерія Гудзя…

-Я намагався хоча б раз на місяць його набрати, запитати, як у нього справи. Те, що він на початку березня приїхав в бригаду, я не знав. Якось збирався на позиції 1-ої механізованої роти. У нас зазвичай тільки вночі виїзди, щоб не було видно, як ми пересуваємося. І вже їхав у машині, коли на мене вийшли по радіостанції: «79-й викликає на зв’язок». Я ще перепитав: «Точно 79-й?» Кажуть, так. Сказав, що хвилин за 20 зв’яжуся з ним. Повернувся з 1-ої механізованої роти, перетелефонував на КСП бригади, мені сказали, що Федорович вже виїхав у Попасну і має повернутися. Я попросив, щоб він, як повернеться, передзвонив. Але у нас був зв’язок з командиром 3-го механізованого батальйону, який був в той момент у Попасній. Я вийшов на них – і якраз там знаходився Федорович. Переговорив з ним. Це була якраз ніч напередодні того, коли Федорович загинув. Останнє, що він мені сказав: «Це наша земля, тому ми маємо триматися до останнього». Що ми і намагаємося робити…

Як загинув Валерій Федорович, мені розказав військовослужбовець, який був разом з ним в той момент. Вони робили контратаку. Бої проходили в Попасній. На той момент ми втратили розвилку в бік Первомайська (ми її називали «штани»), втратили депо, де колись була пожежна частина, і «Мельницу» — так називалося кафе, де у нас до того був КСП батальйону. Контратака проводилася трьома штурмовими групами. Однією з груп на першому танку керував Валерій Федорович. Вона ішла по одній з вулиць в напрямку депо. Бійці спішилися з танка і наступали разом з десантниками. Наш танкіст побачив ворожий танк, зробив постріл, але їхній танк встиг вистрілити першим. Танк противника був знищений, але уламково-фугасний снаряд розірвався поруч з нашим танком, і один з уламків попав Валерію Федоровичу в голову. Під час евакуації чотири рази проводили реанімацію, бо серце зупинялося. І вже коли вертоліт з Бахмута летів у Дніпро уп’яте нашого командира не змогли реанімувати…

Для нас, звичайно, це був дуже великий удар. Своїм військовослужбовцям по радіостанції у відкритому ефірі я сказав, що до нас приїхав 79-й, і це значно підняло моральний дух через те, що він користувався надзвичайно великим авторитетом. Це дало великий моральний поштовх і мотивувало особовий склад до дій. А колия дізнався про те, що Гудзь Валерій Федорович загинув, то я до своїх військовослужбовців перший період не доводив цю інформацію – для того, щоб вони не падали духом.

— А сам як це сприйняв?

— Як вам сказати… Дуже сильно морально подавлений був. Але у нас на той момент була така ситуація, що не можна було це показувати. Спочатку потрібно було виконати поставлене завдання. 79-й нас навчав цього. Втрата кожного військовослужбовця — це дуже важко. Особливо коли гине така людина, як наш командир. На момент початку повномасштабного наступу Гудзь Валерій Федорович навчався на першому факультеті університету оборони, але відразу повернувся і очолив нашу бригаду, оскільки наш командир бригади отримав поранення. Мене сильно вразила ця втрата, як і загибель командира 1-ої механізованої роти, який був моїм кумом, Антонюка Івана Миколайовича, позивний Антоніо.

— Він хрестив твою доньку?

— Так, в серпні 2021 року ми похрестили мою доньку. А в березні 2022-го він загинув…

-У тебе в підпорядкуванні була і росіянка, яка прийняла українське громадянство…

— Вона служила у 2-му батальйоні, коли я був там командиром роти, а потім начальником штабу батальйону. Я її знав, ми деколи спілкувалися. Оля загинула на Херсонському напрямку. Вона виконувала обов’язки командира роти, тому що офіцери були поранені. Наскільки я знаю (говорив з командиром батальйону), вона мала надзвичайно великий авторитет серед особового складу, побратимів. Її теоретичні, практичні знання і уміння були не гірші, ніж у чоловіків, а в деяких моментах навіть кращі. Коли я познайомився з Олею, не знав, що вона родом з російської федерації. До 24 лютого у нас багато хто ставився до конфлікту на Донбасі як до того, що не має відношення до більшості країни, про війну почали забувати. А вона чітко знала, хто наш ворог і чого від нього слід очікувати.

-Багато бійців вразили тебе своєю жертовністю?

-На початок повномасштабного наступу кістяк нашого підрозділу вже був сформований, кожного я знав особисто. Але війна це змінила. Мобілізують дуже багато людей, і декого з них ти не встигаєш навіть запам’ятати, як він вже поранений чи загинув.

Війна змінила дуже багато людей. І всіх — в кращий бік. Але про багатьох я ніколи не міг подумати, що людина може так себе проявити.

-Можеш навести приклад?

— Військовослужбовець гранатометного взводу весь час вживав алкогольні напої, ми хотіли його звільнити. Раз його задули, другий, третій – вже готувалися документи на звільнення. Коли почалася повномасштабна війна, його перекинули з позицій 3-ої механізованої роти якраз разом з тими відділеннями, які йшли відбивати КСП роти, після чого він там і залишився. І він, людина дуже хоробра, допомагав витягувати побратимів, вів бій. Про нього такого ніколи б не подумав, а він себе поставив, напевно, як один з кращих бійців, які можуть бути.

Ще у мене в підрозділі є кулеметник, звати Вася, позивний Правий, бо він в «Правому секторі» служив. Він декілька разів залишався прикривати відхід побратимів. Причому робив це сам, до крайнього сидів, потім тільки виходив. Якось приїжджаю на позиції під Оріхове, питаю Васю, що і як. Він каже: «Командире, напевно, мені треба з’їздити в стабілізаційний пункт – у мене в плечі сидить уламок. Його витягнуть, і я одразу назад». Кажу: «Вася, він, напевне, вже трохи загнив. Розріжуть, витягнуть, але треба, щоб рана відкрита була, щоб почистили її». Він подумав-подумав: «Ні, тоді я не поїду». Правда, потім він зазнав такого поранення, що треба було вже його вивозити з позиції.

-Був у тебе момент зневіри, відчаю?

— Мабуть, один такий був, і то він минув через пів години… Це коли ми 21 червня намагалися вивезти поранених. І нам не дали цього зробити. Але прийшлося швидко опанувати себе. Бо я знав — якщо особовий склад побачить, що командир зневірився, коли йде пониження морального духу, це набагато гірше, ніж кількість ворога, який на тебе наступає. Ми морально завжди перемагали, починаючи з перших днів повномасштабного вторгнення. Це дуже яскраво проглядається в тому, що противник наступає, як стадо. У нього немає за що воювати, заради кого це робити. Він це робить просто як найманець. А наші люди знають, що їм немає куди втікати. За кордоном — не дома. Кожний наш боєць знає, що тут його територія, що тут поховані батьки, тут сім’я, друзі. І це морально налаштовує. Можливо, у нас не всі так добре підготовані у військовому плані, але за рахунок того, що ми вмотивовані: ми мусимо перемогти через те, що ми праві. І противник, який прийшов на нашу землю нас вбивати, може звідси повернутися тільки в чорному целофановому пакеті.

 

(Оновлено 7:00)

Главред

Алексей Арестович, военный эксперт, аналитик

Принудить нас к переговорам с Путиным невозможно

Путин — международный военный преступник. С такими не договариваются. Таких судят.

Все так называемые «…переговоры Москвы и Вашингтона», которые «…вовсю обсуждаются в западной прессе» — это российская информационная операция.

Кремлю как воздух нужна пауза месяца в три: подтянуть мобилизованных, подкопить иранские ракеты и драндулеты, успеть поднять технику с хранения и немножко подморозить Украину, и — с новыми силами продолжить войну.

Три главных месседжа этой кампании:

  • «Украину принудят к переговорам»,
  • «если Украина будет упираться, Запад откажет ей в поддержке»,
  • «Украина должна отменить решение о том, что она не будет вести переговоры с Путиным».

Итак. Принудить нас к переговорам с Путиным невозможно. Это четко дал понять Президент и данное решение пересмотру не подлежит. Путин — международный военный преступник. С такими не договариваются. Таких судят.

К тому же он, скорее всего, не доживет до конца войны (как минимум, как политическая фигура). Зачем говорить с трупом?..

В отношении государства «Российская Федерация» переговорная позиция у нас есть. Мы готовы начать переговоры с ее новым политическим руководством на следующих, хорошо известных условиях:

— вывод войск со всей территории Украины.

Предмет переговоров:

— выдача военных преступников,

— возврат всех захваченных пленных,

— выплата репараций,

— правила дальнейшего сосуществования.

Это не мы не готовы к переговорам. Это РФ не хочет переговоров. Кремль хочет выполнения его условий — оставить за ним все «завоёванные» территории. Это не переговорная позиция. Это ультиматум.

Напоминаю, что пока Кремль стоит в этой позе, Силы обороны Украины освободили 37%, захваченной российскими войсками с 24 февраля. Ситуация такова: — кто-то медленно и методично продвигается к освобождению всей своей территории, а кто-то стоит в ультимативной позе.

Ну, нам так даже удобнее. Поэтому, наш мессидж предельно чёткий и ясный:

— РФ предлагает не переговоры, а ультиматум. Мы готовы к переговорам — с новым российским руководством, а ультиматум мы свернём трубочкой и засунем прямо в Севастополь.

  1. Запад никогда не откажет нам в поддержке. По причинам, лежащим в самом Западе и в его международных задачах. Запад просто не может позволить себе ни проиграть, ни даже компромиссов, потому, что это будет означать конец Запада в прежнем виде.

У этого объяснения есть практическое подтверждение:

— количество и номенклатура вооружений и военной техники, которое нам передаёт Запад постоянно расширяются,

— бюджеты на военное производство и разворачивание военной инфраструктуры на Западе растут самым стремительным образом.

Наиболее болезненный факт для Путина — Европа проснулась и раскручивает механизм готовности к военным вызовам все мощнее и мощнее.

Стремительно расширяющимся военными мерам со стороны Запада, Путин смог противопоставить несколько организованных статей в западных СМИ и несколько заявлений западных политиков (как правило, с приставкой экс-).

Нужно понимать, что подобная риторика всегда будет иметь место, ибо сильная сторона западной цивилизации — это публичная полемика.

Но нужно и понимать, что это — отдельные голоса на маргинесе, против сформированной коллективный позиции Запада и его стратегических планов.

 

(Размещено 6:00)

Альфред Кох

Прошел уже двести пятьдесят седьмой день войны. Существенных изменений на фронте не произошло. Все выглядит так, что в ближайшее время никто никуда наступать не будет. Опять (как и несколько месяцев назад) наступило равновесие: мобилизация сделала российскую армию чуть сильнее, а два бурных наступления (на херсонском и харьковском направлениях) вымотали украинскую.

По мере того, как украинская армия будет накапливать резервы (а помощь продолжает идти), а русские мобики будут тысячами гибнуть в бесплодных атаках, баланс неизбежно опять сместиться в пользу украинской армии и положение на фронте снова резко поменяется.

Вы можете мне возразить и сказать, что российская армия тоже может накапливать резервы. Но я лично имею большие сомнения на этот счет. Если бы у нее были возможности накапливать значимые резервы, то она не побиралась бы по миру и не клянчила оружие у Белоруссии, Ирана и Северной Кореи.

Помимо того, что это само по себе позор и посмешище (при наличии собственного распиаренного путинского ВПК), это еще и означает, что качество этого оружия будет заведомо хуже украинского. И числом этот разрыв в качестве ликвидировать невозможно. Это оружие разных поколений.

И наиболее наглядно это видно при сравнении российской и украинской артиллерии (как ствольной, так и реактивной): при подавляющем количественном превосходстве российской, налицо как минимум — паритет, а как максимум — превосходство Украины.

Таким образом, корректно сформулировать можно так: даже если Россия накопит какие-то виды вооружений, их проигрыш в эффективности не даст россиянам искомого преимущества. А значит такие резервы с точки зрения пользы дела практически равны их отсутствию.

Все эти действия России — не более чем затяжка времени. Это касается и покупки оружия и мобилизации. Ни то, ни другое не даст России решающего преимущества и фиаско российского вторжения в Украину предопределено. Собственно, оно уже случилось, если сравнивать то, где сейчас находится российская армия по сравнению с ее первоначальными планами, а будет еще хуже.

В этих условиях все эти “утечки” в “солидных” американских газетах про то, что вот-вот Белый Дом прекратит помогать Украине, если она не сядет с Путиным за стол переговоров, это все либо просто прямой подкуп Кремлем “неподкупных” журналистов, либо это работа тех самых “полезных идиотов”, которые в своем лево-либеральном бреду готовы ради некой голой абстракции “мира во всем мире” пожертвовать победой в шаге от нее.

Вся эта галиматья с высокопоставленными сотрудниками администрации Байдена, пожелавшими остаться неизвестными, это все беспомощный детский лепет газетчиков или (возможно) сознательная дезинформация со стороны Белого Дома.

Сегодня Белый Дом, уже после всех этих публикаций в WP и WSJ, еще раз четко заявил: поддержка Украины — непоколебима. И никак не изменится после завтрашних выборов в Конгресс.

И потом, не забывайте: кроме США есть еще Европа. Она уже так много инвестировала в противостояние с Россией что ей обратной дороги нет. Я себе плохо представляю как может слиться, например, Польша или страны Балтии. Да и Германия не отступит, не говоря уже о Великобритании.

И, возвращаясь, к США хочется спросить адептов теории “закулисной сделки Салливана с Патрушевым”, вы всерьез считаете, что нынешняя американская администрация готова слить Украину после позорного бегства из Афганистана? То есть по-вашему, эти люди решили отправить в сортир остатки и своей репутации и репутации своей страны? Вы всерьез считаете, что вся команда Байдена — это сборище импотентов и недоумков, которые не просчитали последствий своих поставок оружия Украине? И они не рассчитывали, помогая ей, что так можно и до победы допомогаться?

Я скорее предположу, что вся команда Путина — это сборище импотентов и недоумков. Во всяком случае, оснований так считать значительно больше.

И в этот момент на белый свет всегда вытаскивают аргумент про атомную бомбу. Мол, Путин не может себе позволить проиграть и поэтому он бросит атомную бомбу. Люди, которые приводят этот аргумент, не хотят слушать никакие разумные доводы о том, что этого не случиться. Вернее как, они их слушают, а потом говорят: а все равно риск есть и поэтому лучше с Путиным не связываться. Причем неважно какой риск — большой или маленький. Их не устраивает любой.

Что можно сказать? Риск есть всегда. Есть риск повторения Чернобыля? Есть. И Фукусима тому доказательство. Есть риск случайного пуска? Есть. Сколько этих историй про ошибочные команды, которые получали капитаны подводных лодок и т.д. Есть риск какой-нибудь аварии в пусковой шахте? Есть. И история с лодкой “Курск” (и много других) тому доказательство.

Но мы же живем с этими рисками! Все наблюдатели в один голос заявляют, что риск того, что Путин даст команду применить ядерное оружие — невысок. Ну так почему же мы не можем жить с этим риском, если мы легко уживаемся с подобными ему, и они не меняют наших планов? Это при том, что такой риск имеет значение только при условии, что команда Путина будет выполнена, что само по себе далеко не факт.

Короче. Зачем нам за украинцев решать брать или не брать этот риск? Тем более, что они, судя по всему, готовы его брать. Надо действовать так, как мне всегда говорила Лера Новодворская: “Делай что должно и будь что будет”.

Тем более, что наше дело правое, враг будет разбит, а победа будет за нами.

Слава Украине! 🇺🇦

1 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 51 оценка, среднее: 5,00 из 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Для того чтобы оценить запись, вы должны быть зарегистрированным пользователем сайта.
Загрузка...

Комментарии читателей статьи "BloggoDay 8 November: Russian Invasion of Ukraine"

  • Оставьте первый комментарий - автор старался

Добавить комментарий