Залечь на дно в «Велюре»
Василий Рыбников, 02.05.20, Цензор.Нет
Карантин в Украине продолжается. Руководство государства тайно перебралось в оперативный штаб по преобразованию города Киева — ресторан для встреч «Велюр». В стране введено крепостное право. Универсальной валютой стал Саакашвили. Президент Владимир Зеленский не теряет надежды воссоединиться с семьей.

***
Открыв «Скайп», Зеленский вызвал абонента «Ленка». На экране ноутбука появились жена и хмурые дети. Президент счастливо улыбнулся.
— Здравствуй, дорогая, здравствуйте, дети, — человечно сказал он. — Сколько же лет мы не виделись? Сынок, ты что, уже бреешься?
— Ты кто вообще? — пробурчал сынок.
— Да ханыга какой-то, — раздраженно сказала Ленка. — Залил глаза с утра и звонит всем подряд.
— Смешно, — засмеялся Зеленский. — Родная семья не узнаёт! Надо будет рассказать эту историю в новом документальном фи…
За спиной семьи внезапно возник Порошенко в неприятном домашнем халате с кисточками, небрежно накинутом на волосатое тело, и по-хозяйски обнял Ленку за плечи.
— Дорогая, — утробно проворковал он, — пойдем в постель, я налил нам туда горячего шоколаду.
— Аааааа! — заорал Зеленский и проснулся в холодном поту за столом ресторана для встреч «Велюр».
— Что, чушок, зона пришлепилась? — понимающе подмигнул ему бритый верзила в трениках и набитых перстнях. — Хозяин пичу приканал? Ништяк чуфырик.
— Чего? — растерянно пробормотал Зеленский. — Вы кто вообще?
— Это мой новый заместитель господин Чика, — поспешно сказал министр юстиции Малюська, — а это мой советник Пыка, они из пожизненных. Вообще, пожизненники — это самая интеллигентная и интересная категория заключенных, идеальные сотрудники, очень вдумчивые лю…
— Увянь, петушара, — сказал Пыка и вдумчиво ударил Малюську коленом в живот. Малюська поспешно убрался под стол.
— Друзья, минуточку внимания! — воскликнул хозяин ресторана господин Тищенко, стуча пустой вилкой о пустой бокал. — Мы собрались здесь для того, чтобы отметить праздник весны и цветов — день Чернобыльской трагедии, ура!
— Ура, — кисло сказал министр здравоохранения Степанов, отмахиваясь от парящих в воздухе праздничных шариков с красивыми эмблемами радиационного заражения и биологической угрозы. — Пожрать бы.
— Нельзя, — отрезал Тищенко. — Строго запрещено правилами карантина. «Велюр» — это ресторан для встреч, читайте по слогам. Это своеобразный такой штаб по преобразованию Киева.
На его коленях сидела резиновая женщина в одежде чернобыльского ликвидатора. Депутат рассеянно мял ей грудь в знак благодарности за подвиг.
Снаружи раздался лай немецких овчарок.
— Шнеля! — прогремел строгий голос премьер-министра Шмыгаля. — Шнеля, глюкен шайзе, арбайт махт фрай!
Члены штаба с любопытством повернулись к окну. По улице Льва Толстого, уныло позвякивая рабочим инструментом, шагала стайка заробитчан, одетых в полосатые робы и шапочки. Вокруг них бегали овчарки и вооруженные сотрудники полиции диалога.
— Цук-цурук! — снова заорал Шмыгаль, сверкая очками. Он был одет в высокие блестящие сапоги и черную форму с металлическими рунами в виде велосипедиков. — Хенде хох, меершвайнхен!
— Вот по-другому с нашими людьми нельзя, — вздохнул Зеленский. — Так и норовят.
Улучив момент, когда собаки отвлеклись на случайного прохожего без маски и детей, один из заробитчан изловчился и юркнул в дверь «Велюра».
— Месье, месье, эйдемуа! — затараторил он. — Фашист ме пуршасо! Парле ву франсе? Я из Сопротивления, меня зовут Шарль!
— Ну вот, что я говорил? — невесело усмехнулся Зеленский. — Грыцько ты с Коломыи, а не Шарль, иди давай асфальт катай, тебе шесть тысяч в месяц мало, что ли?
— Вчера же говорили восемь, — испугался Шарль, сразу растеряв весь свой европейский лоск.
— Заткнись, западенхен швайне! Понаехали тут, никакого бюджета не напасешься! — рявкнул Шмыгаль, врываясь в ресторан в сопровождении полиции и собак. — Простите, господа, мы уже уходим, хорошо вам отдохнуть.
— Мы тут не отдыхаем, это ресторан для встреч, — сухо сказал Тищенко. — Своеобразный штаб.
Собаки вытащили Шарля из ресторана и снова приобщили его к программе «Большая стройка». В углу зала замминистра Чика и советник Пыка прижали депутата Бужанского с требованием пояснить за татуировки.
— Предупреждаю вас, я владею культуризмом, — тонким голосом сказал Бужанский. — У меня в кармане стероиды.
— А у меня в кармане пика, — возразил Пыка. — Чушок запатку залафал, фычу через очко выну.
— Гыгыгы, — зловеще захохотал Чика. — Клифта деревянного цушпарику.
Бужанский поспешно юркнул под стол к Малюське. Сверху раздался грохот, и через образовавшуюся в потолке дыру в зал прилетел Великий Реформатор Михеил Саакашвили. По пути он перевернул амфору с санитайзером и залил паркет дурно пахнущей скользкой субстанцией.
— Кристиан, я же просил принести драбыну! — рявкнул Саакашвили, с трудом поднимаясь на ноги. — Кто теперь рыформа крыша будет делать?
— Михо, ну вот зачем тебе рыформа крыша? — вздохнул Зеленский. — В стране и так работы непочатый край.
— Скоро узнаешь, зачем настоящему реформатору удобная ровная крыша, — непонятно сказал Саакашвили. — Знаешь, как меня называет президент Трамп? Второй Смешко! А журналист Дмитрий Гордон называет меня… Ну, короче, все эти дни меня живо обсуждает мировая пресса!
— А пойдешь советником в СНБО вместо Сивохо? — загорелся было Зеленский, но быстро сник. — Нет, Сивохо за это потребует три спиртзавода и…
— Советником?! — возмутился Саакашвили. — При всем уважении, я Михеил Саакашвили, я виличайший рыформатор, я не могу работать советником! Вот, посмотри лучше видео, что про меня и Смешко каждый день говорит обворожительный Гордон!
— Слушай, Михо, а давай ко мне мангальщиком в «Велюр», — предложил Тищенко, возбужденно вскакивая с резиновой женщины-ликвидатора. — Читай по слогам: ман-галь-щи-ком. Личные встречи, своеобразный штаб, профессиональный рост…
— Эй, бабка! — оглушительно заорал министр Степанов в окно. — Ну-ка спрячь свою морковку! Где твой защитный козырек?! Отошла на десять квадратных метров отсюдова, дура заразная!..
— Нет, рано еще рынки открывать, — констатировал Зеленский. — Нужны четкие правила.
К витрине ресторана разболтанной походкой подошел бывший народный депутат Олег Ляшко. Под уздцы он вел корову, груженую шлакоблоками и цементом.
— Миллионы людей потеряли работу, — зловеще начал Ляшко. — А вот это дорогое гламурное гимно, которое называется «Велюр», эти слуги народа открыли для себя, чтобы тут жрать и бухать чай по 500 гривен.
— Я попрошу! — рявкнул Тищенко, снова вскакивая с резинового ликвидатора. — Ресторан «Велюр» не работает для посетителей, здесь проходят личные встречи, это своеобразный такой…
— Гламурное гимно! — закончил за него Ляшко. — Фермеры не могут продать корову за три копейки, а эта сволота, которая называет себя слугами, жирует, потому что считает украинцев за лохов! Щас я вас тут навеки на карантин закрою, бл#ди.
С этими словами Ляшко разгрузил корову, схватил шлакоблок, уронил его себе на ногу и сказал:
— Интересна судьба этой коровы. Ее зовут Мрия, баба Горпына из села Голодуха растила ее как свою дочь, а теперь быдло, которое считает себя выше всех, стало слугами жадности и…
Внезапно Ляшко осекся и во все глаза уставился на огромного качка с голым торсом, который величественно скакал на коне по тротуару в сторону МВД.
— Постойте-ка, прекрасный кентавр! — восхищенным баритоном сказал Ляшко, подхватывая коня под уздцы. — Вы ведь едете выражать свой протест против беспредела полиции, верно?
— Скорее, против фактического возврата в Средневековье, — уточнил качок. — А что?
— Да вот, видите ли, — смущенно сказал Ляшко, кивая на «Велюр», — гламурное гимно.
Качок хмуро зыркнул на украшенное зелеными противогазами окно ресторана, кивнул, свесился с коня и, подхватив корову за веревку с колокольчиком, могучим взмахом запустил ее в окно заведения. Раздался оглушительный звон разбитого стекла. Корова, растопырив копыта, словно крылья, влетела внутрь, изящно спланировала вниз и заскользила по разлитому Реформатором санитайзеру, словно по взлетно-посадочной полосе аэродрома Гостомель.
— Ермак, быстро включай камеру! — заорал Зеленский, поспешно вскакивая из-за стола и поправляя галстук. — Включай же, ну!
Ермак включил камеру.
Корова Мрия заложила аккуратный поворот и плавно остановилась у камина. Присутствующие зааплодировали. Зеленский встал перед улыбающимся животным и с характерной хрипотцой сказал:
— Здоровеньки булы, дорогие украинцы! Встретили сегодня украинскую Мрию — легендарную корову, которая привезла в Украину одну из самых больших партий спецмолока для борьбы с распространением коронавируса. Приятно знать, что наша корова также помогает другим странам в борьбе с «ковид-19». Гордимся тем, что Украина не только что-то просит, но и помогает другим! Тттридцать шшисть и шшшисть, берегите себя — сбережем Украину!
— Эй, ты, ну ты чего, это же моя корова, — обиженно сказал Ляшко, — ты то тут при чем?
— Не вижу проблемы, — пожал плечами Зеленский. — Ведь это событие национального масштаба, неудивительно, что его комментирует президент.
Корова гордо вскинула голову, вышла обратно в окно и, не удостоив Ляшко даже взглядом, красиво ускакала вместе с конем и качком в закатных лучах солнца.
За спиной Зеленского что-то полыхнуло и грохнулось на пол. Обернувшись, Зеленский увидел, что за время прибытия и отлета коровы Великий Реформатор Михеил Саакашвили успел в знак протеста разбить в ресторане палатку с плакатом «Долой презренного Зе — барыгу и мародера!», разжечь мангал и уронить его на палатку. Палатка вспыхнула зеленым пламенем, от нее стремительно загорелись разлитый по полу санитайзер, шторы и блестящий дождик из фольги, символизировавший праздничную радиацию.
— Валим! — крикнул Зеленский, и члены штаба, расталкивая друг друга, под звуки взрывов резиновых баб стали один за другим выпрыгивать в окно. За окном их методично били дуршлагами разъяренные рестораторы под руководством предпринимателя Давиденко.
Опытный реформатор Саакашвили тонко усмехнулся и беспрепятственно ушел через крышу.
— Мне сейчас невероятно стыдно от того, что мои редкие, единичные гости вынуждены уходить из ресторана голодными, — тяжело вздохнув, сказал депутат Тищенко.
Конец эпохи бедности подступал все ближе.
Метки: Василий Рыбников



(3 оценок, среднее: 4,00 из 5)
PiligrimK
02.05.2020
в 23:41
Муйня галімая. Як на «старуху буває проруха», так і Рибніков іноді пише натужну і не смішну муйню. Буває…